Первые уроки
Шрифт:
— Ко мне в дом, — подсказал неожиданно красивый и глубокий голос.
Аля машинально обернулась.
— Вы кто?
— Эмма Матти, ваше сиятельство.
Аля кивнула.
— Жан, бери ребенка и неси в дом к Эмме. Живо. Эмма, мне нужны самая тонкая иголка, шелковая нитка… можно выдрать из моей одежды штук пять, крепкое вино, горячая вода, чистые тряпки. Обеспечите?
Эмма только кивнула.
Глава 3. Разбор полетов и залетов
Аля работала.
Красиво,
Учителя могли бы ей гордиться. Не прошло и часа, как все было сделано. Ребенок спал на лавке в углу, укрытый теплым одеялом. Эмма обещала приглядеть за ним до возвращения родителей. А Аля в свою очередь пообещала приезжать каждый день и осматривать его. Она бы вообще забрала маленького пациента в замок, но… куда? Что? Как? И положено ли так делать графине? И так уже Марта ахала, поражаясь ее действиям.
И Эмма тоже…
При ближайшем рассмотрении Эмма Матти оказалась милой женщиной лет пятидесяти — пятидесяти пяти с яркими и умными карими глазами. В ее темных волосах кое-где мелькали ниточки седины, но осанка была по-молодому прямой и ровной. По ее платью было видно, что она знавала и лучшие времена. Но даже сейчас ее одежда была ну не безупречно, но довольно-таки чистой. Просто серого цвета. Аля несколько минут просто смотрела на нее, размышляя как бы начать, а потом махнула рукой.
— Я к вам и ехала, милая Эмма.
Вдова Матти была явно ошарашена таким заявлением. Но Аля улыбнулась еще дружелюбнее.
— я понимаю, мое появление для вас неожиданно. Но я вам сейчас все объясню. Посидим в карете, на воздухе — или у вас дома? Вы не волнуйтесь и ничего худого не думайте. Я приехала сюда к вам, потому что слышала о вас много хорошего.
— И что же?
Аля еще раз уверилась, что женщина — умна. И кивнула.
— Многое. Что вы были женой предыдущего управляющего, например. И что при нем такого бардака здесь не было. Скажите, вам не обидно видеть, как все, что создавал ваш муж, идет прахом?
Этого хватило.
Вот так, с двух женщин и началось постепенное вживание Али в новый мир.
Эмме Матти она честно призналась, что после потери ребенка не может жить, как прежде. И для начала хочет навести порядок в поместье. А потом заняться и деревнями, которые принадлежат Иртону. Всего их, по рассказам Марты было пять штук.
И честно говоря, в каждой, вот в каждой царили грязь и нищета.
На взгляд Али — вообще жуткие. Джес, граф Иртон, в основном проводил время в столице. Налоги он поручил собирать своему управляющему. В Иртон, как уже было сказано, он наведывался раз в год — для встречи с женой. И то — с целью осеменения. А сделав ей ребенка — удирал прочь. Правда, пока детей у нее не было. К огромному счастью Али. Честно говоря, бросить ребенка, пусть он ей и не родной по духу, она не смогла бы. А встреча с мужем тоже пока в планах не значилась.
Управление поместьем
Эмма чуть ли не со слезами на глазах рассказывала такое, что Алю охватил ужас.
Здесь ходили три вида монет. Золотая корона. Серебряный скипетр. По отчеканенным на монетах символам. И медяшка. Соответственно, из меди. В золотом было двадцать серебреников. В серебренике — пятьдесят медяшек.
Зарплата горничной в месяц составляла до двадцати медяшек. Воина — серебряный. За три медяшки можно было купить мешок репы. Еще за две — чуть ли не кубометр дров.
И управляющий умудрился обложить всех крестьян мало того, что барщиной. Они обязаны были выплатить по десять скипетров с каждой деревни. Каждый месяц.
Кое-как они крутились. Но! Управляющий еще и форменным образом обдирал Иртон. И поместье и графа. Например, приписывал к счетам энные суммы. Которые, стоило Але начать складывать в столбик, тут же выползали на свет божий. Или писал, что купили то-то и то-то, а этого не оказалось в кладовках.
Возможно, Джес Иртон ничего и не замечал. А Аля воспринимала это дело так. Раз она сюда попала — надо помочь людям. Она бы еще мягко обошлась с управляющим, но Эмма добавила, что с некоторых семей он брал налог девушками. И по слухам, продавал их рабовладельцам, корабли которых плавали вдоль побережья.
А для того, чтобы ему не мешали, распустил по домам даже замковую стражу и часть прислуги, хотя той и было-то двадцать человек. Десять стражников, они же вояки и десять слуг… Типа, жалование вам платить не будут. Хотите — живите в деревне, хотите — идите на заработки. А пожалует господин граф, скажем, что стражники берег патрулируют. Или по деревням сидят, бандитов ждут. Одним словом, лапшу на уши своему хозяину Эдор вешал профессионально. И Але бы повесил. Но не успел. Графу и в голову не приходило отправиться говорить с людьми. Что может быть интересного в деревнях? Вот охота в лесах — это да! Это вещь! А Але пришло.
Воровство, роспуск дружины, расплата девчонками…
Твою мать!!!
Узнав об этом, Аля форменным образом рассвирепела. Будь она в своем теле, она бы разобралась с управляющим очень быстро и конкретно. А именно — сделала бы из гада отбивную. И продолжала бы делать, пока он не вернет все деньги.
В этом теле она ничего не могла. Кроме как…
Коварная улыбка тронула губы девушки.
— Эмма, милая, а сколько в деревне крепких здоровых парней? Или может, здесь кто из стражников задержался?
Эмма наморщила лоб и сообщила, что всего в деревне есть примерно пятьдесят мужчин подходящего возраста. От двадцати до сорока лет. И да, двое из них — это как раз бывшая стража. А всего около трехсот человек.
Аля потерла ладошки.
— А найти их как?
— а чего искать? Кто в поле, кто в лесу, кто на реке…
— В лесу их точно не найдешь. А вот в поле… Что лучше — если я туда еду, или если за ними кого-нибудь послать!? Мне нужно человек десять! И чем скорее, тем лучше.