Пентаграмма
Шрифт:
Азазель только взглянул на него. Разговаривать демон до сих пор не мог из-за «Иса». Люцифер подошел вплотную и, взяв мужчину за подбородок, заставил посмотреть в глаза.
— Вот видишь, дружище, к чему приводит неумение правильно строить планы. Думал, ты самый умный? А Мирра тебя переиграла, — хохотнул Сатана. — Знаешь, может, мне её тоже соблазнить? Мне бы пригодилась такая расчётливая красотка, к тому же Лилит меня в последнее время не слушает и напрягает. Мне нужна новая послушная девочка, — он рассмеялся, когда Азазель дернулся на цепях. — Белиал сказал,
Азазель чувствовал, как кровь закипает в венах. Неужели всё с ним повторится опять? Женщина, которую он так долго искал, тоже отдаст себя Дьяволу? Неужели он так и не сможет вырваться из-под тирании Люцифера и навсегда останется просто колдуном? Нет. Не бывать этому. Он лучше своими руками убьёт девчонку, чем позволит ей лечь под Сатану!
— О. Какой свирепый взгляд, да и мыслишки твои крамольные меня не пугают! У меня уже есть наследник в отличие от тебя, мне не нужна девчонка для рождения нового сына, но я не прочь развлечься с ней.
И откуда только взялись силы вырвать с корнем цепи из потолка? Но он это сделал. Азазель накинулся на Люцифера, сбивая того с ног, и намотал одну из цепей на шею противника. Но долго ему не позволили быть победителем, всего несколько слов на инахианском — и демона вновь скрутил паралич. А потом Люцифер поднялся и, обмотав всё тело Азазеля цепями, перенёс их туда, откуда демон так стремился сбежать. Но даже не ад был самым ужасным, а то, куда после попал демон. Это была темница самого Сатаны. Отсюда ещё никому не удавалось сбежать, и вот теперь уже и Азазель оказался здесь. Вонь гниющей плоти, кровавые подтёки на стенах и витающий в воздухе ужас, всё это сковывало волю, лишая желания бороться, наполняя всё существо отчаянием. Все демоны боялись этого места, и надо же было именно ему оказаться здесь. Именно когда до заветной цели осталось всего несколько месяцев.
«Ну и сука же ты, Мирра!!!»
— Ах, Азазель, зачем же так гневаться на бедную девушку? Она просто защищала себя, — пока Дьявол всё это говорил, его помощники приковали Азазеля к стене в самом тёмном углу этой тюрьмы и только затем сняли с него артефакт.
— Я выберусь отсюда, Нечестивый, и тогда убью её, а потом и тебя, — прошипел демон и тут же взвыл от боли, скрутившей тело.
— Не думаю, что у тебя останутся силы для этого, после пары столетий здесь ты превратишься в раболепного слугу, Азазель.
— Я скорее сдохну, чем преклонюсь перед тобой, — сквозь стон рычал Азазель.
— Кто тебе позволит так быстро сбежать от наказания за попытку устроить переворот? Ты будешь корчиться и страдать, пока не превратишься в пустую оболочку, без жизни и страсти.
И Дьявол, в последний раз взглянув на Азазеля, вышел из темницы, и сразу же вслед за этим демон закричал от ужасной боли. Его тело словно разрывали заживо на сотню мелких кусочков, жгли огнём, разъедали кислотой, потом исцеляли, и всё повторялось заново. Демон потерял счёт пыткам и времени, каждый раз на последнем издыхании он молил о смерти, но так и не получал желаемого освобождения.
— Мой бедный мальчик, — женские
Женщина всё говорила и гладила его, принося желанное облегчение. А он думал, что его мать не могла оказаться здесь, потому что он искал ее, когда стал демоном. И Васс тоже искал, но всё оказалось бесполезно и со временем желание найти родню сошло на нет. Но вот она здесь, снимает боль и успокаивает его, а Азазель только и может, что думать, как выбраться отсюда и поквитаться с девчонкой Шейн.
— Скоро всё закончится, ты обретешь покой, — продолжала женщина.
— И не надейся, мама, — отозвался он и тут же поморщился от знакомого смеха женщины.
Демон знал его ещё с тех времён, когда только начал заниматься колдовством и влюбился в прекрасную девушку с невозможно печальными глазами. Именно ради неё он пошел на эту сделку, ради неё отдал свою душу Дьяволу, стал демоном, чтобы быть всегда с ней, и как только это случилось, лживая шлюха помахала на прощание рукой и упорхнула к Люциферу.
— Я не твоя мамочка, Азазель, — веселилась демоница. — Она давным-давно канула в лету, в забвение, туда, где ты её не найдёшь.
— Лилит, — прошипел он.
— Да, это я, любовь моя, — она поцеловала его в губы, укусив при этом. — Люцифер решил отдать тебя мне на развлечение, — её язык прошелся по щеке, и Азазеля едва не стошнило.
— Отвали, гадина.
— Не хорошо ругаться, Ази, тем более, когда я могу тебе помочь.
— Мне не нужно ничего от тебя, продажная шл…
— О-о-о! — она прижала пальцы к его губам. — Не продолжай, я и так наслышана о том, что ты думаешь обо мне. Лучше поцелуй меня, Азазель, и сразу увидишь, как тебе полегчает.
— Лучше яда выпью, — презрительно отозвался он и только тут понял, что больше не чувствует боли, не слышит вони, не видит страшного места, где его продержали долгое-долгое время.
— Мы в моих покоях, любовь моя, — она снова лизнула его, в этот раз язык прошелся по губам, но Азазель отвернулся.
— Тебя не будет искать твой любовник? — его самого бесила реакция на эту демоницу.
— Ревнуешь, любовь моя? — Лилит толкнула его на подушки, оседлав бедра.
— Размечталась, — огрызнулся он и тут же дернулся, когда проворные пальцы Лилит обхватили его член. Несколько манипуляций — и чертов орган наплевал на его мысли и желания, наливаясь кровью и твердея в её ладони.
— Вот видишь, любовь моя, — ещё одно движение, — ты хочешь меня так же, как и раньше.
Азазель отвернулся, не в силах смотреть в её идеально красивое лицо и видеть, как краснеют её глаза от жажды крови… его крови. Было время, когда мужчина был бы счастлив даже малейшему вниманию с её стороны, хоть взгляду, хоть слову, но стерва кинула его, едва не заставив ползать в ногах, умоляя вернуться к нему. Но всё без толку, а теперь ей захотелось развлечься. И его тело жаждало этого, независимо от мыслей в голове.