Передай мне соус

Гарднер Эрл Стенли

– А теперь я хочу узнать, почему миссис Бакли не появится в суде и перед жюри присяжных? – спросил я.

– Сейчас мы говорим о вас, а не о миссис Бакли. Да, она не появится ни в суде, ни перед присяжными.

– Наверное, это вполне справедливо. Не возражаете, если я, мистер окружной прокурор, воспользуюсь вашим телефоном?

– Чего вы хотите?

– Прежде всего мне нужен телефон миссис Бакли. Хотя, кажется, он у меня есть.

С этими словами я вытащил записную книжку, нашел нужный номер и с трубкой в руках повернулся к окружному прокурору.

–

Чья это идея, чтобы миссис Бакли не давала свидетельских показаний в суде? Ваша или ее?

– Моя, – ответил окружной прокурор. – Я сказал ей, что это убережет ее от неприятного испытания и паблисити.

Я обратился к телефонистке:

– Мне нужно поговорить с оператором, который занимается междугородными звонками между Сентрал-Крик и Роммели. Полагаю, эти звонки проходят через центральную службу?

– Да, это так. Вы звоните из офиса окружного прокурора?

– Да.

– Кто говорит?

– Дональд Лэм, пожалуйста, соедините меня побыстрее.

Через минуту в трубке раздался голос:

– Да, пожалуйста?

– Я пытаюсь проверить несколько телефонных звонков, сделанных в ночь на пятое число, а также утром шестого. Вначале проверьте звонок из Карвер-Сити в Эджмонт: 6-5589. Дальше, прошу проверить звонок, происшедший через тридцать пять минут после первого из Сентрал-Крик в Эджмонт, номер 6-5589. И далее прошу проверить третий звонок из Роммели около пяти часов утра в Эджмонт: 6-5589.

– Что, черт возьми, вы делаете? – возмутился Иван.

– Делаю то, что следовало бы сделать вам намного раньше. Проверяю эти междугородные звонки.

– Нет никакой необходимости их проверять. У меня есть заявление миссис Бакли, при этом она поклялась на Библии. Она перечислила мне все свои разговоры и их время. Два раза звонил ее муж, и она узнала его голос. Она может поклясться, что говорил именно ее муж. Поэтому нет нужды проверять эти звонки.

– Как это любезно с вашей стороны, – заметил я.

– Повесьте трубку. Я чувствую, что это какая-то уловка. Мы сами все проверим, если возникнет необходимость.

– Вы хотите сказать, что вы не проверяли до меня ее звонки?

– Конечно, мы их не проверяли. Я уже сказал вам, что у нас есть заявление женщины, которой звонили.

Тут вмешался Харви Кловер:

– Подождите, Наннели, давайте все-таки проверим и звонки, и время, когда они производились.

И только я хотел было повесить трубку, как в ней раздался голос телефонистки:

– Извините, сэр, но у нас не проходили звонки из Карвер-Сити, из Сентрал-Крик и из Роммели по номеру Эджмонт, 6-5589.

– Если бы кто-то позвонил по этому номеру по междугородному телефону и не получил ответа, что бы произошло?

– Если абонент не отвечает, то заказ аннулируется, – сказала телефонистка.

– Спасибо, будет лучше, если вы все это повторите окружному прокурору. Одну минутку!

Я повернулся к Наннели и сказал:

– У них не было звонков из Карвер-Сити, Сентрал-Крик и из Роммели ни пятого, ни шестого числа. Когда кто-то звонит, но никого не застает

дома, заказ отменяется, карточка аннулируется и записи не остается. Если бы разговоры состоялись, у них осталась бы запись. Вы хотите поговорить с телефонисткой?

Наннели выхватил трубку из моих рук.

– Говорит окружной прокурор Наннели Иван. Послушайте, нам известно, что звонки прошли по этому номеру, да, все три, и мы знаем, в какое время. Я хочу, чтобы вы все проверили еще раз!

На его лице появилось выражение крайнего раздражения, и он закричал в трубку:

– Черт возьми! Говорю вам, что эти звонки были сделаны! У меня есть клятвенное заявление человека, которому звонили.

Он замолчал, а потом удрученно произнес:

– Мы не можем ошибиться. Я вам повторяю, эти звонки проходили, что-то не так с вашими записями.

С этими словами он бросил трубку на рычаг и повернулся ко мне.

– С меня достаточно, Лэм! Я пытался спасти вас от неприятностей, но мое терпение лопнуло. Зовите репортеров, – обратился он к Кловеру.

В коридоре послышались голоса, топот ног. Дверь распахнулась, впустив репортеров и фотокорреспондентов. Я устроился в кресле и закурил сигарету.

– Джентльмены, – обратился к вошедшим Наннели. – Я старался, как мог, до поры не разглашать подробности этого события. Познакомьтесь, перед вами Дональд Лэм, частный сыщик из Лос-Анджелеса. В своем заявлении, которое сегодня утром в этом офисе сделал Эмос Гейдж, он называет Лэма.

Фотокорреспонденты засверкали вспышками. Один из репортеров достал стопку бумаги и обратился к Ивану:

– Господин окружной прокурор, вы бы не хотели сделать заявление?

Наннели заколебался. Фрэнк Мэлони посмотрел на меня.

– А вам нечего сказать, Лэм?

– Есть, и очень многое. Я собираюсь дать интервью прессе.

– Мы вас слушаем, – сразу отреагировал Мэлони.

– Дафни Бакли, как вам известно, ныне вдова, заявила, что в течение пятого и шестого числа ей трижды звонили: один раз муж из Карвер-Сити, через тридцать пять минут из Сентрал-Крик – он же, и спустя пять часов звонила блондинка, попутчица ее мужа. Окружной прокурор только что сделал удивительное открытие: на телефонной станции эти звонки не зарегистрированы. Телефонистка объяснила ему, что если бы эти звонки были, то непременно остались бы заказы на междугородные переговоры. Заказов же не было и нет.

Это означает, что Дафни Бакли всех вводила в заблуждение, утверждая, что ей трижды звонили. Это также может означать, что Дафни Бакли не было дома в ночь с пятого и утром шестого числа.

Благодаря помощнику шерифа Харви Кловеру полиция сейчас работает над новой горячей версией. Короче говоря, блондинка-попутчица, которая существует на самом деле, не кто иная, как сама Дафни Бакли. Она была в светлом парике, использовала голубые контактные линзы и действовала в соответствии с разработанной совместно со своим мужем операцией, в результате которой они должны были получить страховку в сто пятьдесят тысяч долларов.