Первый альянс

Иванов Алексей

— Какое нападение? — подобрался маг. — Опять варгары? Или альвы магией с воздуха ударили.

— Почти угадал, — подтвердил я, — с воздуха, но не альвы. Этой ночью восточный форт забросали бомбами.

Он задумчиво почесал лоб.

— А магией не били? Бомбы, это как-то ненадёжно.

Сказать, вновь подтвердив странность своих знаний или соврать?

Пожалуй, чистосердечное признание тут выгоднее. Пусть я и пустил слух про взрыв порохового склада, но люди-то не тупые. Да и с Бахалом Энно на дружеской ноге. Опять же эвакуация жителей. Попытаюсь схитрить, Суман всё равно правду

узнает. И начнёт задаваться вопросом, почему я решил обмануть его в такой мелочи? И в чём ещё обманываю? Оно того не стоит.

— Они еще и бомбами с ядовитым газом ударили, — пояснил я.

— Хм… Знаю о таких, — кивнул Энно. — Недавно островитяне применяли что-то похожее для усмирения мятежа в одной из колоний. Что-то они осмелели… Его Величеству отписался?

— Да, телеграмму послал, — признал я. — Только вряд ли он пришлет воздушный флот империи, чтобы патрулировать границы Вольной марки или хотя бы воздушное пространство возле Степного Стража.

Да и толку от этого патрулирования. Обнаружить одиночный вражеский дирижабль ночью — задача не из легких. На принца когда охотились чуть ли не воздушный флот прислали. Да и то только каким-то чудом сумели нас перехватить… на свою беду.

— А у тебя как дела? Узнал что-то о болезни? — поинтересовался я.

Этот вопрос меня интересует куда больше происков альвов или островитян. Случайных погибших под бомбами людей жалко, но красивыми фразами про неотвратимое возмездие я бросаться не стану. Болтать языком всегда проще, чем делать. А если не можешь делать, лучше просто промолчать. По крайней мере перед умными людьми, которые знают о твоих реальных возможностях.

Красивые и простые лозунги хороши лишь для одурманивания толпы, она любит быть обманутой. У людей умных, понимающих, что эти лозунги пусты, они вызывают лишь снисходительную усмешку.

Единственная месть, которая мне доступна — сорвать планы древолюбов и островитян. На этом и стоит сосредоточить усилия.

— Интересную задачку ты мне подкинул, — оживился Энно. — Конечно, я только начал, но одно могу сказать наверняка — это очень странная болезнь.

Тоже мне новость! Не для меня, так уж точно. Но следующие слова мага заставили меня отбросить скепсис и превратиться в слух.

— Главное, что я пока что понял, в данный момент возбудитель болезни какой-то недоделанный. Он словно спит! Но стоит воздействовать на него целительной магией, как он тут же просыпается, становится агрессивен.

Целительная магия значит… Похоже, Золотому очень повезло что Прия и Виней обычные врачи, а не целители. Впрочем, последние — штука довольно редкая. Нет, целительные заклинания многие маги знают. Да что маги, любому приличному одарённому они известны, пусть и начальных кругов. Но для полноценного звания целителя этого мало.

— Если возбудитель спит, то как массово заразились жители Золотого и почему не заразилась чета Шелат, ты и все остальные?

— Хороший вопрос. Правильный, — поощрительно кивнул Энно. — Ответа у меня нет, но есть серьёзные подозрения, что в спящем состоянии вирус не передаётся от носителя к носителю, а заражение жителей Золотого произошло с водой или пищей.

Я не знаток медицины. Но звучит складно. Если

подбирать аналогии, то это было что-то вроде массового отравления. Пища? Сомнительно. А вот вода…

— Колодцы?

— Наиболее вероятный способ, — подтвердил Энно.

Заражённые источники! Вот теперь картинка складывается и выглядит логично. Жители заразились от воды, но чума, как говорит Энно, пока что спит, потому-то и не передаётся столь агрессивно, как могла бы. Ну а все внешние атрибуты болезни, это пока что не более чем лёгкий кашель, в сравнении с полноценной чахоткой. Никто из моих людей в Золотом ничего не ел и не пил, поэтому-то и не заразились.

Непонятно только, почему не заразился Виней, он провел в Золотом несколько дней и явно ел местную пищу, пил воду. Неужели он попал в число тех редких счастливчиков, кто не восприимчив к болезни?

— А что с лекарством? — поинтересовался я. Этот вопрос куда интереснее странностей заражения.

Энно наградил меня снисходительно-недовольным взглядом, каким смотрят на ребёнка, ляпнувшего явную глупость.

— Ты хочешь от меня чуда? Если я буду работать один, да ещё и на старье, что ты мне привёз, то чуда не будет. Тут нужен полноценный целитель и ещё человек пятнадцать-двадцать магов и врачей, разбирающихся в болезнях магии жизни и крови. И тогда, где-нибудь через полгодика, а то и годик, ты можешь задать этот вопрос. Да и то без гарантии получить устраивающий тебя ответ.

Полгода? Год? С одной стороны, слишком долго. С другой, а на что я собственно рассчитывал? Найду больных, и мне первый попавшийся маг тут же отыщет лекарство? Ладно, Энно первым попавшимся не назвать. Железный маркграф его явно не зря возвысил. Но чуда от него ждать глупо, тут он прав.

Но пятнадцать-двадцать человек… Из которых часть должна быть магами… Мне подобное просто не потянуть. Хочешь, не хочешь, а придётся обращаться за помощью. Главный вопрос, к кому за этой помощью следует бежать и что сказать?

Болезнь есть, но она пока что безопасна и не так заразна. Смогу ли я кого-то убедить, что это ненадолго? Что опасность смертельна? Попробовать, конечно, стоит. Но что-то мне подсказывает — мои предупреждения проигнорируют.

Найти бы тех, кто распространяет заразу. Да допросить с пристрастием, тогда бы и доказательства появились, а не пустые подозрения, пусть и подкрепленные некоторым количеством трупов древолюбов. Островитяне явно не ради заражения нескольких шахтерских поселений с древолюбами связались.

— Заражение через воду, — пробормотал я, пытаясь отыскать ответ. — Кто мог заразить источник? Сомнительно, что это был кто-то из местных. Значит, приезжие. Кто-то кто останавливался в Золотом незадолго до вспышки болезни. Похоже, мне вновь нужно срочно поговорить с нашим старостой.

Долго искать почтенного Вийра не пришлось. Он как раз находился во внутреннем дворе форта, наблюдая за работами по углублению колодца.

Старая цепь колодца была заменена на новую, сверкающую на солнце. Хорошенько смазанный дёгтем ворот больше не скрипел. Вот только поднимал он пока что вёдра не с водой, а с мокрой грязью. Ведро опорожнялось в тачку, а тачку, по мере заполнения, увозили за ворота форта.