Первый удар

Ниланд Эрик

— Возможно, вы сейчас думаете: «Мы ведь уже давно научились прятаться. И от ККОН, и от ковенантов. Так зачем же что-то менять?» Скажу одно: найти вас оказалось удивительно легко даже для нас. А уж чужаки точно заглянут в этом поясе астероидов под каждый камушек.

Губернатор взял бутылку и до краев наполнил свой бокал, а затем проглотил выпивку одним залпом.

— А что в другом случае? — холодно спросил он. — Предположим, я вам помогу. Думаете, вместе мы справимся с ковенантами? Да если они

заявятся сюда той армадой, про которую вы упомянули, разницы не будет никакой.

— Если вы нам поможете, — ответил адмирал, — мы починим корабль и прыгнем к Земле. И я возьму на борт всех ваших людей. И обещаю вам всем полную амнистию.

Джайлз снова рассмеялся. На его лицо вернулась прежняя самодовольная ухмылка.

— А у вас есть хоть какие-то доказательства? Хотя бы того, что неприступного Предела больше нет? Или того, что вы завладели инопланетными технологиями? Может, никакие ковенанты сюда и не направляются?

— Шеф! — тревожно закричала Кортана.

На лицевом щитке Сто семнадцатого возникло окошко со схематическим изображением системы Эридана. Возле третьей планеты замерцал навигационный маркер. Через секунду из него развернулся прямоугольник с полученными от радара знакомыми очертаниями ковенантского крейсера.

— У нас гости, — произнес Мастер-Шеф, вскидывая руку и указывая в сторону обзорного окна. — Вон там.

В темноте космоса мерцали синие огни корабельных двигателей. Чужаки, набирая ход, приближались к поясу астероидов.

— Думаю, губернатор, вы получили свои доказательства, — прорычал Уиткомб.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Время: 20:00, 12 сентября 2552 (по военному календарю, пересмотренная дата) / Система Эридана, на борту спаренного судна «Геттисбург» — «Восхождение правосудия», состыкованного с космической базой.

Адмирал Уиткомб, Мастер-Шеф, Фред и лейтенант Хаверсон поднялись на лифте и вышли на мостик «Геттисбурга».

Над голопроектором возле звездной карты возникло изображение Кортаны.

— Вражеский крейсер всего в двухстах тысячах километров отсюда, — доложила она. — Стремительно приближается.

Адмирал тут же начал отдавать приказы:

— Фред, займи инженерный терминал. Хаверсон — навигацию. Шеф — первый орудийный контроль. Проверить все системы. Лейтенант, уходим от противника курсом один-восемь-ноль к два-семь-ноль.

— Есть один-восемь-ноль к два-семь-ноль, — отозвался Хаверсон. Он пристегнулся к креслу навигатора, и его пальцы застучали по клавиатуре. — Курс введен, сэр.

«Геттисбург» и «Восхождение правосудия» стали уходить в глубь пояса астероидов.

Мастер-Шеф подошел к орудийной консоли. Несмотря на то что в теории

Сто семнадцатый знал, как управлять любым вооружением, установленным на боевых судах ККОН, ему никогда не доводилось проверить свои познания на практике. ОМУ, установленное на этом фрегате, являлось одним из мощнейших орудий, имеющихся в распоряжении человеческого флота. Ему хотелось бы, чтобы у них остались снаряды к этой пушке. Сейчас было бы очень кстати выпустить по ковенантскому крейсеру хотя бы одну шестисоттонную торпеду из обедненного урана.

Спартанец ввел последовательность команд, и темный экран осветился. Мастер-Шеф погрузился в изучение оружия, имеющегося на «Геттисбурге».

На третьем обзорном дисплее открылось окно связи с Джайлзом. Лицо губернатора хранило полную бесстрастность, если не считать сжавшихся в тонкую линию губ.

— Губернатор, — произнес адмирал мягким, но властным тоном, — я собираюсь отойти подальше от вас и с большого расстояния выстрелить по крейсеру из плазменного орудия. Это уничтожит его щиты. Я хочу, чтобы вы связались с нашим ИИ и по его команде выпустили ядерные торпеды. Таким образом мы сможем разнести противника на куски.

— Безупречный план, — произнес Джайлз, и его поджатые губы скривились в сардонической усмешке. — Есть только одна проблема. Нет у нас ядерного оружия. То, что вы засекли, — простые нейтронные излучатели. — Он пожал плечами. — Мы блефовали.

Адмирал Уиткомб беззвучно выругался.

— Что ж, это было хитро, Джайлз.

— Но ведь у вас целых семь плазменных орудий, — заметил губернатор. — Этого вполне должно хватить, чтобы…

Адмирал возвратил собеседнику такую же ехидную усмешку.

— Мы тоже блефовали. У нас только одна пушка, и та едва работает.

— Похоже, мы оба друг друга переоценили, — произнес Джайлз. — И в других обстоятельствах я бы нашел это даже смешным.

— Согласен. — Уиткомб повернулся к Кортане: — Попробуй связаться с этим крейсером, может быть, нам и его удастся одурачить.

— Они вышли на связь, — доложил ИИ. — Если отбросить в сторону всю религиозную риторику, от нас требуют лечь в дрейф и вернуть им сакральный артефакт, иначе они откроют огонь.

— Что ж, дадим им наш ответ, — произнес адмирал Уиткомб. — Кортана, открывай огонь, как только будешь готова.

Последняя турель «Восхождения правосудия» нагрелась и выпустила тонкий плазменный луч, неожиданно свернувшийся в широкую спираль, прошедшую под самым носом «Геттисбурга». Раскаленный газ сжег последние остатки титановой брони, обнажив скелет корабля.

— Какого черта сейчас произошло? — потребовал объяснений Уиткомб.

— Анализирую, — ответила Кортана. — Плазменная турель выключена. Ждите результатов.