Перепуганная компания
Шрифт:
Было очевидно, что строгая дисциплина всем пришлась по душе, и все без протестов включились в эту игру. Через день-два Роджер убедился в том, что, возможно, даже недооценил степень приспособляемости здравомыслящих цивилизованных людей. Похоже, никого больше не волновало, что среди них находится неведомый убийца. В общей беседе эта тема больше не всплывала так, как и было предложено сделать мистеру Пиджину. Ну а говорили ли об этом между собой - о том Роджер не мог судить. По крайней мере, с ним об этом никто не заговаривал.
Однако официальное прекращение расследования обстоятельств смерти
– Все же это более чем странно,- доброжелательно заметила Анджела Сент-Томас.- Вы поступайте как знаете, Роджер, но Рэгги и я - мы продолжим расследование. Все совершенно уверены, что Гая убили, что бы вы там ни говорили. И если какой-то мерзавец оказался на такое способен, мы должны его выследить.
– Вы можете обсудить это с Рэгги,- утешил ее Роджер.
Мистер Брэй тоже объявил с присущим ему гонором, что прекращение расследования - это выражение слабости.
– А что мне остается делать?- дружески попенял ему Роджер.- Я же не могу материализовать улики из воздуха!
– Но что-то делать надо!- прогудел мистер Брэй.
– Я правда не представляю что. Я знаю, вы считаете доказанным, что имело место убийство, но я не могу утверждать даже этого. Нет ни одной неоспоримой улики, и я не вижу оснований лишать людей душевного равновесия дальнейшими расспросами.
– Тогда я сам озабочусь этим. Как вы понимаете, Шерингэм, кое-кто из нас считает, что нельзя это так оставлять. В конце концов, мне даже не важно, какие именно шаги предпринимать. Лишь небо знает, что сейчас творится на рынках,- с горечью сказал мистер Брэй.- Я чувствую, что мои дела вышли из-под контроля, потому что я - вне игры. Я ведь разорен благодаря нашему приятелю, хотя извиняюсь, конечно, ведь он умер. Так что в случае, если я что-то обнаружу, то после моего финансового краха для миссис Брэй не будет большой потерей, если я вдруг получу камнем по башке.
– Лучше обсудите это с Твифордом. Ведь это его обязанности.
– Нет уж, спасибо! Обойдусь как-нибудь. У Твифорда есть свои обязанности, пусть он за них и отвечает. Нет нужды говорить с ним. Он и сам знает, что ему делать,- возразил задетый за живое мистер Брэй.
Тем не менее было похоже, что апатичный и вялый на язык Твифорд добился успеха там, где Роджер потерпел крах - ведь теперь и в самом деле никто не упоминал о случившемся. И если кто-то и предпринимал какие-то шаги для продвижения расследования, до Роджера это не доходило. Поэтому он полагал, что ничего такого не происходит.
Все дружно сошлись на том, что присутствие видного исследователя, искушенного в преодолении всевозможных трудностей и опасностей, было просто даром божьим. Роджер подозревал, что уже сама невозмутимость Твифорода действует на всех успокаивающе.
– Знаете, мистер Шерингэм,- доверительно, со вздохом сказала Энид,- я думаю, что само Провидение позаботилось о нас, приведя в нашу компанию капитана Твифорда. У него такой богатый жизненный опыт. Для нас, бедных слабых созданий, это просто подарок,- сказала миссис Фэйри, беспомощно улыбнувшись,- иметь человека, на которого можно положиться.
– Да, нам очень повезло,- сухо кивнул Роджер, безоговорочно приняв скрытый намек на ограниченность своего жизненного опыта и
– Мы все должны страдать - до тех пор, пока эта ужасная неопределенность не разрешится,- с подъемом сказала она, и Роджеру пришлось приложить немало усилий, чтобы свести к минимуму эти запланированные для всех страдания.
"Но все это теперь в прошлом",- с облегчением думал Роджер. Само слово "убийство", казалось, навсегда исключено из лексикона.
– Теперь об этом забыли,- с сарказмом сказал Роджер в разговоре с Кристл. Ей пришлось согласиться с ним, хоть это и шло вразрез с ее позицией.
Роджер также отметил про себя, что, похоже, об их с мисс Кросспатрик подозрениях относительно Вилли Фэйри никто не узнал. Состояние Вилли явно вызывало у всех лишь симпатию. Ни с чьей стороны не было ни малейших признаков холодности и отчужденности. Напротив, в отношениях царила полная гармония.
Остров был слишком мал, чтобы устраивать вылазки. Чтобы пересечь его от края до края, требовалось не больше пяти минут. Поэтому по необходимости люди проводили много времени в обществе друг друга. Уединиться можно было лишь на склоне между плато и берегом, но все склоны хорошо просматривались сверху. Молодежь проводила много времени на берегу, целыми днями купаясь и загорая, и пестрые цвета купальников, которыми расцвечивался пляж, не оставляли и намека на мрачные обстоятельства, которые сопутствовали их пребыванию здесь.
Более того, именно на берегу можно было отыскать более-менее укромное местечко, уединившись среди огромных валунов, разбросанных там и тут у подножия скал в бухте.
Роджер в первые день-два был как на иголках, подметив любопытную закономерность: если на яхте все предпочитали общаться, разбившись на небольшие группы или даже пары, то теперь все держались вместе. Без всякого принуждения коллективизм оказался более привлекательным. Роджер облегченно вздохнул. Он заметил, что когда все собираются вместе, то это действует раздражающе на нервы, а уединенность в свою очередь рождает подозрительность друг к другу. Поэтому его ничуть не обеспокоило, когда он увидел, как сначала одна пара отделилась от коллектива, за ней другая, и так далее. Теперь, когда вся компания собиралась за обеденным столом или по другим поводам, подозрительность друг к другу не проявляла себя явно. Распад единого коллектива на самом деле был знаком того, что все входит в норму.
Сам Роджер предпочитал общество Кристл. На четвертый день после чая они уселись, обняв колени, на небольшом бугре на дальней стороне острова, и спокойно обсудили все происходящее. За их спинами возвышался шест, водруженный сэром Джоном.
– Хорошо. Надеюсь, так оно и есть,- откликнулась Кристл на отчет Роджера с унынием, так не похожим на ее обычную жизнерадостность.
– А что, есть причины думать иначе?- поинтересовался Роджер.
– Вроде бы нет. Но знаешь, Роджер, малыш, как было бы здорово, если бы эти ужасные две недели были уже позади!- неожиданно взорвалась она.