Перекрестья
Шрифт:
— Что ж, Джейсон, вы пришли именно туда, куда вам и требовалось. Международный дорментализм неизменно занимается обездоленными людьми в самых бедных странах третьего мира. Мы являемся туда, покупаем участок земли и воздвигаем на нем храм и школу. Школа учит, как идти по пути дорментализма, но, что куда более важно, она учит местных жителей самостоятельности. «Дай человеку рыбу, и он будет сыт весь день; научи его ловить рыбу, и он будет сыт всю жизнь». Такова наша философия.
Джек вытаращил глаза:
— До чего потрясающее учение!
Одна
— Да. Таков путь дорментализма. Вы можете быть совершенно уверены, что любой вклад, который вы пожелаете пожертвовать церкви, будет целиком направлен на оказание помощи обездоленным.
— Прекрасная идея. Знаете, думаю, мне не стоит ждать, пока я займу место отца. Я бы хотел начать прямо сейчас. Как только мы кончим занятие, я свяжусь со своим бухгалтером.
Брейди расплылся в блаженной улыбке:
— Как любезно с вашей стороны.
4
Пока Дженсен, преисполнившись внимания, стоял у дальнего конца стола, Брейди продолжал барабанить пальцами по столешнице. Когда-то он знал имя своего Великого Паладина, но давно забыл его. И сомневался, помнит ли его сам Дженсен.
Впрочем, все это было не важно. Вот что имело значение — личность Джейсона Амурри. Его слова были слишком хороши, чтобы безоговорочно считать их правдой.
Он хотел услышать мнение Дженсена, но предварительно решил немного поиздеваться над ним.
— Так что твой кселтон говорит нам о Джейсоне Амурри?
Дженсен нахмурился. Он не спешил с ответом и, найдя его, тянул слова.
— Он для него подозрителен. Он считает, что в нем есть какая-то... несогласованность.
Наблюдая, как Дженсен отводит взгляд, Брейди с трудом удерживался от смеха. Дженсен откровенно страдал, рассказывая о своем кселтоне в процессе Полного Слияния. Иначе и быть не могло: кселтон Дженсена был далек от ПС. Откровенно говоря, у него вообще не было кселтона. Да ни у кого не было!
Но никто — ни Дженсен, ни какой-либо член Высшего Совета — не мог этого признать. Потому что каждый из них считал, что он единственный Ноль в элите, достигшей Полного Слияния. Каждый скрывал свой Позор Слияния, потому что признать Никчемность означало, что его ждет изгнание с поста и бесчестие.
О, до чего забавно было слушать их рассказы, как они левитируют или, покидая тела, странствуют меж звезд и планет — словно по каким-то неписаным законам соревнуются между собой. И поскольку Лютер безоговорочно дал понять, что демонстрировать перед другими способности, обретенные при Полном Слиянии, — это плохой тон, дешевая наглядность которого опошляет чудеса ПС, — никто не должен был подтверждать свои волшебные свойства.
Таким образом, никто не имел права
— Мой кселтон чувствует то же самое, но почему-то не может выйти на контакт с Амурри. А мы знаем, что это значит, не так ли?
Дженсен кивнул:
— Вероятно, Амурри — Ноль.
— А это, — вздохнул Брейди, — всегда трагично. Я сочувствую Нолям, но еще больше я жалею бедных Нолей, которые обманывают сами себя, не в силах признать свое Позорное Слияние.
Он видел, как Дженсен сглотнул комок в горле. Брейди отчетливо понимал, о чем тот сейчас думает: «Почему он это говорит? Он что, подозревает меня? Что-то знает?»
— Как и я, — прохрипел Дженсен.
— Не сомневаюсь, в храме есть члены с ПС, но да воздержатся наши кселтоны от проникновения сквозь их покровы. Не стоит вторгаться в их существование. В этом нет необходимости, потому что, как вы знаете, рано или поздно все Ноли разоблачат себя. — Он с силой откашлялся, словно прочищая мозги. — Но вернемся к нашему другу Джейсону...
Да, Джейсон Амурри... после того как Занятие по Пробуждению завершилось и Амурри ушел, Лютер осознал, что он, черт возьми, не узнал ничего нового по сравнению с тем, что ему было известно с самого начала. Может, этот человек сдержан по природе, но у Лютера было странное ощущение, что, возможно, он что-то скрывает.
— Поскольку наши кселтоны пока еще не могут наладить контакт с его, — продолжил он, — может, тебе имеет смысл поглубже изучить его биографию.
— Чем я уже и занимаюсь.
Брейди вскинул брови.
— Ну и?..
— Моему... м-м-м... ЛК, Личному Кселтону, не кажется, что он ведет себя подобно богатому наследнику. Да и движется как-то не так.
— А твой кселтон знает, как двигаются богатые?
— Я согласен со своим ЛК. Я знаю людей, которые ведут себя как Амурри, и они весьма небогаты.
— Но ведь он отнюдь не старался представиться в роли Джейсона Амурри. Скорее пытался скрыть свое подлинное имя.
— Да, я знаю. Вот это единственное, что смущает. Но снова хочу сказать — может, он сознательно так и планировал: назваться ложным именем, а затем...
Лютер засмеялся:
— Тебе не кажется, что это слишком сложно?
Дженсен пожал плечами:
— Мой ЛК считает, что с первого взгляда его трудно понять.
— Ты к нему пристрастен.
— Может быть. Но если удастся найти хоть одно изображение Джейсона Амурри, мне станет легче.
— Зная тебя, Дженсен, я думаю, что, глядя на его фотографию, ты станешь прикидывать, не поддельная ли она.
Белозубая улыбка озарила темное лицо Дженсена, что случалось чрезвычайно редко.
— Это же моя работа, верно?
— Верно. И ты с ней прекрасно справляешься. — Пора кончать это пустое словоизвержение. Брейди махнул рукой Дженсену. — Продолжай следить за ним. Но если он явится завтра с пожертвованием на шестизначную сумму, остановись. Ибо впредь уже не важно, кто он на самом деле.