Пещера
Шрифт:
— Это обсуждению не подлежит. Либо Джейсон едет со мной, либо я вынуждена отвергнуть ваше предложение.
Блейкли молча смотрел на нее.
— Он уже бывал со мной на различных раскопках, — продолжала Эшли, — и знает, как себя вести в подобных экспедициях.
— Мне кажется, взять его с собой было бы не очень благоразумно.
— Он — самостоятельный и сообразительный мальчик.
Блейкли поморщился.
— Если я приму это ваше условие, вы готовы присоединиться к моей команде? — Он снял очки и помассировал красную полоску на переносице, продолжая говорить, как если бы рассуждал вслух: — А почему бы его не оставить на базе Альфа?
С облегчением вздохнув, Эшли пожала его сухую ладонь.
— А теперь скажите, что заставило вас приложить столько усилий, чтобы заполучить меня в свою команду? — спросила она.
— Ваша специальность. Антропологические исследования примитивных племен, обитавших в пещерах. Ваша монография, посвященная «Скальному поселению Гила», [3] была поистине великолепна.
— Но почему именно я? В данной области специализируются многие палеоантропологи.
Доктор Блейкли принялся загибать пальцы.
3
Скальные поселения — распространенное название мест обитания исчезнувших племен — строителей древних городов на юго-западе США в огромных открытых гротах на высоких скалистых обрывах. «Скальное поселение Гила» имеет статус национального заповедника.
— Вы продемонстрировали отличные навыки работы в команде — это раз. Вы обладаете острым чутьем на незаметные для других, но очень важные детали — это два. Вы знамениты своей неукротимой страстью к разгадыванию различных загадок и тайн — это три. Вы в прекрасной физической форме — это четыре. И наконец, вы заставили меня вас уважать — это пять. Еще вопросы будут?
Других вопросов у Эшли пока не оказалось, и, слегка покраснев от смущения, она мотнула головой. Ей не часто приходилось слышать сразу столько лестных суждений о своей персоне. Чувствуя себя неловко, она сменила тему.
— Теперь, когда мы стали партнерами, может быть, вы все же расскажете мне о том, где был найден этот уникальный артефакт? — Эшли поднялась, чтобы собрать грязную посуду. — Полагаю, где-нибудь в Африке?
Блейкли усмехнулся.
— Не угадали. В Антарктиде.
Эшли оглянулась через плечо, чтобы выяснить, не шутит ли он.
— На этом континенте не существовало никаких древних культур. Антарктида — сплошной ледник.
— Кто вам это сказал? — передернул плечами Блейкли. Эшли поставила посуду в раковину.
— И где же в Антарктиде они, по-вашему, могли существовать? — спросила она, повернувшись лицом к гостю и вытирая руки полотенцем.
Он молча ткнул пальцем в пол.
2
Блэк-Рок, Австралия
Бенджамин Браст поглядел на большого рыжего таракана, который рысил по ободку унитаза, а затем подошел к решетке и провел ладонью по щетине, покрывшей щеки за время его заточения. Здесь, у двери, запах застоявшейся мочи бил в нос не так сильно. Охранник в форме поднял голову от лежавшего у него на коленях свежего номера «GQ». [4] Браст кивнул стражнику, и тот равнодушно вернулся к чтению.
4
«GQ» (Gentlemen's Quarterly) —
Хорошо хоть, его клиент, Ганс Бидерман, полным ходом шел на поправку. Хвала Всевышнему и за это! Не хватало ему вдобавок ко всему прочему обвинения в непредумышленном членовредительстве. Бидерман за их совместную эскападу отделался лишь штрафом и уже сегодня должен был вылететь домой, в Германию, в то время как Бену, которого признали организатором экспедиции, грозило долгое заключение в военной тюрьме.
В течение последних лет Бен специализировался на организации экскурсий для состоятельных господ по различным экзотическим местам. Экскурсий не совсем законных, а иногда и совсем незаконных. Его коньком были подземные приключения: заброшенные алмазные шахты Южной Африки, руины древних монастырей в пещерах под Гималаями, подводные тоннели Карибского побережья, а здесь, в Австралии, — цепь потрясающих пещер, доступ в которые по распоряжению военных был строго-настрого закрыт для посторонних.
Эти удивительные пещеры располагались на дальней оконечности военной базы Блэк-Рок. Четыре года назад Бен сам обнаружил их и составил их карту.
Все шло как нельзя лучше до тех пор, пока его очередной клиент, этот жиртрест герр Бидерман, не поскользнулся и не сломал ногу. За то, что он не послушался предупреждений Бена, его стоило бы бросить в пещере, чтобы он сгнил там, на радость летучим мышам, но Бен, движимый благородством, попытался спасти этого жалкого кретина. Стенания герра Бидермана привлекли внимание военной полиции, и вот в благодарность за свои старания Бен оказался в заплеванной тюремной камере.
Отойдя от решетки, он сел на покрытую плесенью койку, а затем завалился и стал разглядывать пятна на потолке. В коридоре послышался стук тяжелых ботинок, а потом кто-то что-то пробормотал, обращаясь к охраннику. Толстый журнал звонко шлепнулся на пол.
— Здесь, сэр! — с испугом в голосе ответил охранник. — В четвертой камере.
Шаги возобновились, а затем затихли у камеры Бена. Он приподнялся на локте, чтобы выяснить, кто пожаловал к нему в гости, и увидел своего бывшего командира. Бритая наголо голова, крючковатый нос и глаза-буравчики.
— Полковник Мэтсон?
— Я всегда знал, что рано или поздно найду тебя здесь, ты, ходячий геморрой! — пробурчал полковник, но радость, светившаяся в его глазах, указывала на то, что сказано это не всерьез. — Как они с тобой обращались?
— Как в «Хилтоне», сэр. Правда, обслуживание в номерах оставляет желать лучшего.
— А ты чего ждал? — Полковник сделал знак охраннику открыть камеру. — Следуйте за мной, сержант Браст.
— Я теперь просто мистер Браст, сэр.
— Не выпендривайся. Нам нужно поговорить.
Вмешался охранник:
— Надеть на него наручники, сэр?
Окинув Бена оценивающим взглядом, полковник кивнул:
— Пожалуй, да. Гражданским верить нельзя.
— Ладно, — уступил Бен, — вы победили. — Он вытянулся по стойке смирно и отрапортовал: — Сержант Браст прибыл на службу!
— Вот так-то лучше, — кивнул Мэтсон и знаком отпустил охранника. — Пойдем ко мне.
Выйдя из здания тюрьмы, они совершили короткую поездку на автомобиле и через полминуты оказались возле административного здания. По тому, как неуверенно вел себя этот всегда кипучий и решительный человек, Бен понял, что разговор будет непростой и весьма важный.