Первый альянс
Шрифт:
— Благодарю. Это очень щедрый дар, — совершенно искренне поблагодарил я маркграфа. — Надеюсь, вы не откажетесь побыть немного моим гостем?
— Если ты рассчитывал, что я подарю тебе подарок и тут же свалю назад, то зря, — хохотнул он в ответ. — Показывай, что тут и как. Давно хотел побывать в Вольной марке. Да всё никак не удавалось.
* * *
— Так ты говоришь, это проделали островитяне? — мрачно поинтересовался маркграф Тьерн Готмал,
Изучать руины древних ему быстро наскучило, тем более мы лишь сверху осмотрели раскопанную часть подземного города, не рискуя углубляться в хитросплетение подземных коридоров.
Зато внимание маркграфа привлек Восточный форт. Слишком свежими были следы недавней бомбардировки.
— Да! Больше просто некому. Сначала бомбами ударили, а потом газом, — пожаловался я.
Будет неплохо, если Тьерн Готмал заимеет небольшой, а лучше большой зуб на островитян.
— Что-то наши островные родственнички в последние пару лет окончательно обнаглели, — разозлено проворчал он. — Если и насчёт твоего торгаша догадки верны, то я обязательно подниму этот вопрос в фольхстаге. Нельзя позволить островитянам безнаказанно вытирать ноги об империю. Сами не заметим, как превратимся в половую тряпку.
Пожалуй, тут я с ним согласен. Проблема в том, что я понятия не имею, каким должен быть этот ответ. Не стоит спускать островитянам подлости, но и развязывать войну не вариант. Древолюбы этому только рады будут.
Всё-таки империя как-то чрезмерно возгордилась, и наплодила слишком много врагов. Вот и приходится вертеться, не зная, откуда прилетит следующий удар. Давно следовало договориться с теми же островитянами или альвами, разграничить сферы влияния, подписать все необходимые договоры.
Впрочем, вроде бы с Великогартией мы что-то такое и подписывали. И каков итог? Может хоть бумага мягкая?
Оставив в покое остатки форта, мы двинулись к коляске. Не на рыцаре же маркграфа возить. Вот и пришлось как-то изворачиваться. В Степном Страже сложно быстро найти самобегающую коляску, но с обычной конной особых проблем не возникло.
— А это ещё что? — едва устроившись в коляске, поинтересовался маркграф, кивнув в сторону стремительно приближающегося к нам всадника.
Я машинально положил руку на рукоять револьвера, но узнал наездника и расслабился, а затем вновь напрягся.
— Похоже, что-то случилось!
Чтобы директор биржи сел в седло… надеюсь, он не новости о смерти императора нам везет. Я к Суману Второму испытываю двойственные чувства, но его смерть в такой момент будет совершенно лишней.
— Ваше Сиятельство! — соблюдая формальности, в первую очередь Берг обратился ко мне. Для несклонного к физической активности чиновника, в седле он держался довольно уверенно. Я бы сказал, бодро. — Срочная телеграмма для Его Сиятельства маркграфа Тьерна Готмал.
— Давай её сюда, — потребовал правитель Южной марки, но директор биржи протянул ему сложенный вдвое
Пробежав взглядом по тексту телеграммы, Тьерн Готмал грязно выругался. Посмотрел на меня.
— Твоя проклятая болезнь начала убивать! — сухо сообщил он, одним резким движением смяв листок с телеграммой, словно именно она была главным виновникам случившийся катастрофы.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок затаённого страха.
Неужели древолюбы или островитяне решили ускорить события? Я предполагал, что подобное возможно, но всё же надеялся, что пронесёт. Что у меня будет больше времени. Нужно лично удостовериться, ошибаться в таком деле нельзя. Может, причиной смертей стала не изумрудная чума, а что-то другое. Люди всё же смертны, да ещё и внезапно смертны.
Готов свой титул в залог поставить, без вмешательства зловредной магии альвов тут не обошлось! Энно что-то там говорил про целительную магию? Ну так альвы в плане магии настоящие чемпионы и болезнь пробудить им вполне по силам.
Кстати, насчёт Энно. Необходимо проверить, как там форт. И следует немедленно усилить охрану! Или ровно наоборот? Больше охраны — больше внимания. Лучше отправлю свободное копье к горам. Два копья, включая пажей! Пора им попробовать себя в долгих переходах. Это должно отвлечь внимание возможных шпионов островитян и альвов.
— Я должен немедленно вернуться в Южную марку, — продолжил Тьерн Готмал, посмотрел на меня и нехотя, словно слегка смущаясь, добавил: — Я не могу требовать, но хочу попросить Ваше Сиятельство лететь со мной.
Во, ещё и вежливое обращение пошло. Могут же фольхи, когда прижмет.
Нет, в целом сегодня маркграф старался держать себя в рамках. Был вежлив, не давил авторитетом и статусом, не плевался раздражением. Но иногда проскальзывало в нём уже знакомое мне по предыдущей встрече лёгкое пренебрежение к моей скромной персоне.
Все фольхи, особенно высшие, равны, но некоторые всё же равнее.
— Хорошо, я готов лететь, — быстро согласился я.
Тут наши желания полностью совпадают. Изумрудная чума — это серьёзно. Тут я готов даже наплевать на свою нелюбовь к полётам. Иным способом до Южной марки быстро просто не добраться. Мы не альвы, чтобы порталы строить.
— Но на дирижабле придётся усилить меры безопасности, — добавил я, вспомнив обстоятельства полёта на другом флагмане, императорском.
— Это ещё зачем? — не понял маркграф.
— Не хочу, чтобы история с «Вершителем Судеб» повторилась, — честно признался я.
Бояться встречи с вражеской эскадрой не стоит, а вот диверсии…
— Среди моих людей нет предателей! — гордо бросил Тьерн Готмал, быстро сообразив, куда я клоню.
Приключения третьего принца при возвращении из Вольной марки в столицу были ему хорошо известны. И в злоключения, а то и в трагедию они не превратились только благодаря чуду… и моему скромному вмешательству.