Печать Тьмы
Шрифт:
— Вот и славно. Думаю, вы больше поверили бы мне, если бы застали гибель дарков.
— Как это произошло? Вы же сами говорили, что для прямого сражения ваше фун-шу не годится.
— Осмелюсь заметить, что общий курс стихийной магии, равно как и основы алхимии, исцеления и боевого чароплетства входит в обязательную программу обучения любого магического учебного заведения. Но вы несомненно правы. Я просто использовал компакт-руническое заклятие Вакуумного Разрыва.
С этими словами показал обычный кусочек кварца с начертанной на нем руной.
— Это
— Это компакт-руна, в которую упаковывается заклинание и некоторое количество маны. Когда руна разрушается, например от удара, она высвобождает заключенное в ней заклинание. У вас в руках, например, самый обычный Огненный Шар.
— Огненный… что?! — от неожиданности Айвен выпустил камень из рук. Блестящая руна вращаясь полетела на пол, ловя солнечные лучи своими гранями. Юноша в отчаянии вскинул руки, прикрывая лицо от пламени, которое вот-вот должно было выплеснуться.
— Шар, — голос старика ничуть не изменился, и вор осторожно убрал руки. Опустив взгляд, он увидел компакт-руну висящей в воздухе у самого пола.
— Не беспокойтесь, юноша. Мантическая манипуляция объектами была бы весьма затруднительна без использования телекинеза. — Повинуясь едва заметному движению головы профессора Ройбуша, камень прыгнул прямо в ладонь вора. — Можете взять его на память. Вы, кажется, говорили, что голодны? — сменил он вдруг тему.
— Перекусить бы не отказался. Желательно дважды.
— Сейчас вам принесут поесть, а я распоряжусь чтобы оседлали Росинону. Через час мы выезжаем, чтобы завтра к утру уже быть в Наречи. Надеюсь, вы уже достаточно оправились, чтобы выдержать день пути?
Айвен утвердительно кивнул, и профессор вышел из комнаты, оставив его одного. Юноша уставился на камень, лежащий у него на ладони, и задумчиво почесал затылок:
— Вот жизнь пошла. Куда ни плюнь — или маг, или порождение Тьмы. Даже в зеркале, — вспомнил он свое эпическое сражение с уморышами. Повернул руку внутренней стороной запястья к себе, но ничего там не обнаружил. Впрочем, ничего другого он и не ожидал. Похоже, что странный рисунок проявлялся только в присутствии тварей Тьмы. Раздался стук в дверь, и он пошел открывать слуге, принесшему завтрак.
Как и планировал господин Ройбуш, уже через час они были в пути. Боли в груди Айвена возобновились, мешая связно думать и получать удовольствие от поездки, поэтому он обратился к историку с просьбой унять боль. Тот внимательно осмотрел рану и юношу, и лишь печально покачал головой — то ли боль была слишком сильна, то ли не было возможности влиять на ее мантические потоки. Поэтому, выпив несколько капель настойки дурманника, остаток пути вор провел во сне. Кошмары сжалились над ним, решив на время оставить в покое, но их нелегкую миссию по ухудшению сна юноши прекрасно выполнила дорога, ощетинившись многочисленными ямами, кочками и колдобинами. В общем, выспаться так и не удалось.
Разбудил его шум голосов, бурлящих вокруг. Юноша проснулся
— Мы уже приехали? Это Наречь? — спросил он у своего спутника, и тот кивнул, — а почему все стоят?
— Боюсь, что у нас проблемы. Смотрите, — старик указал в сторону городских ворот.
Там два стража неторопливо досматривали телеги и ручную кладь желающих попасть в город. А еще один — осматривал людей. Точнее, их руки — стражник брал подозреваемого за кисти и переворачивал их внутренней стороной запястья на свет, показывая их еще одному стражнику. Стражнику ли? Только сейчас Айвен рассмотрел высокую, закутанную, несмотря на жару, в темный плащ фигуру. Дарк!
— Если я не ошибаюсь, то это по вашу душу… Точнее, по вашу руку, — смущенно улыбнулся историк-геомант. — Эта татуировка, она ведь проявляется в присутствии созданий Тьмы, верно?
— Д-да… — вор закатал рукав и продемонстрировал руку. Она была чиста. — Не понял.
— Может, слишком далеко? В любом случае, мы теперь знаем, что ваше лицо им не знакомо и они ищут не именно вас, а носителя этой татуировки.
— А вы уверены, что нам так уж нужно в город?
— Увы. Я лишь отсрочил неизбежное для вас. А там мы отыщем специалиста, способного исцелить ваш рану. Так что у вас… у нас нет выбора.
— Вы можете спрятать рисунок? — юноша смотрел на мага с надеждой.
— Боюсь, что простой иллюзией их не обмануть.
Айвен привстал, оглядываясь. Улыбка озарила его лицо, и он повернулся к Ройбушу:
— Спорим, что я их обману?
Он соскочил с телеги и исчез в толпе. Вернулся довольно быстро, сжимая в руках какую-то коробку.
— Надеюсь, вы заплатили за это, молодой человек? — нахмурился старик.
— Воры! Меня обокрали! Люди добрые, да что ж это… — донеслось из толпы.
— Вижу, что нет, — вздохнул профессор.
— Да ладно вам. Если вас это успокоит, то у этих актеров под двойным дном спрятана фейская пыльца. Была… — юноша вытащил из коробки какие-то тюбики и краски.
— Если я не ошибаюсь, то это грим?
— Верно! Сейчас я сотворю иллюзию, которую сама Тьма не распознает!.. Кстати, если направить телегу вон в тот просвет, то мы быстро доберемся до ворот.
— В какой еще просвет? — прищурился маг, безуспешно пытаясь отыскать достаточно широкий проезд среди людских тел и лошадей.
Вместо ответа вор сорвал жгут крапивы и снова соскользнул с телеги, растворившись в толпе. Не прошло и минуты, как ближайшая к Росиноне лошадь вдруг взвилась на дыбы и понеслась прямо к воротам, не разбирая дороги.
— Взбесилась! Она взбесилась!!! Расступись! — отчаянно вопил возница, безуспешно пытаясь остановить несущееся животное.
— Ну, чего ждете? Н-но! — вскочил на телегу Айвен.
Как юноша и говорил, до ворот они добрались быстро. Завидев обезумевшую лошадь, один из стражников вскинул арбалет, и животное пало замертво у самых его ног.