Перспектива смерти
Шрифт:
Виктор нажал кнопку:
– Да!
– В трубке послышался сухой голос Кабаева.
– Они просят вас выйти на улицу. Одеть, пакет на голову и выйти на улицу. Рахим должен стоять рядом с капотом – вы на обочине с пакетом в руках.
– То есть как? Прямо на дороге? Они ведь говорили – пустырь будет?! – вскрикнул Виктор.
Кабаев секунду молчал, потом сурово ответил:
– Они передумали. Причем они говорят – если через тридцать секунд вы не выйдете – не какого обмена не будет, а голову Гейдара они пришлют позже. Прошу вас – сделайте, как они просят.
– Черт! –
Он понял, что препираться бессмысленно. Тридцать секунд. Поляков надеялся, что его хорошо сейчас слышат спецназовцы, которые находились в укрытие за поворотом. Виктор верил, что его слышит и Толстиков. Поляков, почему-то очень этого хотел. Он поймал себя на мысли – что доверяет чутью гебешника.
Водитель со страхом спросил:
– Что? Что говорят?
Виктор схватил азербайджанца за плечо и толкнул:
– Вылезай! Немедленно вылезай и становить возле капота! – Поляков стал натягивать себе на голову белый полиэтиленовый пакет.
Азербайджанец с ужасом смотрел, как он это делает.
– Ну, чего сидишь! – заорал Виктор и ударил водителя в бок.
Тот засуетился и нервным движением рванул за ручку. Мужчина буквально вывалился на улицу. Упав на колени, он суетливо поднялся и подбежал к переду автомобиля.
Виктор надел пакет и постарался максимально приблизить к глазам, дырочки, которые он предварительно прорезал ножницами. Конечно, обзор был не очень, но кое-что можно было рассмотреть. Поляков вышел из автомобиля с пакетом на голове и встал на обочине. В руках он сжимал еще один пакет с деньгами.
Секунды ожидания длились часами. Виктор слышал – как ухало его сердце. Пульс был явно за сотню. Сквозь дырочки Поляков видел лишь краешек темной трассы. Машин не было. Сколько еще ждать? А если они вообще не приедут?
Но через секунду вдалеке показался свет фар встречного автомобиля. Он надвигался с огромной скоростью – слепя Полякова и азербайджанца. Водитель непроизвольно прикрыл глаза ладошкой. В это момент, автомобиль свернул и выехав на встречную полосу, вплотную подъехал к капоту машины, рядом с которой стояли Виктор и азербайджанец.
Визг тормозов.
Секунда, другая. Виктор, вглядывался, но тщетно. Свет фар слепил. Было слышно, что хлопнула дверка. Шаги. Скрип снега. Из подъехавшего авто (Поляков даже не смог разобрать марку) вышел человек. Он, медленно приближался к Виктору. Шаг, еще. Тяжелая рука легла на плечо.
Грубый голос шепнул:
– Пакет держи крепче и пошли со мной, – Поляков почувствовал, как к его лубу придали, что-то железной.
Холод вороненой стали обжигал даже через полиэтилен.
Пистолет. Ребята серьезные Ситуацию поменяли в секунды. Просто – изменили схему передачи. Отход – трасса. Темнота. Погоня – затруднена. До спецназовцев километр, а то и больше. Одно слово – чувствуется почерк профи. Нужно слушаться – а то мозги разлетятся по пакету. Деньги вырвет и уйдет.
– Пошел вперед – шепнул грубый голос.
Виктор, повиновался. Когда они поравнялись с водителем, стоявшим у капота – Поляков услышал хлопок. Что-то рухнуло у ног. Виктор
Господи – как легко он лишил жизни человека!
Но Виктор не испугался. Он взял себя в руки. В спину больно толкнули пистолетом.
– Садись в машину! – приказал похититель.
Виктор сел в салон на заднее сиденье. Похититель рядом. Резкий рывок и пакет с деньгами вырвали из рук. Щелчок переключения коробкой передач и машина дернулась с места – свистя покрышками по обледеневшему асфальту.
Похититель деловито расстегнул Полякову рубашку и пошарив по телу нашел приклеенный микрофон прослушки. Вырвав провода, он открыл окно и выбросил их.
Все! Поляков остался без связи. Все! Теперь ни Толстиков, не спецназовцы не слышали его.
– Ба, да я вижу тут – тот самый мент! – радостно сказал тот же грубый, но уже немного знакомый голос.
Виктор пытался поймать ухом звуки. Но похититель замолчал. Было слышно, как равномерно работает двигатель. Легкое покачивание автомобиля. Скорость, большая, скорее всего. Куда они едут? В какую сторону? Полякова подобрали на развилке. Несколько поворотов и Виктор потерял ориентацию.
Запахло табаком. Кто-то курил рядом. Виктор втягивал воздух ноздрями. Пахло чем-то сладковатым и таким до боли знакомым. Дорогие сигареты? Нет, в воздухе висел привкус чего-то забытого.
Поляков молчал. Наконец тот, кто сидел рядом – взял Виктора сначала за одну – затем за другую руку. На кисти защелкнулись наручники. Похититель резким рывком стянул с головы Полякова пакет.
Виктор сощурился. Мгновение и его глаза смотрели в глаза человека, сидевшего рядом. Похититель толкнул его в плечо:
– Ну, что майор, не узнаешь?
Нет. Он мог себе представить все что угодно. Но этого. Нет. Такой расклад они никогда бы не мог предположить. Передним сидел, тот самый, Павел Петрович Костенко – майор контрразведчик. Фээсбешник допрашивавший их с Казанцевым в Чечне.
– Ну, что майор? Расклад тебе неожидан? – словно прочитав его мысли, хмыкнул толстяк.
Виктор молчал. Показать свое смятение – значит, расписаться в бессилии. Нет.
Но Костенко и на эту мысль прочитал.
– Нет, майор. Сюрпризы еще не закончились – если ты увидишь кто у меня за рулем?!
Виктор непроизвольно повернулся в сторону водителя. И тут. Нет! Господи! На него смотрела она!
– Привет дорогой! Как ты себя чувствуешь? Не скучал без меня?
Это была она. Нет! Нет! Она! Ольга Сечина – самый любимый и дорогой человек!
Она сидела и управляла автомобилем, на котором только, что, его похитили! Ольга то и дело отрывалась от дороги и мельком бросала взгляды ан Виктора. Поляков поднял руки, закованные в наручники, и провел кистью по сухим губам.
– Ну, что вы там задумали? А майор? Какую операцию с захватом? Небось, твои уже несутся за нами? – ехидно спросил Костенко. – Только вот они, наверное, не рассчитали такой расклад? И ты как я вижу, не рассчитал. Вижу! Признайся в поражении.