Перекрёсток
Шрифт:
Пока Костя пересекал перекресток за перекрестком, Мари внимательно рассматривала город с его уникальной атмосферой. А когда она наконец проголодалась и потянулась за картошкой, то обнаружила только пустую коробочку.
– А где картошка?
– Кто успел, тот и съел, – Костя вывернул руль и выехал на трассу.
– До Быдгоща ехать часа три, – парень по-ребячески улыбнулся. – Посмотришь, где брат живет.
– Я как будто бы сплю, – Мари поудобнее устроилась на мягком кожаном сиденье. – До сих пор не верится, что это взаправду.
– Мари, просыпайся уже! Ты в Польше! – он сильнее нажал на педаль газа и рванул вперед по пустой дороге. – Давай рассказывай,
– Леся! – вскрикнула Мари, схватившись за голову. – Я забыла ее предупредить, что не приеду! Можно, от тебя позвоню?
– Да, звони, – он протянул ей телефон. – Привет передавай.
Мари набрала сестру.
– Алло, Леся! Привет, это Мари. В общем, моя командировка в Москву провалилась, вместо этого мы полетели в Польшу. Сейчас я с Костей, он тебе привет передает! – Мари протараторила и с улыбкой посмотрела на брата. – Да, хорошо. Костя, тебе тоже привет! Давай созвонимся потом по скайпу, чтобы сейчас деньги не тратить. Все пока!
– Оперативно, на тебя не похоже. Что с тобой случилось? – Костя улыбался во весь рот.
– Что это еще значит? – возмущалась Мари.
– Ты вечно по три часа собираешься!
– Ой, кто бы говорил, – передразнивала сестра.
– Да я – как метеор. Всегда за минуту готов.
Оставшееся время в пути они спорили, кто из них быстрее собирается, пока Косте не позвонили. Мари слушала, как он бегло говорит на польском языке, и ни слова не понимала.
Девушка с любовью смотрела на брата и не верила, как быстро они повзрослели. Перед ней сидел успешный, уверенный в себе мужчина, у него уже была своя квартира, своя машина, он успел пожить и в России, и в Польше. Его каштановые волосы переливались на солнце, пробивающееся через лобовое стекло, а золотисто-карие глаза внимательно изучали дорогу. Его голос на польском по-прежнему звучал также добро и весело.
Она все еще помнила его мальчишкой, с его смешными шутками и подколами, которые так и слетали с языка. Его добрый взгляд и улыбка, никогда не сходившая с лица, все еще напоминали ей о том самом мальчике, с которым они раньше делили комнату. В детстве она знала его лучше всех из семьи, и как бы ей хотелось вернуть те моменты, когда они дурачились в комнате, ссорились из-за его разбросанных носков или ее развешанных по всем стульям вещах, как постоянно подшучивали друг над другом.
Когда она уезжала из Владивостока, то захватила с собой целый фотоальбом, и в моменты грусти или тоски всегда смотрела на маму, брата и сестер, и ей становилось легче. Мама на всех фотографиях никогда не выглядела расслабленной, ведь ее задачей было собрать всех детей для общего снимка, Костя светился от счастья, Ира позировала, как настоящая модель, Леся не любила фотографироваться и пыталась закрыть лицо книгой, а Мари всегда ставили по центру, так как была самой маленькой.
– Я сейчас быстро заеду в мастерскую, надо кое-что туда завезти и потом – домой, – Костя выдернул Мари из ее воспоминаний.
– Мы уже приехали, кстати, – он рассмеялся, глядя на ее задумчивое лицо.
– А я с тобой хочу! Можно?
– Конечно.
Они зашли в гараж Кости, и Мари не могла поверить своим глазам. Куда ни глянь, везде все сияло, словно Костя проводил здесь дни и ночи, натирая все вокруг до блеска. Мастерская была для него особым местом, он мог проводить здесь часы, подготавливая оборудование к гонкам, разбирая запасные части. Сейчас, зимой, когда до гонок осталась всего пара месяцев, в мастерскую можно было прийти, чтобы просто поглазеть на
Оглядывая все вокруг, Мари в каждой детали видела Костю. Она так и представляла, как он аккуратно раскладывает одну деталь к другой, развешивает формы, в которых гоняет, расставляет кубки с различных соревнований. Ни к чему в своей жизни он не относился настолько серьезно, как к спидвею. С самого детства он обожал зарываться с головой в мотоцикл и вместе с папой разбирать и заново собирать его. Мари вспомнила хаос, который всегда царил на стороне Кости, когда они в детстве жили вместе: с трудом заправленная кровать, разбросанные вещи, школьные учебники по всему столу. Но такого хаоса никогда нельзя было найти в их гараже.
– Здесь у меня диски сцепления, шестерни, ключи, – рассказывал Костя, показывая ей мастерскую. В его золотисто-карих глазах горела искорка радости от того, что выпала возможность показать сестре место, которым он так гордится. Он с таким энтузиазмом рассказывал о своих инструментах, показывал блестящие спидвейные мотоциклы, что Мари не могла сдержать улыбку.
– Вау, Костя, так здесь у тебя круто, – восхищалась сестра.
– А там что? – она указала на отдельную комнату.
– Там рамы, вилки – запасаюсь на новый сезон, чтобы потом не пришлось ремонтировать старые. Проще заменить, чем отремонтировать.
– Какие красивые… – Мари подошла к отдельной вешалке, где висели красно-черно-белые комбинезоны с названиями спонсоров. – Ты в новом сезоне остаешься в своей команде?
– Да, недавно контракт подписал, – Костя вот уже несколько лет после переезда в Польшу гонял за команду «Полония Быдгощ» 3 .
– А в России будешь ездить?
– Да, планирую, но пока еще ничего не подписывал.
– Почему?
– Мне сразу две команды в этот раз предложили за них гонять, – он расплылся в улыбке.
3
Спидвей-клуб города Быдгощ.
– Да ладно? – Мари не верила ушам. – Ты что это, намерен родной «Восток» 4 бросить? И как это понимать, мистер? – она стукнула его по плечу и улыбнулась.
– Да я пока еще ничего не решил. Вроде бы и пришло время попробовать что-то новое, но и отказываться от возможности почаще бывать во Владике тоже не хочу.
– Я вообще не могу тебя в другой команде представить. Твое имя уже как синоним «Востока». Я помню, как мы всей семьей ходили на твою первую гонку. Сколько тебе тогда было, пятнадцать?
4
Спидвей-клуб города Владивосток.
– Пятнадцать, – Костя кивнул головой.
– Мы тогда с Ирой и Лесей залезли на боксы и сверху кричали во все горло, а мама, помню, ни в какую не захотела с нами в закрытый парк идти и сидела нервничала на трибунах, – Мари засмеялась. – Она потом рассказывала, что ее чуть инфаркт не хватил, когда ты упал в каком-то из заездов.
Костя лишь улыбнулся, с ностальгией вспоминая первые шаги в карьере, ведь до того, как пересесть на спидвейный мотоцикл, он долгое время занимался мотокроссом.