Первый всадник
Шрифт:
— Благодарю, — ответил папа и, забрав пропуск с путеводителем, медленно проехал через КПП.
Вновь меня накрыл аромат выпечки, заставив в очередной раз растянуться в широкой улыбке.
— Вот мы и в Москве, — потрепав меня по голове, сказала мама. — Я и не знала, что в столице какой-то праздник. Вон, даже гусаров поставили в качестве простых патрульных.
— Сегодня исполняется семьдесят пять лет с тех пор, как Благославенный Андрей пробудил свою силу и сорок, как одарил столицу величайшим благословением, которое до сих пор так никому и не удалось повторить, — с гордостью произнёс папа.
—
Она хоть и была взрослой, но никогда не интересовалась жизнью магов и тем, что они там делают.
— Время, — отец важно поднял указательный палец. — Благославенный Андрей дал дополнительный час каждому, кто уходит из жизни в пределах столицы. Даже получив смертельное ранение, если мозг не задет, человек будет жить ещё целый час, за который должен успеть завершить самые важные дела. После наложения этого благословения приток посетителей столицы увеличился в сотни раз. Даже было время, когда она становилась забита до предела понаехавшими со всех уголков мира. И тогда император сделал очень грамотный ход — установил плату для всех иностранцев, желающих продлить свою жизнь ещё на час. Пять тысяч рублей.
Я присвистнул. Пять тысяч имперских рублей очень большая сумма по меркам любого государства. К примеру, «Енисей» новой модели стоит около тысячи. Видел, как-то рекламу между мультиками.
— А не для иностранцев? — спросил я.
— А для граждан империи такая услуга совершенно бесплатна. Даже построили специальный район на окраине Москвы. Его так и называют — «Последние шестьдесят». Очень знаковое и атмосферное место.
— Но мы туда точно не поедем, — бескомпромиссно заявила мама. — Не хватало нам ещё на умирающих людей смотреть. Как подумаю об этом, так сразу в дрожь бросает.
— Как скажешь, — согласился папа. — Для начала предлагаю заскочить в «Имперский Трактир», а уже оттуда, сытым и довольными — на Воробьёвы горы. Говорят, там лучший парк аттракционов в империи. А ещё самая высокая смотровая в столице, оснащённая магическими биноклями. Главный корпус ММУ, где учатся сильнейшие маги империи, и ещё куча всего интересного.
— Я согласен. Вперёд, на Воробьёвы горы! — опередил я маму, которая явно имела другие планы на сегодняшнюю поездку, но аромат свежей выпечки манил и становился всё прекраснее с каждым новым словом отца.
Я даже не обратил внимание на каплю гнили в аромате выпечки, что промелькнула где-то в отдалении.
Но пойму я об этом гораздо позже. Когда уже ничего нельзя будет повернуть вспять.
А пока — вперёд и только вперёд!
— Это сколько же сегодня народу соберётся? Никогда ещё подобной толпы не видел, — произнёс техник, который отвечал за одну из сотен световых установок, что сегодня должны будут явить столице почившего благодетеля.
После смерти Благословенного столичные маги-инженеры пошаманили и создали это чудо, которое каждый год двадцать девятого июля ровно в пятнадцать двадцать две создаёт магический образ, который поздравляет гостей и жителей столицы с этим великим праздником.
— Много. Годовщина. Семьдесят пять лет, как Благословенный пробудил свой дар. И сорок лет, как наложил на столицу своё величайшее благословение, — ответил
— Да, дело он великое сотворил. Утёр нос магам во всём мире. И прошлым, и будущим. Кто ещё сможет такую магию сотворить?
— Про прошлых ты правду сказал. Не было там никого, кто что-нибудь похожее сподобился сотворить, а вот про будущих поторопился. Не известно ещё, что новое поколение магов империи покажет. Слышал я, что у нас появились сразу четверо кандидатов на места сильнейших. А в других европейских странах и вовсе ни одного нет.
Молодой немного смутился, но не стал спорить с более опытным напарником.
Да и не понимал он ничего в магии и магах. Все они для него были настоящими инопланетянами, способными творить всякие чудеса. А вот другой вопрос он задал.
— А почему главные празднества, связанные с магией, проходят здесь, на Воробьёвых горах?
— Чёрт их знает, — пожал плечами бывалый техник. — Видать, здесь какое-то особенное место для магов. Не зря же они свой главный университет здесь поставили. Да и министерство магии здесь недалеко. А ещё лет двести назад здесь каждый княжеский род метил свою резиденцию поставить, пока император всех не разогнал и не объявил эти земли государственной собственностью. Любые частные владения здесь запрещены. Даже императорский род не может ничего построить.
— Воробьёвы горы — особенное место, — раздался вкрадчивый голос, заставивший рабочих испуганно подпрыгнуть и выругаться.
Но это совершенно не смутило рыжеволосую малышку лет шести, в светлом сарафане с рюшами, белых гольфах до колена и почему-то в одном сандалике.
— Здесь сходятся сильнейшие магические потоки континента, создавая особую магическую зону, в которой любая магия творится значительно проще. Именно поэтому здесь построили Московский Магический Университет, в который хотят попасть все маги империи. Но попадают в него только лучшие. И никакие связи здесь не помогут. Даже рождение в императорской семье.
Работяги переглянулись и посмотрели по сторонам в поисках родителей девчонки или любого взрослого, который мог её сюда привести, но никого не увидели.
Лишь далеко внизу, среди ветвей деревьев, можно было разглядеть людей, прибывших на праздник и даже не подозревавших, что здесь находится одна из световых установок. Да и знали об этих установках исключительно люди, работавшие с ними.
— Ты как сюда забралась? — заговорил бывалый, у которого было трое детей, и старшая дочь уже закончила медицинский.
До этой встречи он считал, что умеет ладить с детьми. Особенно такими крохами.
— Наверное, заблудилась, и родители тебя уже обыскались. Вон и сандалик один потеряла. Давай ты немного побудешь с нами, а мы пока позвоним в полицию? За тобой придут добрые люди, а потом и родителей твоих быстро найдут.
— Не надо, — махнула рукой девочка. — Сандалик я потеряла, как раз когда от родителей и тех, кто за мной должен присматривать, убегала. А сюда мне дорогу он показал.
Девчонка направила указательный палец в сторону густого кустарника метрах в тридцати от места, где должна стоять световая установка.