Перспектива смерти
Шрифт:
– Да слышал, – Виктор расслабился.
Ему в автомобиле ничего не угрожало.
– Я обратился к вам лично. До этого делали мои люди. Вот Алик. Он и рекомендовал вас, как честного и порядочного милиционера, способного разрешить сложный конфликт и ситуацию. Ну, о деле Гейдара, я ну буду ничего вам говорить, вы сами все прекрасно знаете. О несостоявшемся выкупе и так далее. Вы, как-то вот, пропали, на несколько дней. И мы, к сожалению, потеряли с вами связь. А она, так нужна была нам. Вернее – вы нужны были нам.
– Да, я был в срочной, секретной
– Мы так и поняли. Но Виктор, тут дело очень сложное и срочное.
– Простите, если вы о Гейдаре, то я вряд ли вам, вот так сразу смогу помочь. Вряд ли. Сейчас все поменялось. Все. И я его просто не найду. А если честно – его просто нет у нас в управлении. Это точно. И где он – пока очень трудно сказать.
– А нам и не надо, что бы вы его искали, – перебил его Кабаев. – Мы его уже нашли. Вернее, нас нашли. Они вновь нас нашли и передали условия.
– Не понял? – Виктор пристально посмотрел на старика.
– Ну, о выкупе, вам не надо говорить. Эти люди потребовали пятнадцать тысяч. Мы собрали.
– Да, но сейчас эти люди вряд ли могут требовать с вас деньги. И я боюсь, что ваш родственник уже мертв. Просто вам могут морочить голову. Простите за печальную догадку, – Поляков тяжело вздохнул.
– Нет, ничего. Просто вы ошибаетесь Виктор. Гейдар жив. И более того, мы знаем, что он жив. Мы видели это.
– Как это?
– А вот так, на этой кассете, – старик сунул Полякову видеокассету. – На ней Гейдар очень слезно просит нас собрать пятьдесят тысяч. Причем он так просит, что мы не могли ему отказать и помочь – хотя сумма велика. И сразу были трудности. Но мы собрали. Иначе мы сделать не могли. Ведь с видеокассетой, нам прислали еще вот это, – Кабаев протянул Виктору грязно-желтый, почтовый конверт, из плотной бумаги.
– Что это? – Поляков с опаской взял пакет.
– Вы посмотрите.
Поляков приоткрыл конверт и чуть не выбросил его на пол. Внутри лежало отрезанное человеческое ухо. Сгустки запекшейся крови, были похожи на темные чернила.
– Это та часть тела, которой не достает на видеозаписи у нашего родственника. Ухо ему отрезали вчера. Сегодня мы это получили. Если завтра, мы не передадим им пятьдесят тысяч долларов, то нам пообещали прислать, его большой палец с левой руки и еще одно ухо. Нам пришлось напрячься и собрать требуемую сумму.
Виктор несколько секунд молчал. Он был поражен. Толстиков его уверял, что вся группировка задержана. Что ее, просто нет! Пропал лишь координатор и бухгалтер! Неужели эти люди, вот так в наглую – продолжают вышибать деньги? А почему бы нет?! Пока такая шумиха! Срубить последний куш и скрыться! Ведь в принципе, делать то, ничего не надо. Отрезать ухо и послать кассету.
– Что вам от меня надо? – спросил Виктор.
– Нам нужно, что бы вы помогли нам. Мы вам доверяем. И знаем те, кто требует деньги, каким-то образом связан с ментами. Простите с милицией. А вы вот честный и от вас, информация не уйдет. И я хочу, чтобы вы вступили с ними в переговоры
– Хм, то, о чем вы говорите – невозможно. Если я возьмусь, только после тщательной проработки операции. А так, все это опасно. Где гарантия, что вас не обманывают? – Виктор пристально посмотрел в глаза кавказцу.
– Нет, Виктор. Об этом не может быть и речи. Нет. Никакой операции. Если что-то случится при захвате, или передаче денег, то Гейдар погибнет. Они уверяют, что будут следить со стороны. И я, склонен, им верить. Они поставили условия – будут переданы деньги – освободят Гейдара.
Виктор задумался. Переубедить этого старого, умудренного жизнью человека, вряд ли удастся.
Поляков решил зайти с другой стороны:
– Хорошо, что вы хотите, что бы я сделал? Как я могу вам помочь?
– Все просто. Вы можете присутствовать при передачи денег – подстраховать, так сказать. Мы ведь тоже понимаем – они возьмут деньги и могут не отдать Гейдара. Мы им выставили ответные условия. Передача сразу. Деньги – Гейдар. Завтра на пустыре недалеко от совхоза Солонцы. В восемь утра.
– Во сколько? В восемь утра? Почему так рано?
– Я не знаю. Они назвали время.
– В восемь утра будет еще темно.
– Да. Скорее всего, они так страхуются.
– Хм, все равно очень странно.
– Вот поэтому мы к вам и обратились. Мы могли бы поехать туда без вас. Сами поменять человека. Но мы, не спецы, по таким ситуациям. В милицию по определенным причинам обращаться не стали. Выбор пал на вас. Прошу вас, Виктор, не отказывайте нам, – Кабаев говорил это, каким-то обреченным тоном.
Было видно, что он очень переживает и очень волнуется – хотя и не показывает этого.
– Мне надо подумать.
– Виктор, времени нет. Сколько вам надо, чтобы дать ответ? Два часа? Три? Больше нам ждать нельзя – если вы откажитесь, мы будем искать другого профессионала.
В это момент на переднем сиденье запричитал Алик:
– Витя джан! Прошу тебя! Прошу! Помоги! Ты же человек! Ты нормальный мент! Прошу – помоги! Мы для тебя потом все сделаем! Все! Что захочешь! Хочешь – машину новую купим? БМВ?! Хочешь БМВ! Черный! Вах! Новый, модель! А?! Витя джан! У Гейдара трое детей! Помоги им!
– Алик прекрати! Прекрати! – Поляков дернул ручку и открыл дверку автомобиля.
В салон ворвался холодный воздух. Виктор посмотрел на Кабаева. Тот, ждал его ответа. Поляков медленно закрыл дверь и тихо сказал:
– Я позвоню вам рано утром. Очень рано. Вы должны быть готовы примерно часа в четыре утра. Нам надо подготовится. Я хочу съездить и посмотреть, на то место где будет происходить обмен. Что это за пустырь. Все надо проверить. Вы можете назвать мне адрес – точный адрес и все подробности обмена и условия, какие выдвинули эти люди?