Пекарня Чудсов. Чудеса на десерт
Шрифт:
Роз не могла упустить такую возможность.
– Чип?
Широкоплечий морпех в отставке прекратил сметать крошки в совок.
– Чем могу помочь, Роз?
Роз оглянулась через плечо на кухню:
– Я пойду подготовлюсь к послеобеденному наплыву. Вечером люди захотят порадовать себя пирогом на десерт.
– Я приберусь! – Лик прошмыгнула под короткими распашными дверями. – А потом я могу раскатать коржи!
Чип потянулся, мускулы под кожей так и заиграли.
– Тогда я займусь яблочной начинкой, а ты возьми на себя вишневую.
Роз перегородила ему дорогу, нацепив
– Не надо, Чип! Ты заслужил перерыв. Отдохни здесь на случай, если заглянут покупатели.
Он вскинул брови:
– Уверена?
– Абсолютно.
Пожав плечами, Чип присел за один из пустых столиков, достал кроссворд и стал думать над словом под номером семь по горизонтали.
Роз постучала по окну и махнула Тиму, чтобы возвращался. Когда он зашел в пекарню, Роз схватила Алфи, и они втроем отправились на кухню. Лик уже стояла у раковины и яростно драила посуду, почти скрывшись в облаке мыльной пены.
– Зачем звала? – Тим бросил смятый фартук на стол. – Эрмана пекенья [6] взяла на себя уборку, так что я могу уделить время всем моим девушкам.
– Что значит «всем моим девушкам»? – спросила Роз. – У тебя их больше чем одна?
Тим уже собирался ответить, когда Роз на него цыкнула:
– Ладно, не важно. Может, нам стоит выяснить, кто отправил Лик печенье, как ты считаешь?
– Розасита, этим занимаются мама с папой. – Тим потрепал ее по голове, как щенка. – Прошел всего месяц с тех пор, как корпорация зла похитила тебя и удерживала в заложниках. Попробуй хоть немного побыть обычной девочкой.
6
Hermana pequena – младшая сестренка (исп.).
Роз застонала и принялась листать Поваренную книгу Чудсов.
– Я теперь настоящий пекарь, а настоящий пекарь не может прохлаждаться, когда плохие люди используют мою сестру с дурными целями.
– Тогда хорошо, что я не пекарь. – Тим направился к черному входу. – Адиос!
Роз посмотрела на Алфи, который стоял, засунув руки в карманы, и провожал Тима тоскливым взглядом.
– Тоже хочешь свалить? – спросила Роз.
– Не. – Алфи одернул фартук. – Подружки Тима никогда не смеются над моими шутками. – Он почесал в затылке, еще больше взъерошив и без того растрепанные волосы. – Что довольно странно, ведь я очень смешной.
Что-то серое и тяжелое сползло с холодильника и с глухим стуком приземлилось на кухонном острове.
– Ой! – Роз подскочила от неожиданности.
Но это был всего лишь Гус. Кот моргнул зеленым глазами и чопорно пригладил лапкой усы.
– Полагаю, вы ждете, чтобы я поприветствовал вас мяуканьем. Ну так мяу.
– В следующий раз предупреждай! – закричал на него Алфи. – Я чуть не обделался!
– Обделался? – переспросила Роз.
– Так дедушка Балтазар говорит, – пожал плечами Алфи. – Я пытаюсь вписать это в свой номер. Правда, до сих пор так и не понял, что значит «обделаться».
Гус
– Вы всегда должны помнить, что кот где-то поблизости, пусть даже вы его не видите. – Он быстро лизнул лапу. – Мы поразительно скрытные создания.
Разумеется, не все кошки умеют говорить, но Гус как-то наелся «Болтливых крекеров с чеддером», приготовленных прапрапрадедушкой Балтазаром, и теперь изъяснялся с акцентом и манерами образованного английского джентльмена.
Большую часть времени эта его способность была чрезвычайно полезной.
А иногда просто невыносимо раздражала.
Подергав носом, Гус ткнулся мордой в Поваренную книгу и поинтересовался:
– Что вы там говорили насчет того, что тетя Лили заколдовала Лик?
Роз объяснила, как Лик вела себя после того, как съела заколдованное печенье.
Зеленые глаза Гуса заблестели.
– Теперь я понимаю, что произошло вчера вечером! Она помогла мне умыться языком.
– Фу, – одновременно поморщились Роз и Алфи.
Потом они посмотрели на Лик, но та лишь пожала плечами:
– У меня до сих пор шерсть между зубами, никак не достану.
– Что бы ни добавили в то печенье, оно сделало Лик невероятно полезной, – сказала Роз. К этому времени Лик успела сполоснуть, вытереть и убрать всю перепачканную за утро посуду и теперь начала подметать терракотовую плитку пола. – Я бы оставила все как есть, но боюсь, тот, кто наложил эти чары, замыслил недоброе.
При слове «недоброе» из узкой щели между буфетом и печью высунулась пушистая голова размером чуть больше монетки.
– Я все слышал и пришел вас спасти!
Как и Гус, мышонок обрел дар речи, съев кусочек волшебного крекера. Семья Чудс познакомилась с Жаком в Париже, куда Роз приехала на международные состязания кондитеров «Гала де Гато Гран».
Гус, сощурясь, проследил, как Жак взбирается на кухонный остров.
– И что же ты предлагаешь делать?
Жак присел на задние лапки и прижал переднюю к груди:
– Провести сеанс мучновидения!
– Муковидения? – спросил Алфи. – Звучит… мучительно.
– Но– но! [7] – воскликнул Жак. – Это гадание позволит нам при помощи муки увидеть, что происходит – как это говорится? – в других местах? Не тут… – Он понюхал забытую на столе крошку от маффина и забросил в рот. – Это есть старинный французский рецепт.
7
Non – нет (фр.).
Гус зашипел, выгибая спину:
– Мучновидение придумали в Шотландии! Как же французы любят присваивать достижения высокой волшебной кухни!
– Ребята! – закричала Роз. – Историю волшебной кулинарии обсудим позже. Если эта штука с мукой покажет нам, кто заколдовал мою сестру, я готова.
Гус раздраженно хлестнул хвостом:
– Приношу свои извинения, Розмарин. Но считаю своим долгом тебя предостеречь: этот способ… опасен.
– Опасен? – переспросила Роз. – Но почему?..