Перчинка (не полностью)

Праттико Франко

Шутка сказать, убить короля! Получается, что Марио не такой, как все остальные, совсем не такой, как те, кто обычно искал убежища в развалинах монастыря! Оказывается, он и правда важная птица, да еще какая важная!

"Интересно, как он собирается убить короля? И как вообще убивают королей?" - думали ребята, и в их глазах светилось самое откровенное восхищение.

Одно дело - драться с обычным противником, таким же человеком, как ты сам, а другое - замахнуться на такую персону, как король, которого никому из них ви разу не удалось даже увидеть, и неизвестно

еще, существует ли он на самом деле.

– Ты правда хочешь убить короля?
– переспросил Чиро.

Пережив вместе с Марио столько опасных приключений, мальчик считал, что имеет особое право на его откровенность. Обернувшись к нему, Марио широко улыбнулся. Его уже начала забавлять дотошность ребят.

– Скажу тебе откровенно, - ответил он, - особой симпатии к королю я не чувствую, но, уверяю тебя, у меня и в мыслях не было его убивать. Да и задание у меня совсем другое.

"Не поймешь, как будто правду говорит", - подумал про себя Перчинка, которому уже становилось совестно за свое недоверие и за то, что он так враждебно разговаривал с Марио.

– Ну ладно, - примирительно сказал он, - пусть ты в самом деле не хотел этого делать. А почему же тогда все об этом говорят?

– Да скажи ты мне на милость, - не выдержал Марио, - с чего ты-то так печешься о короле?

Перчинка поскреб затылок.

– Ну... так просто...
– неуверенно начал он.
– Это ведь нехорошо.

– Что - нехорошо? Убивать действительно нехорошо. Особенно, если на тебя не нападают и ты не вынужден защищаться. Но скажи мне, какую ты видишь разницу между королем и такими, как я, ты или еще кто-нибудь?

– Ну вот еще! "Какую разницу"!
– воскликнул мальчик.
– Он король! Он всеми управляет; а я что?..

– Ты такое же существо, как и он, - возразил Марио.
– И у тебя такие же права, как у него. Только у него власть, вот он и захватил кусок побольше. Подумай: он не работает, ему не приходится добывать себе на пропитание. А почему? Да потому, что это делаем мы. Мы его кормим.

– Король - наш отец, - серьезно заметил Винченцо.

У Марио сверкнули глаза, он круто повернулся к мальчику и резко проговорил:

– Отец? Твоего отца убило бомбой, потому что королю взбрело в голову позабавиться войной. Если бы не он, сейчас были бы живы и твой отец, и мать, и еще много, много незнакомых нам людей. А остальные не прятались бы, как крысы, в темных бомбоубежищах.

От Перчинки не укрылась горячность, с которой Марио обвинял короля, и, в упор посмотрев на него, он воскликнул:

– Ага! Видишь, значит, это правда! Ты ненавидишь короля и хочешь его убить.

Марио пожал плечами и улыбнулся.

– Никого я не хочу убивать, - спокойно ответил он.
– Это, брат, ни к чему. Я хочу совсем другого.

– Чего?

– Сейчас объясню. Только раньше ты мне вот что скажи: кто это распускает про меня такую чушь?

– В убежище...
– опуская глаза, ответил Перчинка.
– Там был дон Микеле и эти, ну, кто за тобой гнался. И дон Микеле мне все про тебя .рассказал.

Он сказал, что тебя хотят поймать, потому что ты собираешься поехать в Рим и убить короля.

– Дурак он набитый, твой дон Микеле, - смеясь, воскликнул Марио. Между прочим, кто он такой?

Перчинка был оскорблен.

– Он мой друг, - сердито буркнул он.
– Старый человек, а сейчас его еще сделали ополченцем.

Марио заметил, что мальчик обиделся, и примирительно сказал:

– Да, наверное, даже он не знает, за что меня упрятали за решетку.

– Но почему же все-таки тебя ищут?
– снова спросил Перчинка.

Марио испытующе посмотрел на ребят, сидевших перед ним и не спускавших с него внимательных глаз. Как им объяснить, что такое партия, как растолковать сложную программу, которую претворяют в жизнь коммунисты, как рассказать о тайной борьбе, которую ведет партия, ушедшая в подполье? Наконец, можно ли рассказывать все это ребятам? Ведь они всё, что знают, готовы выложить первому встречному. Он решил быть благоразумным.

– Никого я не собираюсь убивать, - проговорил он после долгого молчания.
– Просто я думаю не так, как те, кто управляет страной. Вот за это-то они и хотят снова засадить меня в тюрьму.

– Я тоже думаю не так, как эти там, - с гордостью заметил Перчинка.

– Да, но обо мне им все известно, - возразил Марио.
– И они боятся, как бы я не стал убеждать народ выгнать в три шеи всю эту шатию, которая сидит сейчас в правительстве.

– Короля?

– Вот-вот. Твой дон Микеле сказал тебе, что я хочу убить короля, но это не так. Я только хочу, чтобы он куда-нибудь убрался и оставил нас в покое.

– Но, если король уйдет, кто же будет вместо него?
– Мы, мы сами! Я, ты, Винченцо, Чиро...

Марио улыбался. Однако ребята, видно, приняли его слова всерьез.

– Ну да!
– с сомнением в голосе воскликнул Перчинка.
– Разве так можно? Ты и то не сумеешь быть королем.

– Правильно, не сумею, - согласился Марио.
– А на что вообще нужен король? Знаете, ребята, на свете есть тьма-тьмущая государств, в которых совсем нет короля. Живут же там люди, да еще как живут, получше нашего!

– А что бы ты стал делать, если бы выгнал короля?

– Прежде всего я заключил бы мир.
– Велел бы кончить войну?

– Немедленно! Я бы сказал: слушайте, зачем нам убивать друг друга? Кому это нужно? Пусть каждый живет в своей семье. Зачем тратить такие деньги на бомбы? И тогда никому бы и в голову не пришло кого-то обидеть.

– Да, - вздохнул Винченцо, - хорошо бы. Иди куда вздумается, и не надо бояться, что тебя убьют. Никаких карточек - ешь, что захочешь...

– А самое главное, - продолжал Марио, - у всех будет работа. А раз будет работа - значит, все будут зарабатывать, значит, и жить будут хорошо, с достатком. А вы, ребята, сможете...
– Он хотел сказать "ходить в школу", но вовремя удержался, рассудив, что сейчас это может только погасить энтузиазм его маленьких друзей.