Перебежчик
Шрифт:
И тут же привлек к себе внимание частника, молодого парня, до этого разглядывающего Наташу, а сейчас с интересом смотревшего на меня.
– Так это они вас охраняют? – поинтересовался он.
– Ее, – кивнул я на свою спутницу. – Неужели не заметно? Я-то кому нужен?
– Трепло, – она шутливо толкнула локтем меня в бок.
– А почему тогда не с ними едете? – задал он вполне логичный для дилетанта вопрос.
– За нами следят, – сказал я, – преследуют на каждом шагу. Приходится скрываться и обращаться к таким, как вы, чтобы мою девушку не похитили. Но вы не бойтесь. В случае нападения
Глаза водителя заметно расширились. И он крепче вцепился в руль.
– Кого вы слушаете! – она снова толкнула меня локтем. – Врет он все!
– Ну вы даете, – покачал головой водитель. – Потом присмотрелся к зеркальцу бокового обзора. – Но джип так и прет за нами…
– А я что говорю? – сказал я обиженно. – Проверьте, сверните в проулок, притормозите… И сами все увидите. Они от нас не отстанут.
– Может, вы кино снимаете, вы, наверное, артисты? – спросил он. – Один раз я вез таких. Одни приколы всю дорогу, чуть плохо не стало от смеха, даже не взял с них ничего.
– А вот это верно, – кивнул я. – Артисты. Особенно она. Соврет и не засмеется. Система Станиславского, там специально такому учат.
– Это курсы такие? – еще больше заинтересовался наш водитель. – Дорогие, наверно?
– Господи… – воскликнула Наташа. – Да вы, молодой человек, буквально все принимаете за чистую монету. Я же сказала: врет! И не краснеет.
– Сама только что врала незнакомой женщине, – напомнил я.
– Я куда-нибудь устроиться хочу, – вдруг сказал наш водитель. – Надоело баранку крутить. Второй год без работы. Только на бензин и зарабатываю. А еще надо семью кормить. Может, подскажете, где такие курсы, чтоб хорошую специальность получить? Всяких объявлений навалом, везде рекламы полно, все советуют… А толку?
Наверное, мы были не первые его пассажиры, к кому он обратился с подобной просьбой.
– Нет, мы по другой части, – отозвался я. – Самоучки. Или самородки, не знаю, как правильно сказать… – И обратился к Наташе: – А соврала ты при мне незнакомой женщине, будто ждешь ребенка, чтобы взять ее на жалость? Было дело?
– А если не соврала? – спросила она серьезно. – При чем здесь жалость, не понимаю. Если мне об этом врач сказал не далее как два дня назад.
Наверное, у меня, лихорадочно пересчитывающего дни, прошедшие после нашей единственной ночи, был до того идиотский вид, что водитель, до этого лишь принимавший живейшее участие в нашей пикировке, вовсе забыл, где находится и чем должен заниматься…
Резкий удар по касательной дверь о дверь, бок о бок с джипом, который по идее должен был охранять нас, а сейчас едва не погубил. Наша машина вылетела, крутясь, на встречную полосу и едва не столкнулась с огромным ревущим «КРАЗом», если бы я не успел, мгновенно перегнувшись через сиденье, рвануть вправо руль.
Наш бедный водитель его бросил и закрыл глаза, предоставив свою судьбу, а заодно и нашу, воле Провидения.
Короче, как это часто бывает, одно тянуло за собой другое. Наташина новость настолько перекосила мою физиономию, что впечатлительный водитель от изумления выпустил руль. Но то же известие, к которому я еще не знал, как относиться, вдруг сделало мою реакцию взрывной и придало
Словом, мне удалось, перегнувшись через переднее сиденье, вырулить на тротуар и там остановиться.
Я видел в сгущающейся темноте, что джип тоже остановился, двери его открылись и оттуда вышли два «быка». В руке одного из них блеснуло что-то вроде монтировки. Сначала они осмотрели испорченные двери своей машины, а уж потом, также не торопясь, двинулись в нашем направлении, уверенные, что мы никуда от них не сбежим.
То ли они от удара забыли, что именно в этой машине сидит объект их охраны, то ли я сам их принял не за тех, но, судя по всему, их намерения были очень серьезные. А поскольку женщины всегда это безошибочно чувствуют, Наташа схватила меня за руку.
– Это точно твоя охрана? – спросила она. – Ты уверен?
До сих пор я не замечал, чтобы она чего-нибудь или кого-нибудь боялась. И вот испугалась. Этот проснувшийся в ней испуг мог свидетельствовать лишь об одном: так оно и есть – она беременна. Причем от меня… И боится уже не за себя, а за того, кто в ней.
Я почувствовал себя ее защитником, вылез из машины и двинулся навстречу этим парням. Мне они не были страшны, сколько бы их там ни было.
Я уже понимал: это не люди Баха, это – другие. Но почему-то даже не задумался: а где же все-таки охрана? Вернее, не успел задуматься, поскольку на арене предстоящего сражения возникла новая сила.
Визжа тормозами, наперерез нападавшим выскочила «девятка» цвета мокрого асфальта, откуда выскочили несколько других «быков» и мгновенно заблокировали «обиженных».
Я пригляделся. Кажется, видел их впервые. Один из «девятки» повернулся ко мне и махнул рукой.
– Поезжайте! Сами разберемся… Мы вас догоним.
Неужели они знали, куда мы едем? Я не дал себя долго уговаривать, с решительным видом сел за руль, отодвинув нашего незадачливого водилу.
– Тебя как зовут? – спросил я.
– Толя, – сказал он негромко, видимо решив, что попал в эпицентр мафиозной разборки, о которых в последнее время столько слышал и читал.
Я так и не понял: было ли случайным наше дорожно-транспортное происшествие. Да особенно и не вдавался в размышления на эту тему. Я спешил. Нас ждали в одном приличном доме возле Речного вокзала, где я рассчитывал получить ценную информацию, и потому опоздание было нежелательным.
Я гнал чужую машину, рядом со мной сидел ее безропотный владелец, который, похоже, мучительно соображал: взяли его в заложники или просто угнали его доходягу-машину, а самого поэтому сбросят где-нибудь за городом.
Когда мы въехали в полутемный двор и остановились перед домом на Фестивальной, я протянул ему деньги. Он нерешительно их взял и пересчитал.
Потом вопросительно взглянул на меня.
– Как договорились, – сказал я.
– А на ремонт? – спросил он, прямо на глазах приобретая уверенность. Все обошлось, и теперь он думал только о своих убытках.
Я не успел ему ответить – послышался звонок по сотовому, и голос Володи бодро сообщил:
– Юра, Вячеслав Иванович сейчас проводит негласное служебное расследование и просил передать, что ждет твоего звонка. Он освободится через час.