Перекресток
Шрифт:
— Я вижу вокруг вас ауру лжи, вы что-то скрываете,— прошипела Трелони, и слизеринец даже похвалил ее за то, как профессор вывернулась.— Возможно, вы совсем не тот, за кого себя выдаете… Я вижу за вами кого-то сильного, высокого… У него черные волосы и очки… И шрам!
Ну, вот, подошли к финалу пьесы, занавес, подумал Скорпиус, рассеянно теребя в руке чашку.
— Вы как-то связаны с Гарри Поттером, я права?
— Ага,— кивнул Джеймс,— мы с ним все повязаны… Десятое колено Блэков, пятое Пруэттов…
Хорошо, что в этот момент раздался колокол, а то еще одной речи Поттера Скорпиус бы не выдержал.
— Прочтите первый параграф в учебнике,— Трелони вернулась к своему загробному вещанию и отошла к креслу. Потом бросила взгляд в сторону собиравшего свои вещи Джеймса, и Малфой понял, что лохматому это так с рук не сойдет.
— Малфой, если я погибну,— они вдвоем шли к классу Фауста,— обещай приходить на мою могилу хоть иногда.
— Подумаю, надо будет свериться с моим расписанием,— с ухмылкой ответил Скорпиус.— Возможно, я тебе даже памятник поставлю… Еж с арфой…
— Почему с арфой?— они вошли в кабинет и тут же увидели сумрачного Фауста с какой-то запиской в руке.
— Малфой, Поттер!
Мальчики переглянулись и покорно отправились к профессору.
— Сегодня вечером у вас наказание.
— За что?!— возмутился Джеймс. Скорпиус хмыкнул: это должна была быть его реплика, он-то точно тут ни при чем…
— Думаю, мистер Малфой понял, он вам объяснит,— лаконично ответил Фауст.— В восемь в кабинете Трансфигураций.
Джеймс застонал, представив себе очередной фолиант, жаждущий его внимания.
*
— Джим, это правда, что ты наказан?— Лили села с ним рядом за стол, но не обратила внимания на еду. Ужин был в полном разгаре.
— Как прошел первый день?
— Джим, ты действительно уже наказан?!— казалось, сестра не могла взять в толк, как он мог умудриться что-то натворить за несколько часов.
— Ну, кто-то же должен обновлять библиотеку Хогвартса,— пожал плечами мальчик, набрасываясь на картофель. Вечернее наказание никак не сказалось на его аппетите.— Тем более что мне какое-то порицание, когда я скоро умру…
— Что?!— Лили побледнела и вцепилась в руку брата.— Почему?
— Мне Трелони предсказала…
— Фу, зачем же так пугать!— она шлепнула Джеймса по руке и придвинула к себе тарелку.
— То есть теперь тебе стало легче?
— Ну, папа и дядя Рон всегда говорили, что профессор Трелони обычно не говорит ничего стоящего,— пожала плечами Лили.— А мне профессор Флитвик дал пять баллов…
— Очень за тебя рад,— откликнулся Джеймс.
— Так за что тебя наказали?— Лили решила вернуться к своему вопросу, раз уж брат не проявил интереса к ее первому дню в школе.
— Ни за что,— Джеймс не стал
— Это опять Малфой, да?
— При чем тут Малфой?— у мальчика даже аппетит пропал.
— С тех пор, как ты с ним встретился, ты какой-то…
— Лили, я тебя прошу: не будь Розой, мне ее одной по самую макушку хватает,— Джеймс поднялся.— И Малфой тут совершенно ни при чем…
— Кто поминает меня всуе?— рядом, как по заклинанию, материализовался слизеринец.— Поттер, идешь?
— Он со мной разговаривает,— огрызнулась Лили, привлекая к себе внимание Скорпиуса.
— Правда? Удивительно: Поттер разговаривает…
— Идем,— Джеймс толкнул друга к выходу, а потом обернулся к сестре:— Увидимся.
Девочка отвернулась, ничего не ответив. Джеймс пожал плечами и пошел за слизеринцем.
Глава 4. Наследники.
— Итак, подведем итоги первой недели нашего бессмысленного существования…
— У кого бессмысленного, а у кого и нет, не обобщай,— Джеймс помешивал в своем котле жидкость, которая должна была называться зельем.
— И что же такого осмысленного ты сделал?— светски осведомился Малфой, глядя, как гриффиндорец кидается в Эмму Томас шкурками скарабеев.— Ну, кроме того, что пытался угнать у Хагрида гиппогрифа…
— Не угнать, а проверить скорость и маневренность,— уточнил Джеймс.— Гиппогриф, кстати, не жаловался…
Скорпиус хмыкнул, качая головой: в котле Поттера было что-то невообразимо вонючее.
— Ну, так что?
— Ну, я переписал мелким почерком пару страниц очередного бесценного фолианта…
— Справа налево и с ошибками,— дополнил предложение друга слизеринец.
— Не суть,— отмахнулся Джеймс, улыбаясь проходящему мимо Слизнорту. Профессор заглянул в котел Скорпиуса, потрепал того по плечу и пошел дальше, кивнув гриффиндорцу. Малфой на этот раз даже не стал комментировать подобное поведение Моржа: его любовь к семейству Поттеров известна всем и давно.— Хм… Да, действительно, почти бессмысленное…
Скорпиус хмыкнул и погасил огонь под своим котлом.
— Когда там у нас снова Предсказания?
Джеймс выдернул из расстегнутого рюкзака расписание.
— В понедельник после обеда,— с грустью сообщил он.
— Значит, в выходные ведем себя примерно и с достоинством,— хмыкнул Малфой, глядя, как Тобиас помогает Присцилле собирать ингредиенты. Вот олух-то…
— Еще чего!— возмутился Джеймс, привлекая к себе внимание однокурсников. Гриффиндорец показал Граффу неприличный жест, за который мама бы ему пальцы заколдовала. Ричард тут же оскорблено отвернулся.
Колокол возвестил об окончании Зельеварения. Осталось пережить Заклинания — и выходные…