Пес бездны, назад!
Шрифт:
— Идёт.
Наверное, надо было отказаться под каким-нибудь благовидным предлогом, но я его не придумала, да и обижать Артёма как-то не хотелось. Всё-таки он вытащил меня из крупных неприятностей. И накормил. Надеюсь, настоящая Алиса на меня не рассердится за самоволие.
Мы остановились перед каким-то серым зданием, но я уже была неспособна воспринимать то, что меня окружает. Артём вышел, открыл мне дверцу, снова помог расстегнуть ремень. Я шагнула и пошатнулась. Меня тотчас
— С тобой всё в порядке? Эй, Лиса?
Его голос доносился словно сквозь густую пелену. Я почувствовала, как мою руку закинули за широкую шею, мою талию обняли, а затем перехватили ноги под коленками и куда-то понесли. Надо было негодовать и отбиваться, но моя голова тяжело упала на мужское плечо, и мир куда-то поплыл. Я так устала, что душа и разум словно оцепенели в безразличии.
Что-то задребезжало.
— Ну начинается с утра пораньше! — донеслось из-за обшарпанной двери. — Ни свет, ни заря… Это кто там?
— Мне не откроют, — шепнул мне на ухо Артём, — отзовись.
— Это я, Алиса.
— Ключ потеряла, что ли?
— Да…
— Людмила Прокофьевна, — снова подсказал парень.
— … Людмила Прокофьевна.
Дверь загрохотала. Видимо, отпирали какие-то щеколды.
— Ну и где ты шлялась всю ночь, Алиска? Пока матери нет, она, значит…
Голос прервался. Я открыла глаза и увидела в темноте коридора высокую худую женщину с жёлтыми волосами, замотанными на голове в пушистую ткань.
— Понятно, — процедила та с презрением, — вот, значит, где. А ещё учительница!
Артём под испепеляющим взглядом странной мадам пронёс меня и, открыв дверь, вошёл в комнату. Маленькую, похожую на мою комнатку в башне. Я сползла с его рук. Огляделась, не отпуская крепкого плеча. Да уж… Зато потолки высокие.
Два окна в зелёных гардинах… Две кровати. На одной из них кто-то спал. Зеркало, перевёрнутое стеклом к стене. Стол и два стула. Два шкафа и комод. И много-много разноцветных книжек. Такое богатство в такой бедности!
Я обернулась и успела заметить, с каким отвращением Артём рассматривает моё жилище. Нахмурилась.
— Лис… тебе здесь не место, неужели ты этого не видишь? — зашептал парень горячо. — Ты — красивая, умная девчонка. И вдруг коммуналка. В двадцать первом веке! И вот это всё… Ты всё же пошла в учительницы… Ну… Я же говорил! Зачем? Ради чего? Из одного только упрямства! Помнишь, что о тебе говорили профессора? Чёрт.
— Артём…
— Нет, не злись. И не обижайся, пожалуйста. Я же не для этого.
Он взял мои ладони в свои. За тонкой дверью всё ещё слышалось ворчание соседки. Мне стало до крайности неловко. Возбуждение Артёма пугало.
— Лиса, ты — необыкновенная девушка.
Да что он привязался к комнате?! Нормальное жилище. Окна вон — застеклены, между прочим. И книг — просто гора. Мне стало обидно за Алису. Я вырвала руки.
— Разреши мне самой это решать, — прошипела, не удержав гнев.
— Алиса? Кто это?
Мы дружно оглянулись. Завёрнутая в кокон из голубого одеяла на нас смотрела растрёпанная девушка лет пятнадцати или около того. Светлые волосы одуванчиком веяли вокруг её головы. Кожа на лице была ярко-розовой, глаза так и не раскрылись до конца.
— Привет, — улыбнулся ей Артём.
— Ты рехнулась приводить мужиков, когда я сплю? Ты время вообще видела?
— Он уже уходит.
— Я уже ухожу, — закивал парень, — ты же закроешь за мной дверь, Алиса?
Мы вышли в коридор, и он снова схватил меня за руку. Я вяло потянула свою конечность к себе.
— Знаю, наговорил глупостей, — зашептал Артём, уже буквально стоя на пороге, — извини. Я погорячился. В том смысле, что не вовремя. Но… я всё ещё вот так считаю. Однако не должен был на тебя сходу всё это вываливать. Прости. Не выдержал. Но в кино завтра мы всё же идём, да? Ты же обещала.
— Не обещала. А вот ты обещал, что меня не разочаруешь, — намекнула я.
Он встревоженно посмотрел на меня. Сейчас, в полумраке, его глаза казались тёмными.
— Лис… Я всё же заеду завтра за тобой, да? Ладно?
— Ладно, — я устало выдохнула. — Я очень хочу спать, Артём.
Он ещё раз извинился и наконец побежал вниз по лестнице, а я, осмотрев дверь, защёлкнула её на задвижку и вернулась в комнату.
— И что это было? — мрачно уточнила девица, всё так же не вылезая из-под одеяла.
— Мне стало плохо по дороге, и Артём меня проводил.
— Артём? — девчонка прищурилась. — Это тот масик, которого ты кинула год назад? Ты теперь снова с ним, или так, в качестве френда?
Я рухнула на постель. Не на ту, где лежала, очевидно, младшая сестра Алисы.
— Спи давай.
Принялась расшнуровывать корсет.
— Ну у тебя и прикид, — хмыкнула девчонка, снова натягивая одеяло на нос. — Я завтра в школу не пойду. Я заболела. Маме так и скажи. Хорошо?
Мир кружился. Я скинула все юбки, стянула верх и осталась в одной камизе. Уф-ф. Странно, что сестра признала во мне Алису. Но мать-то наверняка опознает? Или нет? И где сама эта Алиса? Ладно, всё это будет не сейчас… Потом. Сначала — спать.
Одно понятно точно: с этим попаданием что-то не так. И это «что-то не так», я уверена, устроил Румпель.