Per aspera ad astra II B
Шрифт:
— Значит, все-таки сработало? — Торуа трясущейся рукой вытянул из кармана белоснежный платок и протер мокрое от пота лицо.
— По-моему, я уже не раз доказывала, что не страдаю суицидальными наклонностями, — Люсинда, едва заметно улыбнувшись, пожала плечами. — Впрочем, я не думаю, что даже сотня «синих», но безвредных сигналов могла подвигнуть тебя на взлом защиты.
— У подгорников проблема. Судя по докладам нашей агентуры, наших делегатов настойчиво пытаются убрать.
Дарин, путаясь
— Все здесь? — прогнусавил кто-то. — Не забывайте про маски.
Гном неслышно выругался — он до последнего надеялся, что никто не вспомнит про эту жестяную мерзость, которая больше подходила для сумасшедшего карнавала.
— Не забываем, — уныло отозвался кто-то справа, и Дарин не сумел сдержать усмешки — похоже, он был не один.
— Тогда приступим. Вопрос номер один — нештатная ситуация в Атридимарте. Есть подозрение, что лояльность местных жителей сильно упала. По сообщениям части наших агентов, там набирает силу контрреволюционное движение. Кое-кто начинает отрицать даже саму значимость свободы для Керналла!
— Вы сказали — части агентов, — неожиданно для себя сказал Дарин. — А что с другой частью?
— Остальные утверждают, что все — в полном порядке и оснований для беспокойства нет.
— Тогда почему вы решили, что там есть какие- то проблемы? В смысле, там есть, чем заняться нам? С учетом дивной «дисциплины» в некоторых наших… подразделениях, там может иметь место простая попытка подсидеть более удачливых коллег.
— Тогда, может, вы и разберетесь с этим делом? — раздраженно задребезжал голос.
— Если Комитет поручит — приложу все старания.
— Вот и выясним. Кто «за» — щелчок по носу маски. Прошу не жульничать — напоминаю, наше дело строится на доверии.
Дарин, хмыкнув, отвесил жестяному клюву увесистый щелбан — по залу поплыла контроктавная нота «ре».
— А кто против? — поинтересовался кто-то.
— Те просто не щелкают, разумеется, — раздраженно пояснил председатель. — Ну, кто еще?
Зал заполнился натуральной какофонией, которую тяжелые занавеси приглушали лишь отчасти.
— Отлично, — холодно отчеканил недовольный голос. — Тогда наш уважаемый активист получает все права и обязанности нашего представителя в Атридимарте. Ему поручается выяснить, что там происходит и, если дела действительно обстоят плохо, предпринять любые меры по восстановлению установленного порядка. Особо замечу — ему следует предпринять особые меры по соблюдению конспирации.
— То есть мне действовать
— Как председатель промышленного бюро. Оно уже сформировано, но место главы пока вакантно. Вашей официальной задачей будет осмотр производственных помещений и подготовка рекомендаций по их восстановлению. Это позволит вам совать нос в любую щель и задавать любые вопросы. Так лучше? — председатель едва слышно хихикнул.
— Разумеется, — мрачно отозвался гном.
Штурман безучастно сидел в углу, наблюдая за манипуляциями Снейра. Тот, морщась от боли, пытался усвоить всю информацию, переданную Благодетелями за последний сеанс.
Наконец, последний кристалл погас, и Снейп сгреб все кассеты в ящик.
— Моя голова… Они бы хоть раз подумали о естественных ограничениях! Хотя бы раз.
— Помочь? — поинтересовался дроид.
— Чем? — простонал Йоас. Он никак не мог вспомнить, можно ли принимать в таких случаях обезболивающее — тем более, ранее он вполне обходился без него, достаточно было отоспаться.
— Твой мозг перегружен. Вероятно, ты испытываешь сильную боль. По моей оценке, на полную адаптацию уйдет не менее недели.
— Похоже на то, — зельевар откинулся на кровать и попытался расслабиться. — Когда-нибудь моя голова просто взорвется.
— Не взорвется, — штурман скинул плащ, и комната наполнилась нежным соломенно-желтым светом. — Не шевелись.
Снейр хотел ответить, что в таком состоянии просьба будет излишней, но вдруг обнаружил — боль совершенно ушла, новые знания, полученные из кристаллов, сложились в стройную систему, а тело налилось новой энергией.
— Все, готово, — дроид снова замер. — Кстати, а тебе не кажется, что Благодетели не хотят, чтобы ты знал о настоящих целях эксперимента?
— Не кажется, — в груди у Йоаса неприятно засвербило. В свое время он потратил немало времени и сил на изучение телепатии, в итоге создав пару весьма прибыльных рецептов и заодно убедившись — его сознание было совершенно непроницаемым для посторонних. Возможно, у сильного мага-псионика и получилось бы взломать защиту, но настолько настойчивое сканирование обычно заканчивалось смертью жертвы или, в лучшем случае, ее безумием. — Ты кто?
— Я же сказал — ты можешь звать меня Штурман.
— А если пойти чуть дальше? — Йоас с несказанным подозрением покосился на загадочного гостя. Голова работала удивительно четко: на миг Снейру показалось — пожелай он сосчитать песчинки на морском берегу или звезды в ночном небе, поиск ответа не займет и минуты. Вставая с кровати, он, кинув быстрый взгляд на флакон снотворного, за долю секунды определил, почему оно горчило, и что стоило подправить в рецепте. Впрочем, сколько зельевар ни всматривался в закутанную в плащ фигуру, он так и не смог раскусить ее секрета. — Никто не может читать мои мысли, я проверял!