Перипетии
Шрифт:
– Сколько у нас «трухи» на руках?
– Ну, тонны четыре в зелени.
– Была же десятка? – внимательно посмотрел на Гурама Бадри.
– В долг дал.
– Сколько тебе раз повторять, что из кассы деньги в долг не давать? – эмоционально вскинул руки и завопил Бадри.
– Терновый просил, я не мог ему отказать.
– Этот Терновый снова в буру играет. Он под нули всё просадил. Ай биджо… На что жить станем?
– Он обещал на следующей неделе вернуть.
– У нас нет следующей недели! У нас пока даже завтра
Через полчаса двое подельников покидали подмосковные Мытищи в сторону Севера, по трассе Холмогоры.
***
Саша Виноградов рос послушным мальчиком. В неполной семье, так сказать, безотцовщина. Об отце мать ничего не говорила, а Саша не спрашивал. Школа, после неё техникум. Дальше служба в армии. А после армии пошёл служить в милицию. Заочно закончил юрфак и стал офицером тогда ещё милиции. В участковые пошёл ввиду перспективы «работать» самостоятельно. Рискованно, но при хорошем раскладе и вовремя оплаченных взносов для начальника жизнь улыбалась перспективами роста благосостояния Саши Виноградова как гражданина Российской Федерации.
Но в один час всё переменилось. Ситуация жалила участкового милиционера в непосредственное «я», и он уже понял, чего хотят от него.
Полковник, что сверлил его взглядом, был из тех волков, что не идут за флажки. Договориться с ним не удастся, и нули в сумме здесь не в зачёт.
– Саша, у тебя есть варианты. Первый – в отказ! Второй – ты мне даёшь полный расклад.
– Товарищ полковник…
– Саша, ты мне не товарищ! Это раз! У тебя выбора нет!
– Полковник! Всё вернули…
– Ты глупый мент! Лучше бы не вернули! Всех бы вывернули, мехом вверх! А так! Ты терпилой будешь!
– Я? Мне…
– Молчи, парень! Система мелет из мяса фарш! Ты уже определённо фарш. А фаршем кормят плебеев.
***
Плебс смотрел в голубой экран. Там боролись с коррупцией. Очередной коррупционер-участковый был задержан. Суд себе вынес сам. Повесился в камере СИЗО. Разбирательство по данному факту выделено в отдельное производство.
***
Мурманск. Квартира
Кавказец развалился в кресле и пялился в голубой экран.
– Э! Мэнт этот, ну наш тэрпила! Повэсился!
– Мэнт сдох! То нам хорошо! Честным ворам всегда хорошо, когда мэнт погиб! Давай за это выпьем!
***
У Никиты осталась семья. Жена, дочь, сын. Прямые наследники многомиллиардной империи.
Приехали все. Адвокат, очень известный, с ними. Подписали мудрёную бумагу, что отдают сеть гипермаркетов в управление… «Ввиду невладения специализированными навыками, не в ущерб компании».
Никита замечательно катается на доске. Чувствует волну! Океан ему благоволит!
Мотивация
1
Восьмидесятые годы прошлого столетия. Мальчишка, увлёкшийся с детства
Детско-юношеская школа в глубинке. Первые занятия с тренером! Первые впечатления от этого человека. Тренер-преподаватель. Так официально он числится в штатном расписании ДЮСШа. Разница с привычным преподавателем из школы до того разительна, что проникается мальчишка любовью и трепетом до самых костей.
– Здравствуйте, дети! – обращается он к группе «воробышков», что выстроились на «лицевой» линии, будто птенцы на проводах электросетей.
Беглый, но цепкий взгляд профессионального детского тренера по каждому. Оценивающе, «по-цыгански».
Рост, размах рук, голени, предплечья, грудная клетка.
– Медицинские справки все принесли?
– Да! – нараспев и вразнобой, по-детски.
– Начинаем тренировку! Разбились по парам!
Через пару-тройку лет мальчишка уже самостоятельно бежит в родной спортзал. За полчаса до основной тренировки индивидуально поработать над дриблингом.
После часа занятий в команде ещё полчаса на броски. Тренер с интересом, но, не выказывая его, делает замечания громкими окриками:
– Руку потяни! Кистью! Ноги включи!
И мальчишка, обливаясь потом, на ещё детских ногах «включает»!
«Тик-таком» стучало время. Лето сменялось осенью, а та, соответственно, зимой. Заканчивался год, и наш мальчишка уже почти юноша. Влюблённый в баскетбол? Нет! Он им заражён! Захвачен! Пленён!
Тренер подозвал его к себе после тренировки:
– Мой мальчик! Готовься к отъезду! Ты включён в сборную республики.
Шок!
– Как? Я? А Вы? – откровенно, глаза в глаза.
– Не обсуждается! – отрезал тренер. – Я позвоню твоим родителям и всё сообщу.
2
Спортивный интернат на 600 детей. Здесь всё: и школа, и общежитие. Тренировочная база по многим видам спорта. Общение в основном по своему виду. Футболисты к футболистам, борцы к борцам, волейболисты над сеткой взлетают, а приверженцы оранжевого снаряда, соответственно, у щита баскетбольного.
Тренировки два, а то и три раза в день. Изматывающе! Ежедневно! И микротравмы… Колени болят. Поражённые болезнью Шляттера голени ноют. Голеностопы отекают. Тоска по команде, по тренеру. По залу, такому родному и привычному. Да и вообще! Там ты был лучшим, а здесь… Придирки постоянные.
– Руку не дёргай! – требует тренер. Старательно пытаешься «не дёргать».
– Локоть контролируй! – с усердием контроль над локтем.
– Ноги «включи»! – корректируешь фазу ног.
Работа до седьмого пота. Кросс до тошноты. Прыжки на скакалке. ОФП с барьерами и «станциями». Блин от штанги в 10 кг держишь руками на груди.