Перекресток

Перри Девни

Я съежилась. Название определенно следовало заменить.

Деб рылась в бумагах за прилавком, вероятно, в поисках чего-нибудь с моим именем. У нее был компьютер или Айпад? Или все было написано на бумаге? Когда она ничего не нашла, в ее голубых глазах появилось замешательство.

— Эм… вы бронировали?

— Нет, не бронировала. Я ищу Кёртиса.

— О. — Она расслабилась. — Я только что видела его на кухне. Пойду разыщу его и сообщу, что вы здесь. Мисс…

— Келлер. Индия Келлер.

—

Верно. Извините. — Она выразительно нахмурилась. — Я плохо запоминаю имена. Сейчас вернусь.

Я прислонилась к стойке и потерла переносицу, когда она поспешила прочь. Затем посмотрела на часы. 4:30. Еще рано. А настоящие страдания еще даже не начались.

Было 4:39, когда вернулась Деб, с раскрасневшимися щеками и запыхавшаяся.

— Кёртис уже в пути. Извините. Он улизнул, и мне пришлось бежать за ним до амбара.

— Нет проблем. Пока мы ждем, могу я, пожалуйста, снять номер?

— О… э-э… — Она моргнула, затем открыла ящик стола и достала ноутбук. Вот он. — Да, конечно. Здесь, в лодже? Или вы хотели бы отдельный домик?

— В лодже. Пожалуйста. — Позже я забронирую домик. Но сначала нужно было кое-что обсудить.

Деб как раз закончила записывать мою информацию, когда кто-то прочистил горло.

Кёртис вошел в вестибюль в грязных ботинках, поношенных джинсах и выцветшей зеленой рубашке на пуговицах с жемчужными застежками. Его волосы были скорее седыми, чем цвета соли с перцем, а тонкие морщинки на лице превратились в глубокие морщины. Он выглядел худым. Уставшим. Он хромал. Почему он хромал?

Последние четыре года были тяжелыми для Кёртиса. Я могу понять. Возможно, на моем лице это не отразилось так, как на его, но он был не единственным, кто был измотан.

— Привет, Кёртис.

— Индия. — Его взгляд смягчился на долю секунды, как будто он увидел старого друга. Затем он, должно быть, вспомнил, зачем я здесь, и эта мягкость исчезла. Он поджал губы и мотнул подбородком в сторону коридора. — Мы поговорим в кабинете. Деб, приготовь мисс Келлер номер. Комплементарный (прим. ред.: Комплементарные номера — номера, предоставленные для проживания бесплатно).

— Уже работаю. — Она шутливо отдала ему честь и принялась за работу, стуча ногтями по клавиатуре, пока печатала.

Он не должен был отдавать комплементарный номер, даже мне. Но я промолчала и последовала за ним, когда он направился в холл. Прихрамывая.

Прошла целая вечность с тех пор, как я была в этой части лоджа. Я заглядывала в каждую открытую дверь, мимо которой мы проходили. Там были: туалет, который нужно было почистить, крошечный кабинет, который был покрыт пылью, кладовая, в которой царил полный беспорядок.

Список моих задач продолжал расти, а вместе с ним

и головная боль.

Кёртис прошел в кабинет в конце коридора — угловой кабинет — и включил свет. Воздух был спертым. В лучах света, проникавшего сквозь стекло, мелькали пылинки. Помещение было небольшим, но окна создавали иллюзию пространства. За окнами виднелись сочные зеленые луга и леса за ними.

— Присаживайся. — Он махнул рукой в сторону стола из орехового дерева. — Мальчики уже в пути. Я принесу еще пару стульев. Принести тебе что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо. — Я одарила его доброй улыбкой.

Он не ответил на мою улыбку, когда вышел.

Мое сердце забилось где-то в горле, когда я подошла к креслу руководителя, которое было аккуратно задвинуто за стол. Кожа была холодной и жесткой, когда я села. Поясница была слишком выпуклой, а подлокотники были сделаны из грубого пластика. Либо это было совершенно новое офисное кресло, либо на нем уже давно никто не сидел.

Учитывая причину, по которой я здесь оказалась, скорее всего, последнее.

Мне казалось неправильным находиться за этим столом. Мне казалось неправильным находиться в этой комнате.

Мне казалось неправильным находиться в Монтане.

Кёртис вернулся в кабинет с тремя складными стульями, зажатыми под мышками. Он раскрыл их и практически швырнул на пол, каждый из них приземлялся с таким грохотом, что я вздрогнула.

Три стула. Для трех Хейвенов.

Не с той стороны стола.

— Я… э-э… — Он провел рукой по волосам, отчего они встали дыбом. Затем вышел из комнаты, не закончив фразу.

Неловкость была ожидаемой. Дальше будет только хуже.

У меня внутри все сжалось, пока я ждала, не отрывая взгляда от пыльного стола. Если бы я осмотрелась, то, вероятно, нашла бы еще пункты для своего списка, а он и так был слишком длинным.

Чтобы делать это здесь должен был быть папа, а не я. Он бы знал, что сказать, чтобы разрядить обстановку. Он бы знал, как смягчить этот удар.

Кёртис вернулся с четырьмя бутылками воды. Он поставил их на стол, взял одну для себя, затем выбрал самый дальний складной стул от двери.

— Спасибо. — Я взяла воду, затем открутила крышку и сделала глоток.

Он не смотрел на меня. Он уставился на свою бутылку. Осмотрел свои поношенные ботинки. Отвернулся к окну, его взгляд был рассеян и устремлен вдаль.

Между нами повисло молчание, такое же неудобное, как и мое сиденье.

— Ребята об этом не знают, — заявление Кёртиса прозвучало не более чем шепотом, но с таким же успехом он мог прокричать его мне в ухо.

— Ч-что?

— Я не знал, как им сказать.

У меня отвисла челюсть.