Первые уроки
Шрифт:
— Какая интересная штука…
— Чернильница-непроливайка.
— Простите?
Лиля вместо ответа опрокинула чернильницу на кровать. Али Ахмет вздрогнул, но когда на простыни не вылилось ни капли чернил, покачал головой.
— Замечательно. Очень удобно для корабля…
— Подобные вещи будет делать ювелир Хельке Лейтц, — Лиля сообразила, что наклевывается возможность для пиара и старалась вовсю. — Моя идея, его работа… и еще он будет делать весьма интересные перья
— Перья? Птичьи?
Лиля улыбнулась так, что Джоконда позеленела бы от зависти.
— О нет. Намного удобнее и практичнее. Он обещал на днях принести показать образец.
— Я бы…
— Разумеется. Я покажу вам его.
Али Ахмет быстро написал несколько слов, свернул письмо и протянул Лиле. Та растопила воск в специальной коробочке, благословляя про себя исторические фильмы — и прилила им письмо. Али Ахмет приложил один из перстней и откинулся на подушки почти без сил.
— Мой помощник Алим Омар дин Рашшайя.
Лиля взяла сверток и отправилась к вирманам.
— Надо найти корабль «Золотая волна». Передать записку Алиму Омару дин Рашшайя. И дождаться ответа.
Один из вирман кивнул — и отправился выполнять приказания.
Лиля опять поднялась к раненному, пощупала пульс, померила температуру (приблизительно, коснувшись губами лба, но хоть так, до термометров-то как до Китая…), вздохнула…
— Вам пару дней будет не очень хорошо. Я старалась вычистить всю грязь, но воспалительный процесс такая зараза…
— Я знаю, что вы сделали для меня все возможное, госпожа… я благодарен вам за это.
— Лучшая благодарность врачу — видеть как выздоравливает больной человек, — отрезала Лиля. И в который раз послала маме свою любовь и благодарность.
Что такое армейский фельдшер?
Это каторжный труд. И самые разные случаи. Не будешь же каждый раз в город ездить за триста километров…. а травмы в гарнизоне явление частое, особенно в тайге. Маленькая Аля не знала лучшего занятия, чем помогать матери. Что Татьяна Викторовна часто и использовала, обнаружив у девочки твердую руку и точный глаз.
Так что к моменту поступления в институт у Али была практика на уровне хорошего сельского фельдшера. Диплома вот не было.
Да и летом, приезжая к матери, она без работы не сидела.
Как же сейчас ей это пригодилось!
Но инструменты она завтра у кузнеца закажет! В обязательном порядке!
Уж что-что, а это она знала досконально. С детства играла скальпелями, пинцетами, ранорасширителями, зажимами, шпателями, корнцангами…
И ведь не сказать, чтобы их было так сложно сделать. За деньги все скуют.
Лиля взглянула в окно.
М-да. День к вечеру, а обеда не было. И завтрак
Кстати…
— Я сейчас возьму для вас бульона. У вас нет запрета на какую-либо пищу?
— Мы не едим мясо свиньи, потому что это нечистое животное, — пояснил Али Ахмет. — А остальное…
— Значит, куриный бульон. И красное вино, — кивнула Лиля.
И для восстановления крови, и для здоровья, и как жаропонижающее даже немного… пить, пить и пить.
— И еще раз обещаю вам — если вы выполните все, что я скажу, не будете шевелиться раньше времени и нагружать ногу — вы не будете даже хромать. Возможно, будут болеть кости в дождливую погоду…
— в пустыне дождь — это благо…
Лиля кивнула и вышла за дверь.
Эх, ну ничего же нету! Но если удастся разжиться у товарища опиатами — это уже будет замечательно.
Интересно, а как тут с наркоконтролем?
* * *
— да что там может случиться…
Джерисон, граф Иртон, посмотрел на принца.
Рик закончил сборы еще два дня назад — и теперь прятался у кузена от всяких придворных зануд. В настоящее время он валялся на кровати, грыз орехи и смотрел, как Джес пишет письмо управляющему.
— не знаю. Обычно Эдор отписывал мне достаточно часто. Раз дней в тридцать-сорок. А сейчас уже почти шестьдесят дней прошло, а от него никакой весточки. Не случилось ли чего…
— С поместьем — или с твоей клушкой?
— С ребенком.
— Ну да, она же у тебя брюхата…
— Надеюсь, я наконец получу наследника.
— Ну, это еще не скоро….
— Нет. Но мало ли что…
— Ну, напиши… но письмо ты все равно получишь не скоро.
Джес не знал, что письмо к нему так и осталось в ящике стола Эдора. Надежно затерянное в куче всякой ерунды.
Лиля просто не успела разобрать все бумаги управляющего. А то бы она и дописала, и отправила… почему нет?
И даже угрызений совести не ощутила бы за подлог документов. Тоже мне, государственные тайны.
А граф волновался. Не за жену, нет. Но ребенок, наследник….
— Рик, как ты думаешь, сколько продлится посольство?
— Лун восемь. Не меньше.
— так я точно не успею к рождению сына.
— или дочери. Штук шесть родишь. Прежде чем один парень получится — и такое ж бывает.
— Трапун 14тебе на язык.
— Если что — еще раз потрудишься. И вообще — знал, на что шел.
Джес сверкнул глазами на насмешника. Написал еще пару слов, и обильно посыпал письмо песком.