Перебежчик
Шрифт:
Увидев голосующую Наташу, потом меня, Валера слегка удивился.
– Вы еще здесь, господин адвокат? Вас подвезти? – оставив компанию, он широким жестом указал на ожидавшую его «ауди», из которой уже выбрался водитель, чтобы пошире открыть перед Валерой дверцу. Я заметил, как один из крепких парней, говоривший в это время по мобильному телефону, поднял на меня глаза…
– Да, спасибо, – ответил я Валере. – Наташа! Нас сейчас подвезут!
Она услышала и стала подходить к этой машине с другой стороны.
– Валера, быстро! – вдруг заорал «водитель»,
Я только теперь узнал его. Это был Антон, который снова попытался схватить Наташу, чтобы использовать ее в качестве заложницы. Возможно, он хотел взять реванш за фиаско при «Ховрино». Но тут же схлопотал удар коленом в пах. И от боли сложился пополам, лицом в колени… Не везет ему с ней, подумал я, бросаясь к ней на помощь.
Валера отбивался сначала более успешно. Под женский визг и крик он сбросил с себя двоих оперативников и рванулся назад, в посольство. Белое кашне упало на ступени, как отвергнутый флаг капитуляции. Может, он хотел попросить политического убежища в этом посольстве, но не успел. Его свалили прямо в дверях. И тут же, заломив руки назад, надели наручники.
Потом Валеру и Антона затолкали в милицейский «рафик» с проблесковым фонарем, стоявший в ближайшем переулке. Он взревел и рванул в сторону Петровки.
Люди, столпившиеся возле дверей посольства, ошарашенно смотрели вслед. Потом кое-кто вопросительно помотрел в мою сторону. Но я не собирался здесь никому ничего объяснять.
– Поехали домой, – сказал я Наташе, обняв ее за плечи. – Устал, как черт. Отключу телефон до утра, слышать никого не хочу…
Дома, прежде чем я приблизился к телефонному аппарату, чтобы выполнить задуманное, он вдруг требовательно зазвонил, так что я даже вздрогнул.
– Выключи его! – крикнула Наташа из ванной.
Но я все-таки снял трубку. Наверное, Вадим, кто ж еще. Хочет узнать, как все было.
– Извините… – послышался негромкий женский голос, который я не сразу узнал. – Вас беспокоит Ксения Александровна. Муж уснул, поэтому я стараюсь говорить потише. Он просил меня узнать, все ли у вас в порядке?
– Да, спасибо, все в полном порядке.
– Александр Николаевич, вы заметили, был недоволен моим поведением… Я просто не знала, как ему объяснить, чтобы он успокоился.
– Передайте ему, что все в порядке. Валера арестован. Алло… Вы слышите меня?
– Да, – сказала она сдавленным голосом. – Наконец это все кончится… Вы не представляете, как он меня замучил. Кстати, Александр Николаевич просил меня вам передать: он уже обо всем договорился с профессором Коноваловым. Вы можете на него положиться, это единственный такой специалист на всю Россию… Спокойной вам ночи.
– Спокойной ночи.
На другой день я полдня провалялся в постели. Никуда не хотелось идти, ничего не хотелось делать. Благо телефон был отключен. Наташа что-то напевала на кухне, оттуда доносились приятные запахи. Что еще надо для полного счастья? Куда-то бежать, кому-то звонить…
И все-таки телефон я включил. Свой, сотовый. Чтобы позвонить Грязнову.
– Куда
– Отсыпался. А что случилось? Я вам нужен?
– Докладываю. Твой Валера оказался на редкость разговорчив. Сегодня ночью мы арестовали и Савельева. Сделали им очную ставку. Сейчас их допрашивают уже второй час подряд. Показания дают наперебой, не успеваем записывать. Сейчас из лаборатории сюда должны доставить Иру Малышеву для допроса…
– А зачем вы мне это все рассказываете? – спросил я. – Я служу в другой конторе, если помните. Я – адвокат, не забыли?
– Молчи и слушай! И не перебивай. Савельев уже все рассказал, кто и как выпустил этих двух насильников, дав им задание на изнасилование… В этом мы еще разберемся, как такое могло случиться… Без адвокатов. Кстати говоря, трус твой Валера, если хочешь знать. Хоть и русскую рулетку обожает. Не успеваем вопросы задавать. И все время спрашивает, а что ему грозит? Кстати, просил тебе передать, что хочет видеть тебя своим адвокатом.
– А пошел он… – сказал я.
– Дело хозяйское. Кстати, верни мне сотовый. Больше он тебе ни к чему. А мне в АХО уже плешь проели, когда узнали… Ну все, я побежал, мне тоже охота задать им пару вопросов.
Едва я отключился, как послышался еще один требовательный звонок.
– Старик, ты куда пропал? – Вадим был не на шутку взволнован. – Ты хоть знаешь, что делается? Статья Иры Федосеевой наделала много шума, уже есть отклики… Ты слышишь меня?
– Слушаю тебя внимательно, – сказал я, усиленно ловя носом соблазнительные запахи из кухни.
– Ты, я вижу, всем доволен, – сказал Вадим.
– Всех уже повязали, – сказал я. – Кина не будет. Прокуратура отзывает свое обвинение против Игоря Бахметьева.
– А чему ты радуешься? Ты хоть знаешь, какой мы шанс с тобой упустили? Зачем было разваливать обвинение до судебного процесса? Мы могли бы это сделать во время суда с шумом и скандалом! С большой прессой! А ты что натворил?
– Ну почему так мрачно, – сказал я благодушно. – Еще не все потеряно. Вон арестованный вчера Валерий Веденеев просит нас быть его адвокатами. Представляешь?
– И что ты решил?
– Не знаю… Интересно, наверное. Помнишь сюжет у Чарли Чаплина? Мальчишка бьет стекла и убегает, но тут же появляется стекольщик и предлагает свои услуги. У них хоть было разделение труда, понимаешь? А я до сих пор чувствую себя следователем. Видимо, потому, что адвокатом еще не стал. Получается, что помог арестовать человека, чтобы потом заработать на его защите. Что-то здесь не так, верно? Впрочем, у меня есть время обо всем этом подумать.
– Идиот! – выругался Вадик. – Тебе само все идет в руки, а ты еще чешешь в затылке? Такой скандал, такое для тебя паблисити…
– Вот и займись, – сказал я. – А я пока не истрачу весь гонорар от Баха, пальцем не шевельну!
И отключил телефон.
– Иди завтракать, – позвала Наташа. – С кем ты там разговаривал?
– С Вадиком Райским, – сказал я. – Кстати, он передал тебе привет.