Переговорщик
Шрифт:
Жажда или голод – это тоже проявление слабости. Поэтому Алексей поспешил отказаться.
– Благодарю, генерал, но мы не так давно покинули свой корабль и еще не успели проголодаться. – Алексей положил руки перед собой на стол. Так у сайтенов принято демонстрировать добрую волю. – Мне известно, что Три-Два-Пять – безжизненная планета. И тем не менее на нас напали летающие твари, на которых как раз вышли поохотиться Град и Пепел.
– А-ха-ха! – генерал постучал железной ладонью по столу. – Это был бы наш сюрприз для фортанов, попытайся только они
– Нет, но много о нем слышал.
– О да! Ребята на Треспасе – гении в области генетической инженерии. Они способны скрестить все, что угодно, в требуемых пропорциях. Но, должен сказать, зачастую их фантазии носят извращенный характер. Даже с моей точки зрения. А я, как ты знаешь, не очень-то привередлив насчет… Да на любой счет.
– В тумане меня схватило за ногу чье-то щупальце.
– А это уже ченкары. Они поставляются в комплекте с агучи. Ченкары являются пищей для агучи, когда рядом нет фортанов.
Алексей осторожно покосился на своих спутников. Но те пока никак не реагировали на откровенно провокационные выпады генерала в их адрес.
Для того чтобы наладить отношения с сайтенами, их следовало воспринимать такими, как они есть. Противоречивыми, необузданными и дерзкими. Сайтены могли спасти тебя от верной смерти, а потом из-за этого же поднять тебя на смех, да так, что ты скорее предпочел бы погибнуть. А могли и наоборот, палец о палец не ударить ради того, чтобы помочь, а потом долго и вполне искренне сокрушаться о том, что во цвете лет погиб столь достойный человек.
– И что вы потом собираетесь делать с этим зверинцем? – поинтересовался Алексей.
– Ну, – сайтен постучал пальцем по металлической пластинке у себя во лбу, – об этом мы еще не думали.
Глава 24
Хром Ветер посмотрел на шахматистов:
– Кто выигрывает?
Град и Пепел разом указали на худого светло-русого бородача.
– Отлично! – довольно потер ладони генерал. – Эти земляне играют блиц на вполне профессиональном уровне, – шепотом пояснил он ситуацию Алексею. – Мы делаем ставки на их игру против парней, захвативших восьмой харвестер. По маленькой, чисто ради спортивного интереса. Мы ставим на Генку – это тот, что светловолосый. Он уже выиграл две партии, а третью свел вничью. Но Стасик тоже крепкий орешек, так что не факт еще, чья возьмет.
– Вы захватили все харвестеры? – осторожно поинтересовался Алексей.
– Ну разумеется! – Генерала как будто даже удивил такой вопрос.
– И развернули на планете шесть комплексов Улуру?
– А больше и не требуется для того, чтобы расплющить весь фортанский флот.
– И еще агучи с ченкарами?
– Я не пойму, что именно тебя удивляет?
– То, как вы быстро все это провернули.
– Ну, видишь ли, как говорили наши общие предки, мы вареники лаптем лопаем. Ты знаешь, что такое лапоть?
– Нет, но я знаю, что такое
– Ты ничего не знаешь, – с досадой и отчасти с осуждением покачал головой Ветер. – Не понимаю! – взмахнул он растопыренной железной пятерней. – Как можно не интересоваться культурой предков? Тем более это ж тебе не какой-нибудь пельмень на Масленицу, это… – Генерал сложил железные пальцы щепотью и медленно, со вкусом произнес: – Вареники!
Слово «пельмень» казалось Алексею еще менее знакомым, чем «вареник», но он даже не стал интересоваться, что это такое, дабы не щеголять перед генералом своим невежеством по части культуры предков, решив, что лучше сам посмотрит в «Биопедии», когда окажется в зоне доступа к биому.
– Обрати внимание, их я даже и не спрашиваю, – не глядя, пальцем указал на фортанов Хром Ветер. – Откуда им вообще знать, что такое вареники?..
– Я знаю, – прервал монолог генерала Шотер.
– Не тренди, – коротко бросил генерал.
– Я пробовал вареники на планете Любо-Два, входящей в Метрополию Земля-Купол.
– Ну и как?
– Еда, надо сказать, довольно необычная, но мне понравилась.
– Так что такое эти ваши вареники? – спросил Алексей.
Генерал взглядом переадресовал вопрос фортану.
– Это небольшие кусочки самых разных продуктов, которые обмазывают густым тестом и бросают в кипящую воду.
– Зачем? – не понял Алексей.
– Чтобы потом выловить и съесть.
– Молодцом! – похвалил фортана генерал. – Так, может, ты нам и насчет лаптя разъяснишь?
– Про лапоть я ничего не знаю, – честно признался Шотер.
– Лапоть – это такая большая ложка с прорезями, – сложив ладонь лодочкой, Хром Ветер попытался изобразить, как примерно выглядит лапоть в его представлении. – Ею можно разом подцепить не один, не два, а добрый десяток вареников. Поэтому-то те, кто половчее да поумнее, именно лаптями и едят вареники.
– Но это, должно быть, неудобно, – заметил Алексей.
– Зато обделенным не останешься, – легко парировал генерал. – Именно от существительного «лапоть» происходит глагол «лопать», что означает «очень быстро и много есть».
– Так, – Алексей наморщил лоб. – А чего это мы вдруг про лапти с варениками заговорили?
– Я сказал, что мы, сайтены, лаптем вареники лопаем. А следовательно, успеваем то, на что другим времени не хватает.
– А-ах! – вырвалось одновременно из легких Града и Пепла.
– Что? – встревоженно посмотрел в их сторону генерал.
– У Генки упал флажок, – сообщил Град. – Стасик выиграл.
Хром Ветер досадливо цокнул языком.
– Вот она, жизнь! – Вскинув руку перед собой, генерал сделался похож на героя шекспировской трагедии. – Не знаешь, где найдешь, где потеряешь! Сообщи восьмому харвестеру, – велел он Граду.
Приподняв одной рукой табурет, сайтен переместился к узлу связи.
– И, если не трудно, передай на фортанский флагман, что мы нормально добрались до цели, – попросил его Алексей.