Переплёт
Шрифт:
К тому же – если мама и есть Эстениль Лионай, то почему у неё не проявились никакие способности Древних? Или всё-таки проявились, но мама и бабушка умело это скрывали? И это возможно, учитывая Димкин печальный опыт перед исчезновением. Скрывали, боялись, что маму сочтут сумасшедшей или колдуньей… А всегдашнее скептическое отношение бабушки к чудесам? Словно они понимали, что чудо – это вовсе не чудо, а проявление необычных способностей?
– Нет, – пробормотал Димка, поспешно завернувшись в полотенце и постукивая зубами после ледяной воды, – здесь точно не
И продолжил думать. А если Эстениль Лионай – не мама, а бабушка? Торинай сказала, что отец её дочери был другой расы, но не уточнила, чистокровен ли он. Ей явно было не до этого, возможно отец, ребёнка погиб… И, возможно, он был полукровкой Древних. А это значило, что в малышке было три четверти крови Древних, в её дочери – почти половина, а в нём, в Димке… почти четверть. К тому же Найя тоже могли нести в себе часть крови Древних, так что почти четверть в этом случае превращалась в четверть. А ведь бабушка нередко говорила, что она детдомовская, подкидыш… Подкидыш?
– Блин, – вздохнул Димка. – Как всё сложно-то…
А потом он решил, что мама и бабушка наверняка смогут разрешить все его сомнения, и не стоит ломать голову над загадкой, которая пока неразрешима. Тем более, что из комнаты раздался сонный голос Тлара:
– Дим, ты в душе?
– Ага, – ответил Димка. – Не хочешь присоединиться? Хотя я уже помылся, но готов повторить… с тобой.
Обнажённый Тлар присоединился к нему через минуту и очень провокационно спросил:
– Повторить, говоришь?
В общем, в кают-компании оба появились нескоро, и Нико вдоволь оторвался, подшучивая над юными супругами. А вот что касается Сысоя, то он сидел надутый и недовольный и даже плитку жевал как-то мрачно, не реагируя на все попытки Сьюки и Сеньки расшевелить его.
– Сысой! – позвал его Димка.
Сюсик в ответ сердито фыркнул:
– Сся! – и к Димке не пошёл. Обиделся.
Димка вздохнул. Странные капризы главы семейства уже начали напрягать. Разрядила обстановку Сьюки – видимо, и ей мрачный настрой Сысоя действовал на нервы.
– Сса! – свистнула она, ловко выхватила плитку из лапок обескураженного Сысоя и бросилась удирать.
– Ссси-у! – завопил в полном восторге Сенечка.
Сысой хлопнулся на задницу, и в глазах его застыла вселенская печаль. Однако его коварная половина забралась повыше и принялась с бодрым хрустом уничтожать плитку, не забыв бросить кусочек родимой кровиночке, то есть Сеньке.
– Слушай, Димо, он не заболел случайно? – забеспокоился Никотрис.
– Он и вчера странно себя вёл, – сказал Тлар и коротко рассказал о Сысоевых выкрутасах.
– Он явно не хотел, чтобы улетали с планеты, – заметил Димка. – Скорее всего, мы что-то там проглядели.
– Возможно, – кивнул Нико. А Димка встал, взял расстроенного Сысоя под пузико, как домашнего кота, погладил по мохнатой тёплой спинке и прошептал на ухо:
– Не обижайся. Мы вернёмся. Мы непременно вернёмся. Ты ведь хочешь получить какую-то помощь?
– Сю-и! – уже повеселее свистнул сюсик, охотно принял новую пищевую плитку
– Часа через три мы будем на орбите твоей планеты, Димо.
– Так быстро? – удивился Димка.
– Ну, – усмехнулся Никотрис, – у вас ведь было та-а-кое интересное занятие, отнимавшее уйму времени.
– А нас не обнаружат? Вообще-то мы уже вышли в космос, – заметил Димка.
– Вышли в космос? – усмехнулся Нико. – Да вы только в прихожую вышли. И нет, нас не обнаружат, на моём корабле есть соответствующее оборудование.
– А потом? – полюбопытствовал Тлар.
– А потом я пошлю дроид-разведчик. Он проложит безопасный путь для катера, и мы опустимся максимально близко к дому, где живут родные Димо. И нет, Димо, нас не заметят. Не думаю, чтобы у здешних жителей были устройства такого уровня, чтобы засечь нашу маскировку, да и опустимся мы в ночное время и в стороне от поселений.
– А домой-то мы как попадём? – удивился Димка.
– Браслет попросишь, он сможет нас переместить.
– Молчит Борька, – вздохнул Димка.
– Ничего, если ты попросишь, как следует – отзовётся. Я, конечно, могу катер и у твоего порога посадить… Но думаю, что это плохая идея.
Димка представил себе эту картину и фыркнул:
– Да уж.
Они ещё не догадывались, что ждёт Димку дома.
====== Глава 28. Письмо. Часть первая ======
Семь часов спустя глубокой ночью катер с корабля Никотриса приземлился на лесной поляне. Место было малопосещаемым, даже вездесущие грибники и ягодники редко заходили туда, тем более в это время года. Стояла поздняя холодная осень, шёл мелкий ледяной дождь, и голые ветки осин, окружавших поляну, напоминали протянутые к небу в мольбе исхудавшие руки. Дальше начинался глухой мрачный ельник, в общем, весь здешний пейзаж был до ужаса уныл.
Димку пронзило дурное предчувствие, но он постарался отбросить его. Ну, ненастье и ненастье – осень же. Скоро он увидит маму и бабушку, и всё будет хорошо. Просто замечательно всё будет.
Димка оглядел своих спутников. На первый взгляд в их облике не было ничего необычного, разве что одинаковая одежда. Тёплые брюки, высокие ботинки, куртки, с низко надвинутыми капюшонами… К тому же Никотрис заявил, что взял с собой один хитрый приборчик, который не позволит местным жителям фокусировать внимание на них. То есть видеть их будут, но только как незначительную деталь, не стоящую внимания.
– Готовы? – спросил Димка Нико и Тлара. Те кивнули в ответ, однако под курткой Тлара обнаружился неожиданный пассажир. Сенька высунул наружу любопытную мордашку с хулиганскими глазищами и заявил:
– Сю-и! – типа, чего ждёте, готов я.
– Ты как здесь оказался? – возмутился Димка. – А ну, немедленно марш назад!
– Сссю-ссии! – возмутился Сенька, что, вероятно, обозначало категорический отказ, засунул мордашку обратно и затаился за пазухой Тлара.
– Ты зачем у него на поводу идёшь? – возмутился Димка. – Зачем Сеньку взял?