Пентесилея

фон Клейст Генрих

Протоя

Тебе Отрера имя назвала?

Пентесилея

Да, назвала, и порицать за это Кто станет мать, что верит в дочь свою?

Ахилл

Как! Ваш закон и это воспрещает?

Пентесилея

Хоть дочери Арея и невместно Противника искать, а надлежит Избрать того, кого ей бог укажет, В бою ей подобает устремляться К сильнейшим из врагов. Ведь так, Протоя?

Протоя

Да,

так.

Ахилл

Но дальше… Пентесилея Целый долгий месяц Проплакала я горько над могилой Усопшей и к короне, сиротливо Лежавшей близ меня, не прикасалась, Пока настойчивый призыв народа, Который жаждал выступить в поход И вкруг дворца толпился в нетерпенье, Меня на трон не вынудил воссесть. Вошла я, раздираемая скорбью, В храм Марса, где дала мне жрица лук, Державы амазонок звонкий символ, И показалось мне, что мать со мною И что наисвященнейший мой долг — Ее последнюю исполнить волю. Тогда я, саркофаг ее осыпав Душистыми цветами, повела Рать амазонок к городу дарданцев, Скорей желанью матери моей, Чем зову бога Марса повинуясь.

Ахилл

Печаль недолго сковывала силу, Которая кипит в твоей груди.

Пентесилея

Я мать любила…

Ахилл

Дальше…

Пентесилея

Так безмерно, Что, подойдя к Скамандру и услышав, Как те долины, где скакал мой конь, Раскатам битвы из-за Трои вторят, Забыла я о скорби и душою В привольный мир сражений унеслась. Я думала: «Пусть даже повторятся Передо мной великие мгновенья Истории, пусть даже сонм героев, Которых славим мы в высоких песнях, Сойдет ко мне с небес, но и меж них Никто венка из роз не стоит больше, Чем тот, кого мне указала мать, — Неистовый, любимый, страшный, милый, Во прах втоптавший Гектора Пелид, Всегдашняя мечта моя дневная, Всегдашний сон мой но ночам!» Весь мир Казался мне одним ковром узорным, И каждый из его стежков искусных Являл один из подвигов твоих, И, как на белом шелке алой нитью, Был каждый вышит в сердце у меня. Я видела, как под стенами Трои Ты Приамида на бегу сражаешь; Как поле ты, победой распаленный, Оглядываешь, а чело врага, Кровоточа, влачится по каменьям; Как в твой шатер Приам с мольбою входит, — И слезы проливала я при мысли, Что даже у тебя, неумолимый, В груди, как мрамор твердой, чувство есть.

Ахилл

Любимая!

Пентесилея

А что со мною было, Когда тебя я увидала, друг, Когда ты мне на берегу Скамандра Среди героев своего народа, Как солнце между звезд ночных, предстал! Мне показалось, что с высот Олимпа Сам бог войны Арей на колеснице, Влекомой снежно-белыми конями, Встречать невесту низошел, гремя. Я вслед тебе смотрела долго-долго, Почти ослепнув, словно странник ночью, Когда при вспышке молнии ворота Элисия пред чьею-то душой Раскроются и с громом вновь сомкнутся. Мгновенно угадала я, Пелид, Какое чувство в грудь мою

проникло. Любовь меня настигла. Я решила, Что мне одно из двух теперь осталось — Иль победить тебя, иль умереть. И вот тобой владею я, любимый. Куда ты смотришь?

Вдали слышен звон оружия.

Протоя (тихо)

Я прошу тебя, Открой ей все немедля, сын богини.

Пентесилея (вскакивая)

В бой, девы! Греки близко.

Ахилл (удерживая ее)

Успокойся. То пленники шумят, моя царица.

Пентесилея

Как! Пленники?

Протоя (тихо, Ахиллу)

Нет, это Одиссей. Клянусь я Стиксом, он тесним Мероей.

Ахилл (в сторону)

Чтоб им окаменеть!

Пентесилея

Что происходит?

Ахилл (с напускной веселостью)

Ты полубога мне должна родить, Чтоб Прометей, воспрянув с ложа казни, Народам возвестил: «Вот человек, Каким его хотелось мне увидеть!» Но знай, не я с тобою в Фемискиру, А ты со мной отправишься во Фтию. Когда народ мой кончит воевать, Я увезу тебя туда, ликуя, И возведу на трон отцов моих.

Шум за сценой продолжается.

Пентесилея

Что? Объясни. Не понимаю…

Амазонки (встревоженно)

Боги!

Протоя

Ты, богоравный, хочешь?..

Пентесилея

Что случилось?

Ахилл

Царица, не случилось ничего. Не бойся. Просто наступило время Открыть тебе, что суждено богами. Да, покорясь любви, я стал твоим И уз ее не отряхну вовеки, Но счастьем бранным ты мне отдана, Затем что в схватке был не я повержен, А ты упала в пыль к моим ногам.

Пентесилея (взрываясь)

Чудовище!

Ахилл

Любимая, не надо! Сам Зевс того, что было, не изменит. Гнев подави и твердо, как скала, Встреть вестника, который к нам подходит. Он, кажется, несет дурную весть, Но не тебе, а мне, как понимаешь. Навек твой жребий предрешен отныне: Ты — пленница моя, и охранять Тебя я буду бдительней, чем Цербер.

Пентесилея

Я у тебя в плену?

Протоя

Да, госпожа.

Пентесилея (заламывая руки)

О силы неба, где вы? Заступитесь!

Явление шестнадцатое

Те же. Входит военачальник, за ним свита Ахилла, несущая его доспехи.