Первый паладин

Кошкин Дмитрий

Глава 14. Радушный столичный прием.

Выдвинулись в путь мы при первой же возможности. Ни Генрих, ни Стрикт не желали пользоваться «радушием» князя Перхавейла больше, чем это было необходимо.

Главный дознаватель хотел было забрать с собою тело полуволка для изучения, но Аватор настоял на том что, по королевским законам, добычей убитой в княжеских землях распоряжается князь этих земель.

– Наверняка, хочет сделать чучело, чтобы потом хвастаться, как самолично прикончил чудовище в неравной схватке. – Сплюнув,

тихонько прокомментировал такое решение Генрих.

Я же ненавязчиво разрешил спор двух господ, вставив свое авторитетное мнение как главного специалиста в вопросах нечисти. А заключалось оно в том, что эта тварь, будучи порождением скверны, способна распространять её в любом виде. Даже в виде трупа. Так что наиболее рациональным решением будет сжечь тело дотла. А пепел закопать как можно дальше и как можно глубже.

На самом деле, я не был столь уверен в своих словах, но, в любом случае, лучше перестраховаться. Достаточно вспомнить тех же волков, предположительно, вкусивших плоть демона.

Что князь, что лорд поколебались, но были вынуждены со мной согласиться. Всё-таки, свою компетентность я доказал сполна. Даже тон Аватора стал чуть менее пренебрежительным по отношению ко мне.

За день до отъезда мы с Генрихом решили навестить спасенную нами девушку.

Аккуратно постучавшись, мы вошли в дом, где совсем недавно произошло страшное убийство, и обнаружили её удрученно сидящую на табуретке.

Заметив нас, она прибодрилась, но я успел приметить её стеклянный взгляд, смотрящий в пустоту.

Вскочив со стула, она изобразила глубокий поклон:

– Приветствую милостивых господ. Чем могу быть полезна?

– Расслабься. – Улыбнулся я в ответ. – Мы просто пришли тебя проведать.

– Ох, неужели это вы мои спасители?! – Всплеснула руками девушка. – Я вам так благодарна! Я ничего не помню с той ночи, когда… Умерли родители. Но мне всё рассказали. Как вы отважно напали на след зверя и сразили его!

Не помнит, значит? В принципе, это логично. После исцеления души, травмирующие воспоминания были заблокированы. Или же они и были той раной? В любом случае, это и к лучшему. Жаль только что родителей ей уже не вернуть.

– Можно воды? – Попросил я, присев на свободное место.

Девушка захлопотала, принеся наполненный кувшин, а я попытался её разговорить.

И это оказалось не сложно, хотя признавалась в проблемах она несмело. Например, про то, как жить одной теперь будет трудно. Аватор итак душил крестьян податями, а в одиночку их будет выполнять практически невозможно. Неплохим вариантом было бы выйти замуж, но положение у сироты, за которую некому будет заступиться, в случае чего, не очень завидное. Да и судя по её виду, в этом доме, напоминающем об утрате, ей оставаться некомфортно.

– А ты не хочешь уехать? – Внезапно предложил Генрих. – В моем замке найдется место для служанки.

Маришка не нашла что сразу ответить, но в глазах её промелькнула надежда. Генрих же, вставая со стула, предложил следующее:

– Поступим вот как.

Пока подумай, и если решишься, приходи завтра на рассвете к замку своего князя. Мы отправляемся рано утром, и подберем тебя.

– Спасибо, сир! Я подумаю. – Закивала та головой. Но по её глазам я понял, что она уже всё решила.

Отправлялись мы на рассвете всё тем же составом. Что дружинники, что гвардейцы, хорошо отдохнули и выглядели повеселевшими. Ну да, это не они сломя голову носились эти дни за кровожадной тварью.

Вопреки ожиданиям, на выезде из замка нас никто не ждал. Мы с Генрихом переглянулись, и я пожал плечами:

– Видимо, не решилась.

Это, конечно, её выбор, но на душе было как-то неприятно от осознания того, какая нелегкая жизнь теперь ожидает девушку.

Ехали молча. Каждый был погружен в свои мысли.

Лично я размышлял об увиденном в княжестве Перхавейла. Угнетенные безрадостные лица людей навевали тоску, и я благодарил судьбу за то, что родился на землях Враноглава. Жизнь любого крестьянина нельзя назвать беззаботной, но в моем детстве находилось место и радости.

Остановившись на ночлег возле очередного леса, собравшиеся у костра дружинники решили поинтересоваться о подробностях инцидента у непосредственных его участников.

Я решил, что рыцарям будет полезно узнать о том, какие виды может принимать скверна и рассказал о том, как мы охотились на местного оборотня, без излишних интимных подробностей. Также, мы с Генрихом решили умолчать о судьбе незадачливого пастушка. Возможно, стоило бы рассказать всем об опасностях непонятных артефактов, которые могут обратить человека в чудовище, но мы не стали очернять память юноши, ставшего жертвой сил тьмы. Пусть он лучше значится в списке пропавших без вести.

Завершив свой рассказ на последней встрече со спасенной девушкой, взял слово один из дружинников, по имени Игвар:

– Это такая невысокая белокурая? Волосы в косу заплетены?

Генрих кивнул:

– Она самая. А ты ее где видел?

– Ну, так она уже с рассветом возле замка стояла. С сумкой какой-то. Не спалось мне что-то, вот я и вышел по замку пройтись, да её и заприметил.

Я нахмурился:

– И куда она пошла?

– Так люди князя её в замок уволокли.

– Ага. А я видел, как её к князю доставили. – Подтвердил его слова здоровенный как бык Болдар, жуя вареное яйцо. – А потом в южной башне заперли.

Мне кажется, я смог услышать, как заскрипели зубы у Генриха. Доедали свою кашу мы молча и в напряжении, а в груди остро клекотало чувство несправедливости. На кой черт Маришка понадобилась Аватору? Причин могло быть уйма. Как минимум, князья не очень любят, когда от них уходят крестьяне.

Вскоре меня подозвал Генрих переговорить с глазу на глаз:

– Мы должны что-нибудь сделать. – Перешел он на полушепот.

Я покачал головой:

– Ты лучше меня понимаешь, что мы не можем сделать ничего. Это земли Перхавейла. Он здесь хозяин.