Переплёт
Шрифт:
Поэтому, когда Димка улегся и накрылся шкурой, Тлар всё-таки придвинулся к нему. А потом мерно засопел. Расслабился.
Димка вытащил ещё одну шкуру, накрыл ею краснокожего и закрыл глаза.
«Ох, и намучаюсь я с этим сокровищем…» – мелькнула мысль, перед тем, как парень провалился в сон.
====== Глава 12. Победитель ящеров ======
Димка заснул сразу, но среди ночи проснулся от того, что перебравшийся поближе Тлар прижимался к нему во сне, что-то бормотал неразборчивое и всхлипывал. Димка осторожно дотронулся до лица Тлара и убедился, что тот спит.
«Кошмар
– Тише-тише-тише, – обхватил Димка Тлара и стал успокаивать, – ну, что ты?
Тлар оторопело встряхнул головой и прошептал, окончательно проснувшись:
– Прости… Мне тут приснилось… Спасибо, что разбудил. Я… я нечаянно…
– Ничего, – прошептал в ответ Димка. – Ты спи, спи… Здесь безопасно…
И неожиданно для самого себя добавил:
– Я тебя в обиду не дам.
– Обещаешь? – блеснули в ответ жёлтые глаза.
И Димка ответил, словно загипнотизированный:
– Обещаю.
– Спасибо, – ответил Тлар. В пещере было темно, но Димке неожиданно показалось, что краснокожий улыбается. А потом он уткнулся в плечо Димки и ровно задышал. Заснул.
Димка вздохнул и подумал, что не такой уж Тлар и противный. Просто балованный ребёнок, которого вся семья холила и лелеяла и у которого так и не было возможности повзрослеть. К тому же похищение и непривычные условия, в которых он оказался, кого хочешь могли выбить из колеи.
«Ничего, – оптимистично подумал Димка. – Может, и сживёмся… И вообще – жить захочет – всему научится. Неизвестно, сколько нам здесь вдвоём куковать…»
После этого Димка мирно заснул и проснулся только тогда, когда взошли местные солнышки. Тлар уже не спал, а сидел рядом с самым разнесчастным видом.
– Доброе утро! – жизнерадостно поздоровался Димка. – Ты чего такой смурной?
Тлар смущённо опустил глаза и что-то пробормотал. И тут до Димки дошло:
– А, понял… ладно, пойдём, покажу тебе здешние удобства.
Между прочим, этими самыми удобствами Димка гордился. Неподалёку от пещеры он выкопал яму и возвёл над ней будочку из скальных отломков, потому как страшно не любил, когда процесс прерывали незваные визитёры в виде «волков», да и зимой сидеть в более хилом сооружении грозило отморожением важных частей тела. К тому же будочка имела крепкую дверь, куда не задувал ветер. Но Тлар был совершенно другого мнения об удобствах. При виде будочки глаза его округлились от ужаса:
– Это что?
– Туалет типа сортир, – ехидно ответил Димка, цитируя старую советскую комедию.
– А… а помыться? – продолжил ужасаться Тлар.
– Вода в рукомойнике, – бодро ответил Димка. – А для зубов я мел приготовил и листья мяты.
– А… а целиком? – Тлар был не просто в шоке, его состояние можно было охарактеризовать словом «ахуй».
– Речка рядом! – бодро ответил Димка и ехидно улыбнулся.
– А… а зимой? – решил окончательно прояснить глубины ужаса, в который его забросила горькая судьба, Тлар.
– Да сколько
– Здорово… Сплошная экзотика.
И исчез в будочке. А Димке снова показалось, что всё не так уж и плохо складывается.
После того, как они оба привели себя в порядок и позавтракали запечёнными в золе раками, орехами и фруктами, Димка осмотрел больную ногу Тлара, отметил, что отёк уже почти спал, и спросил:
– Как? Не болит?
– Так не болит, – ответил Тлар, – а вот когда наступаю, то немного больно.
– М-да… – задумчиво произнёс Димка. – Лучше тебе сегодня ногу не нагружать. Посиди дома, к завтрашнему дню должно пройти. А я на охоту схожу, травок целебных нарву… Приложу к больному месту, они всю боль вытянут.
– А я тут один останусь? – спросил Тлар.
– Ну, да, – спокойно ответил Димка, – но я ненадолго, не бойся. Пару-тройку птичек подстрелю, травки наберу, орехов и вернусь.
– А эти… страшные зверюги? Если они нападут?
– Не нападут, – уверенно ответил Димка. – Они животные ночные, сейчас где-нибудь в тихом местечке лежат, ужин переваривают.
– А если… – продолжал спрашивать Тлар.
– Никаких «если» – отрезал Димка. – Далеко от пещеры не отходи, а здесь безопасно. Если что – сюсики с тобой останутся, они тревогу поднимут. Ты тогда в пещере спрячься, дверь привали камнями и дубинку возьми на всякий случай – вон, в углу стоит.
По лицу краснокожего было видно, что отбиваться дубинкой от неведомой опасности – это последнее, чего он желал бы в этой жизни, но капризничать он не стал.
– Хорошо… я попробую…
Димка кивнул и стал собираться. А Тлар неожиданно задал вопрос:
– Я могу чем-нибудь помочь? Я ведь тут получается тебе как нахлебник?
«Да чем ты помочь-то можешь, неумеха?» – хотел спросить Димка, но, к счастью, эти слова он сумел затолкнуть обратно в глотку и жизнерадостно ответил:
– Не бери в голову. Вот пройдёт твоя нога – будешь мне помогать. А пока можешь орехи почистить. А то мы все очищенные за завтраком слопали. Орехи – в той корзине, камень, которым я их раскалываю – вон там. А колоть вон на той плоской каменюке. А начистишь орехов – приберись, я мусора не люблю. Понял?
– Ага! – довольно жизнерадостно ответил Тлар, а Димке оставалось только надеяться, что краснокожий не отобьёт себе пальцы от излишнего усердия. Поэтому он подозвал к себе главу семейства сюсиков и прошептал:
– Вы за ним присмотрите. А если что – знаете, где меня искать.
– Сюссии-с! – бодро присвистнул самец. Не беспокойся, мол, всё будет в лучшем виде.
Димка бодро топал домой. Ощущение от того, что его кто-то там ждёт с нетерпением, добавляло хорошего настроения. Правда, Борька всё ещё молчал… не оклемался после вчерашнего. Но Димка был спокоен – браслет ведь обещал несколько дней восстанавливаться, а «волки» – зверюги умные. В очередной раз получив по зубам, нападать – да ещё днём – не полезут.