Первые уроки
Шрифт:
У мужа был здесь дом. А я надеялась, что здесь мне ничего не напомнит о моем горе…
Пока у них еще ничего не было. Но может быть через месяц — другой… Джесу нравился процесс охоты. И только иногда мелькало смутное сомнение — не переходит ли охота в нечто большее?
Джес не догадывался, что его медленно, но верно загоняют в самую старую ловушку, заставляя быть рыцарем по отношению к несчастной и обиженной жизнью женщине.
А с другой стороны…
Джес видел,
Где бы они ни появлялись — между ними, казалось, искры летели. Но это была не только страсть. Еще и глубокая нежность, понимание, тепло… любовь — во всех ее проявлениях.
У Джеса пока такого к Адель не было.
Или только — пока?
Он и сам не мог ответить на этот вопрос.
Итак.
Цветы.
Украшение — скромная золотая брошка с сапфиром. Адель оценит. Скромно, но выполнено с большим вкусом.
М-да.
И отчета от управляющего до сих пор нет.
Раньше Эдор не задерживался. С другой стороны — мало ли что?
Иртон его владельца сильно не интересовал. Прибыль у Джеса шла совсем от другого. У него (сначала у его отца, а потом и у него) были свои верфи, корабли, Джес занимался торговлей, а сейчас, объединившись с тестем, вообще собирался развернуться во всю ширь. В конце концов, в Ханганат можно и морем ходить. А если усовершенствовать корабли… ладно, это дело будущего.
Кто-то скажет — не подобает!
Еще Джайс Иртон в ответ на такое только плечами пожимал. Мол, не завидуйте. Пусть не подобает. Но вы выколачиваете последние гроши из земли, а я могу даже не собирать налоги с крестьян. А торговать можно и чем-то вполне благородным. Не скотиной, а допустим, породистыми лошадьми, пряностями, драгоценными камнями, разными редкостями… почему нет?
Поэтому доходы от Иртона Джесу были не сильно важны. Собственно, оно хоть и было графство, но на редкость захудалое. Несусветная глушь. Болота, леса… охотиться хорошо. А жить там — с ума сойдешь. Дом — и тот невесть сколько не ремонтировался.
Странное отношение…
Вроде бы родовое поместье. Но…
Дед продал все, что имел, чтобы вывезти отца с тетку в свет. Он-то как раз считал занятие торговлей недостойным дворянина. И статус королевской любовницы — тоже.
Поэтому пока он был жив — ни Джесс, ни Джайс Иртоны в родовой замок носа не казали. А когда он умер — осталась их матушка. Чрезвычайно милая дама с тем же мнением.
Бабка умерла всего лет пятнадцать назад. Джес отлично ее помнил. И терпеть не мог. Кстати — вполне взаимно. По какой-то причине, бабушка относилась ко всем своим внукам — кроме детей Джессимин, рожденных в законном браке, с редким по силе отвращением. И стоило кому-то появиться в поле ее зрения — начинала говорить гадости.
Поэтому для жены Джайс Иртон приобрел
Амалия и Джес — с отцом, который души в них не чаял.
Тихий стук в дверь оборвал его размышления.
— Ваше сиятельство, к вам герцогиня Ивельен.
— Проси, — отмахнулся Джес. И сосредоточился на сложной задаче — завязать бант красивым узлом.
Тихий скрип двери. И насмешливый голос:
— Как поживаешь, братик?
— Отлично. А ты как?
Амалия пожала плечами. Плащ чуть распахнулся, приоткрывая круглый животик.
— Подозреваю, что скоро у тебя появится еще один племянник. Или племянница.
— Еще один? — картинно закатил глаза Джес. — Да вы с Питом просто герои.
Амалия пожала плечами. Блеснули алые рубины в нежных ушках.
Все-таки зла Джайс своим детям не желал. Джесу в браках не повезло. А дочери наоборот. Амалию ему удалось сговорить за наследника герцога Ивельен чуть ли не в колыбели.
Питер оказался неплохим парнем. Не дурак, не урод, у Джеса он выигрывал один поединок из пяти, что много значило, а жену обожал и был готов носить на руках. Впрочем, Амалия тоже отвечала ему взаимностью.
Настолько, что у Джеса уже насчитывались племянник и две племянницы, которых он любил и баловал.
— Опять уедете в Ивельен?
— Ну да. Ты и сам ведь уезжаешь. Я и пришла попрощаться.
— вовремя. Еще бы немного…
— и ты бы умелся к своей клушке.
— Не называй ее так.
— а как? Джес, ты часом не влюбился?
Джес пожал плечами.
— Не знаю. А это так плохо?
— В данном случае — плохо, — посерьезнела Амалия. — Джес, я при дворе сейчас бываю редко, но… не так проста твоя Адель, как хочет показаться.
— Вот как?
— Именно так. Ты знаешь, что у нее есть кузен?
— Какой-то племянник ее мужа… да?
— А что они с ним, возможно, более близки, чем необходимо. И ее супруг умер от шока, застав их в интересной ситуации?
Джес сдвинул брови.
— Где ты набралась этой гадости?
— Одна из моих подруг знала мужа Аделаиды.
— Этот старикашка…
— Очень достойный человек. И всего на тридцать лет старше жены.
— О, это так немного…
— Джес, ты меня прекрасно понял, — сестра топнула ножкой. И Джес невольно залюбовался женщиной. Высокая, темноволосая, с яркими синими глазами… как же она была похожа на тетю Джесс.
— Ты просто королева…
Амалия растаяла и одарила брата улыбкой.
— Да, нам повезло. Мы с тобой в отца пошли.
Джес вспомнил матушку — и содрогнулся. Да уж. Быть похожим на эту чопорную вяленую рыбу?!
Увольте!
— Тебе еще в другом повезло. Ты счастлива в браке.