Перемены

Стил Даниэла

— Неужели она вообще ни о чем больше не думает?

— Почти, — призналась Джессика.

— Я с нетерпением жду ее отметок за полугодие.

Джессика не произнесла ни слова, зная, насколько плохими будут результаты. Постоянная переписка с Марком отнимала у ее сестры все время, необходимое для выполнения домашних заданий.

— Как чудесно провести День Благодарения в Калифорнии — Надеюсь, что так. — Мел устало улыбнулась и поцеловала девочек перед уходом в школу. Но прежде чем заняться распаковкой вещей после поездки, она позвонила своему адвокату, который приходит в контору к восьми часам.

Но он сообщил ей не самые приятные новости. Телестудия все еще придерживала подписание контракта, надеясь, что она пойдет на некоторые уступки. Но он напомнил Мел, что она совсем не обязана это делать, что они скорее всего согласятся с ее требованиями, а если нет, то моментально у нее будет дюжина других предложений, стоит ей только намекнуть, что она готова принять предложения.

— Джордж, но я хочу остаться на своем месте.

— Тогда держись до конца.

— Это я и собираюсь делать. Мы можем надеяться, что все закончится к Дню Благодарения?

— Я сделаю все от меня зависящее.

Но, как оказалось, его усилия ни к чему не привели. И когда три недели спустя они сели в самолет, летевший в Лос-Анджелес, вопрос еще не был решен.

Адвокат Мел настаивал на ее участии в выпуске одиннадцатичасовых новостей, но контракт до сих пор не был подписан, и это сводило ее с ума. От Питера не ускользнула ее нервозность, когда она вышла из самолета. Но он надеялся, что она успокоится за четыре праздничных дня. Он молил Бога, чтобы никто не надумал стрелять в президента и никому не потребовалась пересадка сердца во время празднования Дня Благодарения. И его молитвы были услышаны.

Они мирно провели праздник, и все пятеро детей были счастливы, оказавшись снова вместе. Миссис Хан превзошла все ожидания и устроила такое пиршество, после которого никто не мог подняться из-за стола.

— О боже, я не могу двинуться с места. — Вал с отчаянием уставилась на свой живот, и Марк пришел ей на помощь, подняв ее со стула, в то время как Пам и Джесс пошли наверх играть в шахматы.

Мэтью свернулся калачиком возле камина на своем любимом одеяле с игрушечным медведем и уснул Питер и Мел отправились в его кабинет. Было такое чувство, будто они приехали к себе домой. Питер уговорил их остановиться у него в доме, в комнате для гостей. А поскольку приехала и Джесс, то Мел решила, что Пам не слишком огорчится, если они поживут у них. Старшая дочь благотворно действовала на Пам.

— Ужин был превосходным, Питер.

— Я рад, что мы снова вместе. — Он пристально посмотрел на Мел и увидел круги у нее под глазами от усталости. Их не было видно на экране под гримом, но он знал, что они есть, и они его беспокоили. Ей не следовало так много работать и подвергаться такому нервному напряжению.

— Ты переутомилась, любимая.

— Почему ты так решил? — Она протянула ноги к камину.

— Ты похудела и выглядишь уставшей.

— Пожалуй, ты прав… Это жестокий бизнес. — Она улыбнулась ему. Она знала, что он тоже переживает трудные времена. Две новые пересадки сердца и Мари, у которой снова возникли проблемы со стероидами, но сейчас ей стало лучше.

— Как дела с контрактом?

— Джордж говорит, что все решится в ближайшие часы. Они должны подписать его в понедельник утром, когда я вернусь.

Питер

долго молчал, затем посмотрел на Мел. Он не знал, как подступиться к этому вопросу, надо действовать решительно, либо сейчас, либо никогда. Возможно, это его последний шанс в жизни или по крайней мере в этом году.

— Мел…

— Да? — Она смотрела на огонь, а теперь с улыбкой подняла на него глаза, расслабившись впервые за несколько недель крайнего напряжения. — Да, доктор?

Ему хотелось подойти к ней, но он не стал этого делать. — У меня есть к тебе вопрос.

— Что-нибудь не так? — Возможно, речь пойдет о Пам, но в последнее время с ней все было нормально.

Даже лучше, чем с Вал, оценки которой, как Мел недавно выяснила, оказались хуже некуда. Но она собиралась поговорить об этом с Питером перед отъездом.

Им придется немного обуздать двух влюбленных голубков, пока Вал окончательно не выгнали из школы, и Мел требовалась поддержка Питера. Но пока с этим разговором можно было не спешить. — В чем дело, любимый?

— Я давно собирался обсудить с тобой твой контракт.

Мел удивилась. До сих пор он не вмешивался в ее работу и не давал советов, и она полагала, что это к лучшему. Он разбирается в тележурналистской кухне так же плохо, как она в хирургии, и они могли предложить друг другу только моральную поддержку.

— Мой контракт?

— А если тебе не подписывать его?

Она улыбнулась:

— Проблема не во мне, а в них. Я могла бы в любой момент подписать его, если бы эти ублюдки согласились с нашими условиями. Думаю, они в конце концов пойдут на это. Но пока что это война нервов.

— Я знаю. Но если ты не подпишешь его… — Он на мгновение задержал дыхание, а затем продолжил:

— И подпишешь контракт с кем-нибудь еще?

— Это возможно, если я не получу того, что хочу. — Но она до сих пор не поняла, о чем идет речь. — Почему? Что ты имеешь в виду? — Он явно пытался ей что-то сказать, но она не знала, что именно.

Питер посмотрел ей прямо в глаза и высказал все одним словом.

— Брак. — На ее лице отразилось полнейшее непонимание, затем удивление, и она побледнела, уставившись на него.

— Что ты хочешь сказать? — почти шепотом спросила она.

— Я хочу жениться на тебе, Мел. Я несколько месяцев набирался смелости, чтобы предложить тебе выйти за меня замуж, но не хотел ломать твою карьеру. Но при столь длительной задержке подписания твоего контракта, я подумал… мне хотелось знать…

Она встала и зашагала по комнате, потом остановилась у камина спиной к нему, а затем медленно обернулась.

— Я не знаю, что ответить тебе, Питер.

Он попытался улыбнуться, но ему было так страшно, что он не смог выдавить из себя улыбку.

— Меня устроит простое «да».

— Но я не могу сделать это. Я не могу отказаться от всего, чего добилась в Нью-Йорке. Я просто не могу… — Глаза у нее наполнились слезами. — Я люблю тебя, но не могу пойти на это… — Мел вся дрожала, Питер подошел к ней и обнял ее, прижав ее к себе так, чтобы она не видела его слез.

— Все в порядке. Мел. Я понимаю. Но я должен был спросить тебя.

Она отстранилась от него, чтобы взглянуть на его лицо, по которому теперь, как и у нее, текли слезы.