Песнь Ухуры
Шрифт:
– И каждый из них начнет свой вызов со слов: «Почему бы тебе не выбрать кого-нибудь своего роста, приятель?»
– Мне кажется, я уже видел стычку, подобную той, которую вы описываете. Мистер Скотт и доктор Маккой оба использовали именно эти слова, однако…
– Что-то беспокоит вас, мистер Спок?
– Да. Ни мистер Скотт, ни доктор Маккой не были равны по росту человеку, которому они бросали вызов? Да… так она просто напоминала более высокому из двух противников о моральном осуждении его действий. Очаровательно, – поразился
«Это заслуживает ответа», – подумал Кирк и вспомнил для примера о Леонарде Маккое.
– По той же причине, по которой Боунз делает это, – ответил он. – Он всегда старается наподдать вам… или, по крайней мере, вызвать у вас эмоциональную реакцию. Вы должны согласиться, что сами постоянно провоцируете на это.
– Так как я не понимаю, о чем идет речь, я не могу ни с чем согласиться.
– Он имеет в виду, что, если ты свесишь свой хвост с дерева, то кто-нибудь обязательно захочет дернуть за него, – вставила Яркое Пятно. Правильно?
– Это не совсем то, что я имел в виду, Яркое Пятно, но очень близко по значению. Люди и cиваоанцы, кажется, имеют очень плохую привычку выводить из себя невыведенного и… или невыводимо-го, – сказал Кирк, косо посмотрев на вернувшуюся Вилсон. – В любом случае, мистер Спок, вам нечего беспокоиться о том, что вам наподдадут. Исходя из того, что я видел, если ей не удастся наподдать, доктор Вилсон просто перестанет пытаться это сделать…
– Именно так, – подтвердила Вилсон, пожав плечами с напускной комичностью. – Зачем тратить попусту время и усилия? Это было бы нелогично.
– … и попробует что-нибудь еще, – завершил фразу Кирк. – Будь я на вашем месте, то больше волновался бы о том, что она выкинет в следующий раз.
При первом переходе в этот день Спок и Яркое Пятно шли впереди, а капитан вместе с доктором двинулись позади всех, прикрывая тыл. Незнакомая местность привлекала к себе большую часть их внимания, но, самое главное, приходилось внимательно прислушиваться к окружающим звукам, чтобы в случае чего успеть предупредить нападение хищников. Но сразу после того, как Кирк передал Споку указание найти площадку для отдыха, Вилсон поймала его за локоть и удивила, спросив шепотом:
– Капитан, Чехов ведь обычно не такой неловкий, не так ли?
– Нет, совсем нет. Он говорит, что его мышцы задубели от долгого сна на земле.
– Мне он тоже так сказал. – Она нахмурилась и наклонила голову, уделяя все свое внимание тому, чтобы не нарваться на растущий рядом куст со сладкими плодами… или Кирку так показалось, пока она не проговорила:
– А так ли это? Вы знаете его лучше меня. Может ли это быть причиной?
Он видел Чехова и в более худших условиях, чем эти, но… Кирк подумал об истощенном лице мичмана и покачал головой.
– Ну, что у вас на уме, Эван? – спросил капитан, уже заранее зная по выражению
– Он ходит как йауанцы, капитан.
Кирк остановился как вкопанный, и повернулся к ней; молоденькое деревце, которое он при этом толкнул спиной, сломалось с треском.
– АДФ? Он говорил, что у него не было контактов с йауанцами.
– Это то, что он знал, – сказала Вилсон и сжала в руках свой посох.
– Что вы посоветуете, доктор? Должны ли мы вернуться?
Она усиленно замотала головой.
– Цепкий Коготь в Среталлесе, капитан, и коммуникаторы тоже. Даже если мы точно узнаем, что у Чехова АДФ, я не смогу сделать для него большего, чем посадить под карантин. – Она внезапно качнула своим посохом таким же манером, как cиваоанцы сворачивают свои хвосты. – Мы даже не можем переправить его на «Энтерпрайз», потому что не планировали код для такого случая. И мы заразим всех, кто встретит нас в транспортной комнате.
– Скотти…
– Скотти, – мрачно подтвердила она. Вдруг они услышали, как выкрикивают их имена, остальная партия ушла далеко вперед. Кирк отозвался в ответ, чтобы успокоить Спока, и они оба молча поспешили вперед, стараясь поскорее присоединиться к остальным.
Капитан с доктором догнали спутников у покрытой мхом расщелины.
Участники похода расположились на отдых, кто где смог. Кто-то устроился на земле, другие уселись на мягких, заросших кочках. Чехов беспрестанно ерзал, как будто бы ему никак не удавалось удобно устроиться. Неподалеку Кирк отыскал небольшой бугорок, и присел на него.
– Мистер Чехов, – обратился капитан. – Ваша спина все еще доставляет вам неприятности?
– Да, сэр. – Было видно, что Чехов чувствует себя неловко. – Я неважно себя чувствую, капитан. Но никаких сложностей с ходьбой.
– Посмотрите, доктор Вилсон, не могли бы вы что-нибудь предпринять? как можно непринужденно попросил Кирк, и Вилсон, подражая ему, с легкостью ответила:
– Конечно, капитан.
Чехов сначала запротестовал, но она ехидно улыбнулась ему.
– Ну, не упремтесь, мистер Чехов… я ведь не прошу вас колоть дрова!
– И когда он уставился на нее с изумлением, добавила:
– Вы не единственный, кто может здесь приводить примеры из старых русских поговорок… – После этого Чехову оставалось только рассмеяться и сдаться на милость доктора.
– Как долго это вас беспокоит, мистер Чехов?
– Я не замечал ничего до того дня, пока мы не оставили лагерь Жесткого Хвоста. Я просто не привык спать на земле.
– И вы, и я, – согласилась Вилсон, улыбаясь. – Спорю, что койка на «Энтерпрайзе» сыграла бы такую же шутку со спинами Яркого Пятна и Несчастья. Какие-нибудь трудности со зрением?
Кирк увидел, как резко взметнулась вверх голова Спока, но вопрос смутил Чехова так, что тот признался:
– Искры в глазах, я просто не в форме. Я давно регулярно не упражнялся.