Перекресток
Шрифт:
Интереснейшие персонажи собрались в это утро за столиками. Внешне похожие, и вместе с тем не похожие на людей. Очень разные, но объединенные чем-то одним, общим и очень странным.
Романист обратил внимание на сидящую около самого входа рослую, сильную и красивую девушку с короткой, под мальчика, стрижкой густых темных волос. Она полуобернулась к вошедшим, ловя их движение краем глаза. Было в её лице, фигуре, движении что-то очень знакомое, будто уже встречались они где-то, случайно пересекались на улице, в ресторане, на банкете, а может быть, и
Чуть дальше за столиками сидели разодетые, как на карнавал, мужчины и женщины: во фраках и вечерних платьях, в рваных бархатных кюлотах и расшитых явно золотой нитью, выпачканных в смоле камзолах, в изящном, но очень уж откровенном нижнем белье и строгом костюме-тройке. Где-то в середине зальчика ногами на стул взобрался карлик… хотя, нет, какой же это карлик — просто очень миниатюрный человек ростом едва побольше полусажени, с пушистыми бакенбардами, в матроске и широченных черных клешах.
А напротив вошедших, почти в центре зала, стоял солидный, профессорской внешности мужчина с небольшой бородкой, в массивных роговых очках, хорошем костюме и какой-то книгой в руках. Похоже было, именно он отдал команду Игоне пропустить Антона и Нику внутрь кафе.
— Итак, — сказал «профессор». — Вы убедились, что вас не обманывают, мест за столиками практически нет, и собрались здесь хорошо знакомые друг с другом люди, чтобы без посторонних…
— Люди? — перебил хозяина Карев. — Вы в этом уверены?..
— Люди, люди, — снисходительно улыбнулся «профессор». — Homo sapiens, homo erectus, homo heidelbergensis, homo neanderthalensis, но все равно — гоминиды, homo, как ни крути… Надеюсь, наше собрание не нарушает никаких законов?.. ни местных, ни… каких бы то иных, прочих…
«Профессор» сделал неопределенный жест, покрутив над головой указательным пальцем, похоже было, что он принимал именно Антона за некое облеченное полномочиями лицо.
— Если вы так уверены в своей законопослушности, то почему бы вам всем не пройти маленькую проверочку? — спросила блондинка, выходя на первый план этой сюрреалистической композиции.
— Проверочку? — удивленно обратился «профессор» к новому действующему лицу продолжающейся комедии. — Что вы имеете ввиду?
— Например, на каком основании вы находитесь на этой планете, — с милой улыбкой расшифровала свою мысль нарочито непонятливому «профессору» Ника.
— У вас имеются на это полномочия? — вновь удивился «профессор» и, чуть поведя рукой вокруг себя, будто обращаясь к присутствующим, добавил: — А если мы все вместе, дружно и согласованно, откажемся их признавать?..
Напряжение, возникшее в зальчике с момента появления здесь незваных гостей, казалось, достигло своего апогея, и кто-то из сидящих зашевелился, выдвигая из-под себя стул, чтобы удобнее было вскочить и… и что-то сделать, хотя
— Не советую, — неожиданно раздался знакомый голос.
В узком проеме между декоративной буфетной стойкой и проходом на кухню преспокойненько стоял Мишель, привычно одетый в костюмчик «фельдграу», дополненный по сезону коротким блеклым плащом такой же расцветки.
— Вы хотите сказать… — «профессор» не закончил своей мысли и вдруг позвал, как зовут собаку: — Игона, ко мне!
В очередной раз ускорившаяся официантка, казалось, должна была просто пролететь и мимо Ники с Антоном, и мимо Мишеля, к тому же стоящего в нескольких шагах от пути её следования, но — внезапно, как на каменную стену, наткнулась на неширокую, но твердо вставшую ей на дороге спину поверенного в делах. Девушка дернулась раз-другой, пытаясь обойти возникшее препятствие слева или справа, но всякий раз натыкалась на то же «фельдграу». Длилась эта непонятная игра буквально доли секунды, и большинство присутствующих не успели не только оценить, но даже и заметить её, но «профессор» отреагировал правильно:
— Стой, Игона, замри…
И послушная команде официантка, в самом деле, замерла в нелепом полудвижении, как в старой детской игре.
Мишель оглянулся на блондинку, легкой улыбкой и наклоном головы пожелал ей доброго утра и сказал сухо и строго «профессору»:
— Полномочий у нас достаточно на проверку любого уровня…
И вновь взглянул на Нику. Та, наконец-то, сообразила, достала из карманчика курточки овальный медальон и, как монгольскую пайцзу в лицо непокорному, задиристому вассалу, вытянула его в сторону зала, легонько поводя из стороны в сторону, чтобы не только «профессор», но и все желающие из сидящих поближе могли увидеть и понять — с ними не шутят.
И в раз изменившееся, лицо хозяина выразило искреннее раскаяние, обиду на недопонимание ситуации и принесение извинений одновременно. «Профессор» чуть развел руки в стороны и проникновенно сказал:
— Госпожа Инспектор! Ну, что же вы сразу-то… а мы на нас… как неудобно получилось!.. мне так стыдно! Присаживайтесь, пожалуйста, сейчас, сей момент вас обслужат…
Ближайший столик мгновенно опустел, но гоминидам не пришлось стоять вокруг или жаться к стенам, мест в зале было еще предостаточно, чтобы легко разместить троих незваных гостей.
— Что желаете покушать? выпить? — льстиво, как опытный метрдотель, предложил «профессор».
— Можете подать все, что угодно?.. — с легкой иронией уточнила Ника, присаживаясь за стол и успевшая подумать о том, как могли бы повернуться события, не объявись тут Мишель… которому она, кстати, не говорила, куда направляется, просто попросив перенести текущие выступления на недельку без особого ущерба её бюджету.
— Хотите свежую землянику? или отборных устриц? Может быть, столетнего коньяку? — сразу же попробовал огорошить Инспектора чудесными лакомствами хозяин. — Это дело нескольких минут, вы даже не успеете…