Пазлы Создателя
Шрифт:
Мариша не понимала Эрика, хотя очень старалась это сделать. Если он постоянно твердит о дружбе, то откуда берется ревность? Почему ему неприятно видеть Маришу в обществе других мужчин? Зачем он перевез ее в свой коттедж, но поселил при этом на первом этаже, строго-настрого запретив перешагивать порог его спальни?
Вероятно, какие-то чувства в сердце Эрика все же были. Вот только давил он их в себе безжалостно и беспощадно. Единственное, в чем Мариша была уверена, – это в том, что она ему нужна. И только эта уверенность помогала ей находиться рядом с этим человеком.
– Опять не спится? – услышала она насмешливый голос Антона и подняла глаза.
Настин муж, отчаянно зевая, появился в кухне и тоже налил себе кофе.
– А ты чего вскочил так рано?
– Совещание, – коротко пояснил он. – Отец улетает в отпуск, хочет дать последние наставления.
– В общем, ты остаешься за старшего, – констатировала Мариша.
– Как бы да, – он почесал в затылке.
– Почему как бы?
– Ну, если учесть, что в работе нашего банка я не играю практически никакой роли, то так и получается. По каждому вопросу у папы есть заместители, так что я даже не смогу принять самостоятельного решения без их одобрения.
– И что тебя не устраивает? – удивилась Мариша. – Меньше ответственности, крепче спишь.
– Вообще-то да, – он снова поскреб в затылке.
– Вот и не волнуйся.
– Так я и не волнуюсь. А ты опять думаешь об Эрике?
– С чего ты взял?
– А у тебя в этот момент такие глаза, словно у побитой собаки.
– А почему именно побитой? – заинтересовалась Мариша.
– Потому что во взгляде томится обида, и очень хочется огрызнуться. Но укусить все равно не можешь, потому как очень любишь своего хозяина.
– Ты, случайно, не подрабатываешь в банке психологом на полставки? – поинтересовалась она.
– Случайно нет. Но, изучив твое маниакальное поведение по отношению к нашему общему другу, я скоро буду знать тебя лучше, чем собственную жену.
– Насте это должно быть обидно, – задумчиво протянула Мариша.
– Ага! Как же! Обидно… Наоборот, она порадуется. Настя умеет скрывать свои эмоции и очень этим гордится, между прочим. Вот бы и тебе у нее поучиться. А то иногда даже противно бывает. Войдет Эрик в комнату, а все чувства тут же отражаются на твоем лице.
– И какие же мои чувства ты чаще всего читаешь? – с интересом спросила Мариша.
– Собачью преданность. Нет, я не говорю, что это плохо, – принялся жестикулировать Антон. – Но оттого, что ты постоянно машешь перед Эриком хвостом, он не будет к тебе ближе. Его все и так устраивает.
– А вы с Настей только обо мне разговариваете? – нахмурилась Мариша.
– С чего бы это? – фальшиво удивился Антон.
– Она читает мне нотации почти теми же словами, что и ты.
– Ну, бывает иногда, на ночь глядя.
– На ночь глядя? Такое впечатление, что вы ночи напролет разговариваете о моих проблемах. Вы хотя бы иногда спите?
– Спим! – уверенно произнес он.
– И что тебе снилось?
– Когда, сегодня?
– Например, сегодня.
– Ты снилась. Такая бедная, обиженная, смотрела на меня и виляла хвостом.
– Каким
– Обыкновенным, собачьим.
– Дурак! – буркнула Мариша и налила себе еще кофе.
Антон хихикнул. Очевидно, на «дурака» он совсем не обиделся.
– Эрик когда приедет? – поинтересовался он, намазывая булку маслом.
– А кто его знает? – девушка пожала плечами. – Он как укатил, так больше и не звонил.
– Вот она, любовь! – глубокомысленно заявил парень и поднял вверх указательный палец. – Ты ночами не спишь, мучаешься, а он даже не позвонил ни разу.
– Ему нельзя, у него секретное совещание.
Антон с умным видом закивал.
– Не хочешь, не верь, – обиделась Мариша.
– Кто сказал, что я не верю? – удивился он. – Я восхищаюсь твоей стойкостью. Интересно, ты не была в прошлой жизни женой декабриста? У тебя это хорошо получается.
Мариша не успела ничего ответить. Антон посмотрел на часы, тихонько ахнул и быстро исчез. Девушка снова уставилась в стену. Эрика не было уже почти три недели. Где он и когда вернется – неизвестно. С ним всегда было так. Эрик себе не принадлежал. Его сердце навсегда было отдано только одной особе, и имя ей – работа. Он мог побежать за ней в любое время дня и ночи, наплевав на все. Стоило ей лишь поманить его пальцем, и он уже был у ее ног.
Мариша двояко относилась к его образу жизни. С одной стороны, она очень уважала сыщика за преданность делу, за непредвзятость, за справедливость. Таких, как он, сегодня раз, два и обчелся. А с другой – злилась на его готовность бросить все, в том числе и ее, и помчаться куда глаза глядят.
Три недели без Эрика. Когда-то она с ума сходила без его присутствия. В буквальном смысле слова. А сейчас научилась терпеть. Хорошо, что есть Настя. Да и дом, в котором живут они с Эриком, почти рядом. Можно в любое время пойти и потрогать стены, перебрать его вещи, вдохнуть их аромат. Так переносить разлуку немного легче, чем, например, полтора года назад.
Мариша вспомнила, как Эрик внезапно появился в ее жизни, а потом так же неожиданно из нее исчез. Целый год она не жила, а существовала. И ничего, не умерла. Сегодня уже проще. Она знала, что рано или поздно Эрик вернется к ней. То есть не к ней, конечно, а к себе домой. Но в этом доме есть она, Мариша. А значит, и к ней тоже. Скорее бы он приехал. Тогда бы и эти дурацкие сны прекратились. Она была уверена, что ей снится не мужчина, упавший с утеса, а ее собственные неудовлетворенные надежды, разбивающиеся об острые скалы.
– Опять не спится? – услышала она голос, на этот раз Настин, и кивнула головой. – Об Эрике думаешь?
– А что, я очень похожа на побитую собаку?
– Есть немного, – хихикнула Настя. – А еще на ослицу.
– А на ослицу-то с какого бока?
– Такая же упрямая. Сто раз тебе говорила, познакомься с приличным парнем, выйди замуж, роди детишек, а там, может, и Эрик забудется.
– А как же любовь?
– Любовь приходит и уходит, а Эрик все недостижим! – перафразировала она и похвалилась: – Сама придумала. Правда, очень на него похоже?