Перстень Аримана

Литвинов Владимир Геннадьевич

— Мессир, я могу понять и простить покушение на меня, но на принцессу… Паутину Мага я не прощу. Передайте этому вашему лизоблюду, чтобы на глаза мне не попадался — порву как Тузик грелку. Голыми руками. И никакая магия ему не поможет… — под тяжёлым взглядом короля песок у самой кромки прибоя вдруг вздыбился крутой волной, словно песчаное цунами, и, гоня перед собой воду, пошёл в открытое море, оставляя позади себя глубокую траншею перепаханного дна.

Молодая королева почувстствовав, что именно ощутил Скиталец, подъехала к своему

мужу и, демонстративно взяла Влада за руку.

— К вам, Мессир, я особых претензий не имею. Так как благодаря вам я нашёл сдесь своё счастье, — он нежно взглянул на подъехавшую к нему Дэльфи, — так что мы квиты, Мессир.

Проводив песчаную волну взглядом, Владыка Тьмы тихо произнёс:

— Это именно то, чего я и опасался… Простите, ваше величество, но вы, я вижу, пока что слабо представляете себе свою магическую силу. По причине вашего присхождения, вы и принцесса…

— Князь! Я бы попросила… — возмутилась Дэльфи, но тот лишь поднял вверх ладонь.

— Принцесса, ваше величество, я не собирался вас оскорблять. Наоборот. Вы, королева, со стороны отца, а король со стороны матери ровня лишь мне и Скелосу. Других, равных вам по происхождению, нет. А потому я вас прошу, полковник, будьте аккуратнее. Ведь окажись на моём месте простой смертный, даже и обладающий сильными магическими способностями, от него осталось бы лишь мокрое место, после той оплеухи.

— С чего бы это вдруг у тебя появилось такое человеколюбие? — удивился Скелос, появлясь рядом с молодой королевой на белом жеребце.

— Ты, конечно, можешь мне не верить, но и Тёмному Богу присущ некоторый здоровый практицизм.

— Нечего было у меня в мозгах шарить… — проворчал Скиталец.

— Ну, — протянула лукаво Дэльфи, — от моего мужа можно ожидать всего чего угодно. Он и правда, бывает иногда черезчур резок и неуклюж, как медвежонок…

Влад улыбнулся, вынул прямо из воздуха зеркальце и молча протянул его жене. Та привычным движением поправила волосы.

— И что ты этим хочешь сказать?

— А на себя посмотрите, ваше величество, — с ехидцей ответил Скиталец, — кто не так давно разнёс в пыль стену храма, а потом строил глазки, дескать всё так и было? А я тут ни при чём?

Девушка возмущённо фыркнула. В ответ раздался смех Скелоса и Владыки Тьмы.

— Нет, положительно, люди правы, когда говорят: муж да жена одна сатана! Вы удивительно подходите друг другу.

— Мессир, что вы там говорили за наше происхождение?

— И не просите, полковник, не скажу больше того, что уже сказал. Это не моя тайна. Как ни странно вам покажется, но мне тоже известно такое слово как «честь». Потерпите, ваше величество, теперь уже немного осталось, всего каких то девять месяцев… — и лукаво взглянул на молодую королеву. Та слегка смутилась и чуть порозовела.

— Скелос, а почему ты закрыл вход светлым? Ну тёмным — я ещё могу понять.

— Князь, за кого ты меня держишь? Думаешь, я не узнал руку светлого мага

Амендоара, создавшего Паутину Мага?

— Так это ты послал ему Петлю Немезиды? Как же я сразу не сообразил.

— А ты думал, князь, что я оставлю э т о так просто? Уж ты-то должен был бы сразу догадаться, что я мгновенно расквитаюсь с любым, за подобные выходки в отношении принцессы…

— Ну это несерьёзно… Ты же всё-таки бог.

— Возможно, князь, Тёмному Богу это и всё-равно, но мне — нет! Мне, кажется, что мы вновь подошли к той черте, за которой перестаём понимать друг друга. Я вообще удивляюсь тебе. Как ты, существо лишённое каких бы то ни было эмоций и переживаний, позволил втянуть себя в подобную авантюру. Кому как не тебе прекрасно известно: Дэльфи я никому не дам в обиду. Сам понимаешь…

— Да, я прекрасно знаю почему она тебе дорога… Вот в этом-то и есть твоя слабость.

— А может быть наоборот? Как раз в этом-то и есть моя сила? Ты никогда об этом всерьёз не задумывался, князь?

— Ладно, давай прекратим этот спор, — неожиданно согласился Владыка Тьмы, — мы никогда не сможем понять друг-друга. Я ведь, как ты сам только что сказал, не способен ни на какие чувства.

Но тут, прямо в воздухе, возник небольшой овал магического портала и оттуда вылетела Ивви в сопровождении стайки своих подданных.

— Кстати, Скелос, ты и для них закрыл вход в Храм?

— Закроешь для них, как же… они же феи, — проворчал Скелос, — да и зачем? Девчонки без ума от них, и вообще, феи всегда были самыми желанными гостями в моём замке.

Тем временем Ивви, подлетев к Владу, поудобнее устроилась на его плече, поцеловала того в щёку и с любопытством посмотрела на Владыку Тьмы. Её свита, мгновенно соориентировавшись в ситуации, тут же окружила Дэльфи. Волшебные палочки фей нацелились на человека в чёрном, а по самим палочкам с сухим треском заструились голубые молнии, накаляя концы до багрового цвета. Молнии, срываясь с волшебных палочек, закручивались в искрящийся шнур. Шнуры тут же раскрывались в бледно-голубую защитную полусферу. Затем полусферы стремительно рванулись вперёд, сливаясь между собой и образуя защитную энергетическую стену. Та была невидима, только едва уловимое глазом колыхание, да время от времени по её поверхности стремительно пробегали голубые искорки, свидетельствующие, что концентрация защитного поля максимальная.

И лишь у двух фей, сидящих на плечах Дэльфи, по палочкам продолжали струится грозные разряды магической энергии. Феи не доверяли Владыке Тьмы ни на йоту, а попасть под прямой разряд — означало мгновенно рыссыпаться на атомы.

— Девочки, девочки… — торопливо сказала молодая королева, прекрасно знавшая на что способны феи, — ничего страшного. Мы всего лишь беседуем с князем.

Феи недоверчиво глянули на неё, но всё же опустили своё оружие, правда самые кончики волшебных палочек по-прежнему светились грозным пурпуром…