Перелом

Кук Робин

Джеку показалось, что эти люди просто изголодались по общению. Карлен говорила без умолку; но Джек успел сообщить им, что гостит у сестры в Ньютоне. После этого он успевал лишь кивать и время от времени вставлять пару слов, чтобы продемонстрировать свое неослабное внимание. Это позволяло ему слушать и наблюдать. Джек был потрясен. Он понял, что Джордан счастлив, и, судя по всему, чуть ли не с того дня, когда Пейшенс Стэнхоуп покинула сей бренный мир. На скорбь по безвременно ушедшей супруге времени у него не оставалось, потому что Карлен перебралась к нему через несколько недель после похорон. Стоящий у входа «бентли»

они приобрели месяц назад, а большую часть зимы парочка провела на горном курорте. То, что он услышал, еще больше укрепило его в подозрениях о возможности грязной игры. Аутопсия покойной супруги Джордана становилась не только желательной, но и необходимой. Джек подумал, что о своих подозрениях — пусть и косвенных — ему нужно сообщить в Бостонское управление судмедэкспертизы, чтобы там поставили вопрос об эксгумации перед окружным прокурором. Если у Джордана Стэнхоупа рыльце в пушку, он ни за что не согласится, чтобы тело Пейшенс извлекли из могилы. Но чем увереннее Джордан говорил, играя роль аристократа, тем больше Джек сомневался в его реакции на просьбу об эксгумации. Она, как он понял, могла быть непредсказуемой. Случались криминальные расследования, когда преступники были настолько уверены в своем интеллектуальном превосходстве, что активно помогали правоохранительным органам, чтобы доказать, как ловко они могут избежать правосудия. Если лукавый Джордан принадлежал к этой категории людей, то он вполне мог согласиться с аутопсией, чтобы придать игре больше азарта.

Джек покачал головой. Рационализм взял верх, и он понял, что позволил чрезмерно разыграться своему воображению.

— Вы не согласны? — спросил Джордан, увидев движение Джека.

— Нет-нет, я полностью с вами согласен, — заверил его Джек, стараясь за словами скрыть свою ошибку — задумавшись, он потерял нить беседы.

— Я сказал, что лучшее время на далматинском побережье не лето, а осень. Вы не согласны?

— Полностью согласен, — повторил Джек. — В этом не может быть никакого сомнения.

Джордан милостиво вернулся ктеме, Карлен одобрительно кивнула, а Джек продолжал размышлять. Предположение, что Пейшенс Стэнхоуп погибла насильственной смертью, было пока недоказуемо. Пейшенс умерла от инфаркта миокарда, и в деле было замешано много врачей. Крэг, конечно, был не самой приятной личностью, но он, бесспорно, был одним из высококвалифицированных специалистов. Джордан никогда не смог бы ввести в заблуждение такое количество профессионалов, спровоцировав каким-то способом сердечный приступ у своей жены.

Поняв это, Джек вернулся на исходную точку. Управление судебно-медицинской экспертизы не даст ему разрешения на эксгумацию и аутопсию. Если вскрытие и будет произведено, то это сможет сделать только он сам. И лукавый циник Джордан Стэнхоуп ему в этом поможет. Джек обратится к нему как к истинному джентльмену, а они, как известно, должны служить образцом высокой морали и способствовать торжеству справедливости. Шансов на успех было не много, но ничего иного Джек придумать не мог.

Пока Джордан и Карлен выясняли, какое время года более всего подходит для посещения Венеции, Джек поставил на стол чашку, сунул руку в нагрудный карман и достал визитную карточку. Как только в разговоре возникла пауза, он наклонился и щелчком послал карточку по стеклянной столешнице на противоположную сторону.

— И что же мы

тут имеем? — схватив наживку, спросил Джордан. Взглянув на карточку, он взял ее в руки. Карлен спросила:

— Что такое судебно-медицинский эксперт?

— Медицинский эксперт — человек, который получил университетское образование по специальности «судебная патология», — ответил Джек.

— Если я вас правильно понял, — сказал Джордан, — вы говорили, что намерены помочь в судебном расследовании, которое я, по правде говоря, нахожу чрезвычайно скучным.

— Но почему?

— Я думал, что это будет нечто захватывающее, напоминающее схватку боксеров, Вместо этого я вижу нудный спор двух адвокатов.

— Уверен, что я мог бы сделать процесс более интересным. — Джек сразу ухватился за возможность, которую невольно предоставил ему Джордан.

— А если конкретнее?

— Мне понравилось ваше сравнение суда с боем боксеров, но ваш поединок проходит скучно, потому что противники бьются с завязанными глазами.

— Странный образ. Бойцы не видят друг друга и поэтому бьют мимо цели?

— Именно! А лупят они мимо потому, что не имеют необходимой информации.

— Какая же информация им нужна?

— Они спорят о том, как лечили Пейшенс Стэнхоуп, не зная, что может сообщить по этому поводу сама Пейшенс.

— И что бы она нам поведала, получив такую возможность?

— Мы ничего не узнаем до тех пор, пока я ее не спрошу.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — вмешалась Карлен. — Пейшенс Стэнхоуп умерла и предана земле.

— Насколько я понимаю, он говорит о вскрытии.

— Именно это я и имею в виду.

— Неужели вы хотите ее откопать? — в ужасе спросила Карлен. — Какая гадость!

— Подобное происходит чаще, чем вы полагаете, — сказал Джек. — Со дня похорон прошло менее года. Я гарантирую, что мы можем узнать нечто новое, и бой боксеров, как вы назвали процесс, станет просто захватывающим.

— И что же вы можете узнать? — задумчиво спросил Стэнхоуп.

— Мы можем узнать, какую часть сердца поразил инфаркт, как он распространялся и что ему предшествовало. Узнав это, мы можем оценить адекватность полученной ею медицинской помощи.

Джордан, пытаясь осмыслить слова Джека, прикусил нижнюю губу, а перед Джеком мелькнула некоторая надежда. Предстояла еще долгая борьба, но, во всяком случае, Джордан не отмел идею об эксгумации с порога. Возможно, он еще не понял, что решение об эксгумации придется принимать ему.

— Но почему вы это предлагаете? — спросил Джордан. — Кто вам платит?

— Мне никто не платит. Со всей честностью могу сказать, что мной руководит чувство справедливости. В то же время присутствует и конфликт интересов. Моя сестра замужем за подзащитным, доктором Крэгом Бауманом.

Джек внимательно следил за выражением лица Джордана, ожидая увидеть проявление гнева или раздражения. Но он ошибся. Джордан спокойно обдумывал слова Джека.

— Я тоже за справедливость, — сказал он наконец, забыв на миг о своем мягком английском произношении. — Но мне кажется, что вам будет трудно соблюдать полную объективность.

— Да. Замечание справедливое, — сказал Джек. — Но если мне придется делать аутопсию, я сохраню все образцы для изучения их независимыми экспертами. Чтобы избежать конфликта, я готов пригласить на вскрытие нейтрального патологоанатома.