Песнь надежды
Шрифт:
Вскочив с постели, девушка вытащила из берестяной коробочки подарок леди Алленвуд. Снова взобравшись на высокую кровать, она набросила шаль на обнаженные плечи, наслаждаясь прикосновением гладкого прохладного материала к пылающей коже. Шаль легко скользила по спине и плечам, лаская грудь, словно руки опытного любовника.
Странное тепло разливалось по телу. Что подумал бы Рейф, увидев ее сейчас? Захотелось бы ему прикоснуться к ней, как хочет этого она? Нежно, доверчиво, любя?
Скрестив руки на груди, Джилли продолжала упиваться нежным прикосновением шелка. К концу вечера
ГЛАВА 6
– Если вы хоть немножко постоите спокойно, мисс Джилли, я быстро закончу, – с укоризной заметила Нэн, застегивая пуговицы на спине вечернего платья хозяйки, которая то и дело крутилась, как юла.
Джилли нервничала. Она вертела на пальце кольцо с гранатом, не зная, чем еще заняться. В душе царила полнейшая неразбериха: с одной стороны, хотелось поскорее положить конец конфронтации с Рейфом; с другой – она боялась, как бы их отношения не запутались еще больше.
Если бы знать, о чем думает Рейф, что он чувствует. По его нынешнему настроению невозможно понять, что между ними произошло и почему.
– Все просто умрут от восхищения, мисс, – заключила Нэн, отступая назад и любуясь плодами своего труда.
– Ты так думаешь? Служанка кивнула.
– Я уверена в этом, – сказала она и протянула шкатулку с драгоценностями, чтобы хозяйка выбрала украшения для сегодняшнего вечера. – Особенно мистер Рейф.
Перебирая украшения, Джилли зарделась.
– Даже не сомневайтесь, – уверила Нэн, скрепляя прическу хозяйки золотым, с гранатами, гребнем.
Каскад роскошных черных кудрей девушки падал на ее плечи и спину, вопреки моде, требующей зачесывать волосы наверх.
– Как бы мне хотелось, чтобы ты оказалась права, Нэн, – мечтательно сказала Джилли, разглядывая себя в высокое зеркало. Довольная собой, она взяла из рук служанки шаль и набросила ее на плечи. С высоко поднятой головой и очаровательной улыбкой на устах леди Джиллиан вышла из комнаты, готовая встретиться с любым испытанием, которое могло ожидать ее на сегодняшнем вечере.
Рейф налил немного виски из графина, который по его просьбе недавно принесли, залпом выпил, мучимый воспоминаниями об утренней верховой прогулке. Перед его глазами стояла Джилли в несколько вызывающей амазонке, делающей ее невероятно красивой. Удивительно, как подчеркнула мужская одежда ее женские прелести. Закрыв глаза, Рейф откинулся на спинку кресла. Джилли держалась в седле не хуже команчей, эта бесстрашная всадница, казалось, сливается со своей лошадью, являясь ее продолжением.
Но Джилли не имела отношения ни к команчам, ни к воинам. Она рождена женщиной.
Хотя нет, тоже не это. Из очаровательного ребенка она превращалась в женщину.
Должно быть, от виски его мысли путались, стало мерещиться, что в комнате слышится смех Джилли, веселый, задорный, звонкий, и разносится запах ее духов.
Открыв глаза, он взял книгу в кожаном переплете, лежащую рядом с графином, «Сказки братьев Гримм», и листал страницы до тех пор, пока не
В камине весело потрескивали дрова, в комнате царил мягкий уютный полумрак.
Рейф взял снимок и благоговейно стал рассматривать его. На него с улыбкой смотрела Джилли. Юноша резко захлопнул книгу и уставился на графин с виски, раздумывая, не прикончить ли его содержимое и таким образом обрести забвение.
Но нужно было спускаться на землю, его ожидал разговор с Джилли. Джилли.
Прекрасная мелодия его сердца, святая целомудренная искусительница его души.
– Ты уже уходишь?
Тони едва освободился из объятий Наташи.
– Да, любовь моя, пора.
Изображая обиду, Наташа надула губки, но озорное выражение глаз выдало ее. Юноша быстро поцеловал любовницу и принялся натягивать рубашку, несколько минут назад расстегнутую проворными пальчиками Наташи.
– Сегодня вечером будет уйма времени, – бодро сказал он, надевая фрак.
– Кому нужен этот обед, – со вздохом заявила женщина, прихорашиваясь перед зеркалом. – Ко мне снова прицепится полковник Маргбейн, этот невыносимый грубиян из соседнего поместья. Разговоры с ним все время возвращаются к урожаю, урожаю и еще раз урожаю. – Наташу невольно передернуло.
– Так будь же умницей.
– Конечно, – покорно согласилась Наташа. – Да, видит Бог, если уж я мирюсь с дурацкой болтовней Диллингтона, то смогу не заснуть в обществе другого такого же зануды. – Говоря так, она медленно приближалась к Тони. Рука обвилась вокруг талии любовника, однако его здравый смысл восторжествовал.
– Позже, Нат, – снова повторил Тони.
– Так всегда, – с грустью сказала она. Обернувшись, Тони окинул взглядом Наташу. В красном шелковом платье, подчеркивающем все великолепие ее фигуры, с ожерельем из рубинов и бриллиантов, она выглядела восхитительно. Высокая грудь соблазнительно выглядывала из глубокого декольте.
– Не слишком ли вызывающе? – спросил он. Наташа томно улыбнулась.
– Ты находишь? – Она опустилась перед Тони в глубоком реверансе. – До скорого, – проворковала женщина, увертываясь от потянувшихся к ней рук молодого человека. Взявшись за дверную ручку, она задержалась и, приподняв платье, продемонстрировала Тони, что под платьем нет ничего, кроме шелковых чулок. – Думаю, нам будет чем заняться во время обеда, – прощебетала Наташа и выскользнула за дверь.
У Тони вырвался стон. Все его мысли сосредоточились на том, как улучить момент и проучить Наташу за все ее проделки. В голову пришла фривольная мысль, но он постарался забыть о ней. Сейчас надо думать о предстоящем разговоре с Джорджи, хотя, говоря по чести, он не знал, как заставить ее собрать вещи и вернуться обратно в Лондон.