Перстень Аримана
Шрифт:
— Шол бы ты лучше с сороками помирился, а то мешаешь.
— Сер-р-рдитые вы, уйду я от вас, — пообещал попугай, и с этими словами вылетел в окно шумно хлопая крыльями. Тут же на улице раздался его вопль:
— Кар-р-раул! Насилуют! Спасите!! — Скиталец невольно улыбнулся, до того похоже Жако подражал голосу принцессы.
— Ну паразит, — беззлобно сказала Дэльфи, — я его точно однажды без хвоста оставлю.
Скталец по-прежнему неподвижно полулежал в кресле. Ощущеньице, что и говорить, было не из приятных: словно бы он в одиночку затащил рояль на девятый этаж, или совершил тринадцатый подвиг Геракла*,
— Сейчас ты у меня ещё один подзатыльник получишь, — пообещала Дэльфи.
— Ты что, мысли читаешь? — проворчал Скиталец.
— Необязательно читать мысли, что бы догадаться, что ты сейчас себе представляешь.
Потом раздался звон склянок, журчание сливаемых жидкостей и тихий голос Дэльфи, начитывающей заклинание.
— Ну, давай-ка, — она приподняла ему голову и поднесла к его рту стакан с какой-то подозрительной на вид жидкостью. Пахла жидкость тоже подозрительно.
— Это что, отвар из летучих мышей и жаб? Не буду пить!
— Не дурачься, пей!
Однако на вкус зелье оказалось весьма неплохим, пожалуй даже смахивало на хорошо выдержанный коньяк. Влад ощутил как в горло полилась обжигающая жидкость, как та растеклась в желудке горячим шариком и приятным теплом разлилась по телу. Дэльфи сидела на подлокотнике кресла и с интересом наблюдала за Скитальцем, а тот, вдруг понял, что может вновь владеть своим телом. Он сгрёб смеющуюся девушку в охапку и нашёл её тёплые, податливые губы. Потом опустил её на пол и легонько шлёпнул по попке, мстя за подзатыльник. Девушка тут же вскинулась в притворном гневе:
— Принцессу по попке!? — и схватила меч. Но Влад ловко выскользнул из-под её руки и отскочил к двери. Дэльфи рассмеялась:
— Иди учи магию. Вечером твоя инициация.
На стене у двери Скиталец заметил небольшую картину. На зелёной горной лужайке росли странные цветы — чем-то похожие на ландыш, своим расположением цветков, что-ли. Но стебелёк повыше, да и сами цветки были скорей похожи на земной эдельвейс, но золотистого, искрящегося цвета. Увидев куда он смотрит, принцесса подошла к нему.
— Это золотистый флёрныш, мой любимый цветок, — она провела пальцем по картине и по комнате поплыл удивительный, чарующий аромат.
Едва Скиталец вышел от девушки, как тут же носом к носу столкнулся с двумя полуодетыми красавицами. Он ещё не запомнил как зовут каждую из девчoнок, в теперь уже и его Алой Сотне, тем более что этих он видел впервые. Девушки низко присели в реверансе и со смехом упорхнули. Скиталец пошёл к себе, на ходу грустно размышляя об этих нахалках. Носятся по всему замку чуть ли не нагишом, и вовсю кокетничают с ним. Он понимал, конечно, что девушки привыкли к своему, чисто женскому обществу, и менять свои привычки из-за него не собирались. Но от понимания легче не становилось. Влад ничего не имел против этих вертихвосток, тем более что девушки были все как одна симпатичные, если не сказать красавицы. Но он был всё же мужиком и сдерживать себя становилось всё труднее. Ко всему протчему, ему вовсе не улыбалась возможность заполучить скандал ревности, который запросто могла устроить по этому поводу Дэльфи.
— Неужели она не видит ничего и не может хотя
Неожиданно дверь открылась и без стука вошла Дэльфи, лицо девушки было строгим, но глаза весело смеялись.
— Ты почему девчонок обижаешь, а!?
— Я?! — Влад чуть было дара речи не потерял от такого поклёпа.
— Ты! Ты! Девчонки во всю кокетничают, заигрывают, надеясь что ты их облагодетельствуешь, а ты словно импотент. Хотя Лисса уверяла, что у тебя, с этим делом, всё в порядке. Пойми, твоё высочество, девчонки ведь живые и им тоже хочется. Они, конечно, частенько наведываются в Тан-Тан. Любой парень сочтёт за честь провести ночь с девушкой из Алой Сотни. Ну, чего молчишь?
— Да так…, неожиданно как-то всё это от тебя слышать.
— Боишься, что закачу скандал и устрою сцену ревности? Правильно делаешь, что боишься. Я такое могу наворотить, если меня разозлить… — принцесса мечтательно улыбнулась.
— Она может, князь, это уж точно, — раздался голос Скелоса, — давеча, когда приснопамятный маркиз Риц лично соизволил явиться за принцессой…
— Ну и что? — перебила того Дэльфи и состроила невинное личико, — я же была не на службе, без мечей. Пришлось воспользоваться тем, что под руку подвернулось…
— Ага, а подвернулось тебе боевое заклинание. Уж лучше бы ты была с мечами. Ты хоть помнишь, чем воспользовалась тогда?
— Точно не помню, уж очень разозлилась на него. Но, вроде бы, это было заклинание Огненного Шара.
— Я так и думал. Если бы ты попала, то от маркиза не осталось бы даже пыли.
— Ну подумаешь, слегка промахнулась от злости — фыркнула девушка.
— Да, совсем чуть-чуть… Князь, ты обратил внимание, что восходная часть стены храма — новая? Работа твоей малышки. Это она так по маркизу промахнулась: тот целёхонек остался, а пол-стены как и не бывало, даже пыль и та была анигилирована.
— Но я же потом восстановила её, — скромно потупила глаза принцесса.
— Сколько тысячелетий стояла и ничего… — продолжал ворчать Скелос, — а тут зеленоглазая вертихвостка шутя разносит стену в ничто…
— Ой, да ладно тебе… В общем так, князь…тьфу ты, запутал совсем. В общем так милый, ревновать можно лишь к сопернице, а девчонки мне не соперницы. Наоборот, если не дай Единный, и найдётся такая нахалка, которая осмелится тебя окрутить, то они же первые сделают из неё статую для храма Иштар*. Ты же почти король, в конце-то концов. У тебя должны быть наложницы, по королевскому статусу положено, да и по обычаям. Так что смотри, не обижай их! — она шутя погрозила ему пальчиком и ушла.