Первая
Шрифт:
"Кто такой Карен Аллен?" - поинтересовалась я, переводя взгляд с одного на другого.
"Нереально крутая цыпочка!" - с улыбкой проинформировал меня Билли. Я лишь пожала плечами и повернулась к Бет.
"Эй, как насчет того, чтобы пойти спать?" - Бет сначала оскалилась, а после подмигнула, давая мне понять, что у нее есть кое-какие планы.
"Ну, ребята, не оставляйте меня здесь одного в полном одиночестве", - выразил свое недовольство Билли. " Мне достаточно и того, что я вынужден провести эту ночь дома".
"Ну Билли, у тебя же была возможность уехать с Сарой и ее семьей", - с едва заметным сочувствием в голосе поставила я его на место.
"Это, конечно, так, но её отец просто ненавидит меня. Я
"Очевидно потому, что после твоего отъезда он не желает остаться с целой кучей деток, которых ты оставишь на его попечение", - с ехидным оскалом проговорила Бет. "Извини, Билли, но нам пора", - продолжила она с улыбкой на устах. Я лишь пожала плечами в ответ на его недовольный взгляд, встала и направилась в сторону лестницы.
В течение многих лет моя комната не претерпела каких-либо серьёзных изменений. Все те же светло-голубые занавески на окнах, однако мне удалось получить разрешение матери на покраску стен. Сейчас, вместо голубого цвета в тон занавескам, стены были белыми. Кому-то может показаться, что это не такая уж и большая победа, но в том то и дело, что вся наша жизнь, как я считала, и состоит из таких маленьких побед. По всей комнате были расклеены постеры с Харрисоном Фордом, группы Тотоу, ну, и, конечно же, улыбающаяся Оливия Ньютон-Джон на одной створке двери шкафа и Бонни Тайлер на другой. Кларк Гейбл и Вивиан Ли украшали стену со стороны комода, а Джуди Гэрланд вместе с Томом Дрейком, навечно застывшие в классическом Голливудском поцелуе из фильма "Встреть меня в Сент-Луисе", висели по другую его сторону. На противоположную от комода сторону я повесила постер Боуджи и Ингрид Бергман из Касабланки – это результат попытки Бет вовлечь меня в классику.
"О, блин, какая длинная ночь!" - выдохнула Бет, падая на кровать и одновременно подхватывая с пола свою сумку, которую расположила на коленях. Она расстегнула молнию одного из многочисленных карманов и сосредоточенно принялась там что-то искать, а затем с победной ухмылкой, полной предвкушения, извлекла оттуда почти полную маленькую бутылочку с прозрачной жидкостью.
"Что это?" - спросила я, присаживаясь рядом с ней на кровати.
"Ром".
"Ром?" - с возрастающим любопытством переспросила я. "Где ты его раздобыла?" - выхватив бутылочку из ее рук, я начала читать надпись на этикетке. "Ronrico silver label. Пуэрториканский ром", - она забрала бутылку обратно и быстро открутила крышку.
"У матери".
"Ох! А если она заметит пропажу?" - поинтересовалась я, все так же продолжая разглядывать эту бутылочку.
"Ты что, шутишь? Нет, конечно! За последние десять дней празднования Нового года она выпила уже предостаточно и даже не поймет, что у него выросли ноги". Бет поднесла открытую бутылку к губам и сделав глубокий вдох, отхлебнула глоток. Мне пришлось выхватить ром из ее рук, поскольку она начала кашлять, едва не выплюнув содержимое рта прямо на ковёр.
"Ты в порядке?" - с волнением спросила я, постукивая Бет по спине.
"Ничего себе! Да, я в порядке. А теперь попробуй сама", - произнесла она хриплым от кашля и жгучей жидкости голосом, указывая мне на несчастную бутылку. Я еще раз посмотрела на Бет и убедилась в том, что она не собирается рухнуть навзничь. Только после этого я сама сделала большой глоток рома. Сладкий огонь заполнил полость моего рта и мне пришлось зажмуриться, чтобы не выплюнуть спиртное на кровать. Ценой немалых усилий мне все же удалось проглотить этот адов огонь, чувствуя, как пламенная жидкость обжигает мои внутренности и добирается наконец до моего желудка.
"Охренеть!" - откашлявшись, выдавила я и сунула бутылку обратно в руки Бет. "До чего же это дерьмо ужасно! Твоя мать действительно пьет это по своей собственной воле?" Бет расхохоталась в ответ.
"Я
"Откуда ты об этом знаешь?"
"Пробовала раньше и на самом деле знаю, что так гораздо лучше". Я пораженно посмотрела на нее, удивленно приподняв брови, и пожала плечами.
"Ты лучше скажи, что ты думаешь об этом новеньком мальчике, как его там? Ммм… Скотт, кажется", - спросила я, внимательно наблюдая за Бет сбоку, пока та делала еще один глоток. Зажмурившись, она передала мне бутылочку, медленно проглатывая спиртное без каких-либо признаков дискомфорта или кашля. Наконец, она полной грудью вдохнула так необходимый ей воздух, остужая свой горящий рот. Именно тогда я и поняла, что это далеко не первый раз, когда Бет попробовала ром.
"Скотт Мэтью?" Я кивнула и сделала очередной глоток. "Мне почему-то думается, что он немного странный".
"Дарла просто обожает его. Всю последнюю неделю наши с ней разговоры ведутся только о нем. Скотт то… Скотт это… Как по мне, так единственное, что в нем достойно внимания, это его задница".
Дарла Ньюман, вопреки воле Бет, и на самом деле стала для меня одной из самых близких подруг, и это очень радовало моих родителей. Их, в общем-то, не интересовало мнение Бет, а ей оставалось лишь терпеть её ради меня. Дарла же, в свою очередь, находила Бет весьма странной и чудаковатой, потому что та не любила макияж и совершенно ничего не делала со своими волосами. Многие девочки нашего возраста носили волосы до плеч или даже короче, но Бет все делала в точности наоборот. У нее были длинные, темные волосы безо всяких изощренных завивок, и она обычно затягивала их в простой хвост или прятала под бейсболкой. Длинная челка постоянно наползала ей на глаза, и тогда её или моя рука привычно откидывали ее в сторону. Она совсем не утруждала себя разговорами о мальчиках и была абсолютно безразлична к своей одежде. Бет категорически не желала приспосабливаться к окружающей среде и как будто получала удовольствие от своей непохожести на других. Она утверждала, что это делает ее уникальной и неповторимой. Я же отлично понимала, что как раз-таки это и способствовало распространению за нашими спинами дурацких слухов и смешков о нас с ней. Бет не обращала внимания на те прозвища, которыми ее одаривали, а вот я большинство из них просто не понимала. Одна из любимых дразнилок, которую так часто любили выкрикивать мальчишки, было слово "дайк[5]".
Я знала, что это некое сооружение или насыпь, но какое, блин, отношение все это имело к Бет? Этого я тогда просто не понимала. Однажды я пожаловалась Билли - как странно и глупо это слово звучит по отношению к Бет. Брат мгновенно покраснел и быстро ушел, бормоча себе под нос что-то о своем домашнем задании. И все же я осознавала - как это занятно и любопытно, что все те причины, по которым народ так не любил Бет, несомненно и были именно теми причинами, по которым я так любила её.
"Я тоже считаю, что он немного странноватый. Хочу сказать, Скотт совсем даже не симпатичный", - сказала я и взглянула на Бет, выжидая, пока она сделает еще один глоток.
"Вот это да!" - воскликнула с улыбкой подруга, с удовольствием причмокивая губами.
"Должно быть ты шутишь, этот ром просто ужасен!" Я приняла бутылку из протянутой руки Бет и, нахмурив брови, посмотрела на нее, приходя к внезапному пониманию того, что распитие рома мне вообще никак не понравилось. "Как это пойло должно подействовать на нас?" Не успели эти слова слететь с моих губ, как я мгновенно ощутила волну неизведанной силы, которая пронзила все мое тело и жгучей рекой растеклось по мне от макушки до самых пяток, оставляя за собой странное покалывание абсолютно везде. Стоя с широко раскрытыми глазами, я пыталась сдержать рвущийся наружу смех.