Паутина
Шрифт:
Мацуда считался исправным налогоплательщиком, примерным семьянином, законопослушным гражданином. Только несколько человек знали, что основной доход он получает не от своего бюро, а от небольшого предприятия по торговым операциям — во всяком случае, так его называл сам хозяин. Строго говоря, он мог бы поставить на “Реквиеме” крест, но два основных его профессиональных качества — добросовестность и осторожность — не позволяли ему это сделать.
На пульте зажегся красный огонек, пискнул сигнал вызова. Мацуда привычным движением отключил изображение, потом заблокировал сигнал связи и лишь после этого
— Приветствую, Мацуда-сан, — прозвучал негромкий голос. Это был Кич, его ближайший помощник, веселый малый, знаток дорогих ресторанов и дорогих женщин и мастер динамичных операций, где важнее не тонкий расчет, а быстрота реакции. Впрочем, последнюю такую операцию Кич, кажется, провалил…
— Слушаю, голубчик.
Шеф, есть осложнение. В квартире появился какой-то парень, но к Белому он не имеет никакого отношения.
— Ну так что?
— Очень уж уверенно действует. То ли кто-то свой, то ли из Федерального Комитета, больно на военного смахивает.
— Ничего страшного, голубчик. Мало ли какие дела у человека. Ты проследи, помоги, если нужно. Только мешать не вздумай, понял? Давай, голубчик, поаккуратнее.
— Понял, шеф. — Кич отключился.
Мацуда откинулся на спинку кресла. Федеральный Комитет? Непохоже. Если уж парни из этой конторы начнут копать, тут не только Кич, но и сам Мацуда ничего не заметит. Муниципальная полиция? Ну этих-то Кич за квартал разглядит… Значит, случайный человек, маленькая песчинка в механизме операции. Но ведь механизм-то остановился! Так, может, это не песчинка, а смазка, которая заставит колесики сдвинуться вновь? Ну и не надо мешать незнакомцу, не надо вмешиваться. Пока…
Мацуда был доволен собой: еще до осмысления ситуации он на ходу принял оптимальное решение. Впрочем, и это было профессиональным качеством; отнюдь не являясь суперменом, он, как правило, чуть-чуть четче других оценивал обстановку, иногда чуть-чуть быстрее действовал, а порой чуть-чуть дольше выжидал.
Нет, удачная карьера Мацуды не была случайностью. Подумать только, окружающие считали его простодушным человеком, который весь на виду. Да и скрывать-то почтенному гробовщику нечего, разве что интимную связь с собственной секретаршей. Мацуда долго лепил эту маску. А ведь когда-то в молодости он так старался выглядеть непроницаемым!
Тогда начинающий бизнесмен настойчиво вырабатывал в себе самое важное, пожалуй, из профессиональных качеств — умение вызвать доверие у клиента. Владелец похоронного бюро должен обладать безупречным тактом. И именно общепризнанная добропорядочность Мацуды привела к нему однажды пожилого человека с маленькими сонными глазками. Человек этот был слишком пестро одет и слишком много суетился. Но, когда он перешел к деловому разговору, Мацуда был приятно удивлен практичностью собеседника. Они быстро нашли общий язык, и на следующий день через похоронное бюро проследовал лишний, нигде не учтенный покойник. Все сошло удачно, и хозяин “Реквиема” стал время от времени получать подобные весьма выгодные заказы.
Новый клиент
Впоследствии он редко посылал своих врагов в крематорий, наоборот, старался оставить им лазейки для спасения. И те обычно предпочитали воспользоваться ими, нежели идти на конфликт с Мацудой. Человек с сонными глазками, который стал потом его главным соперником, не только уцелел, но и до конца своих дней получал от бюро вполне приличную пенсию. Благодаря всему этому владелец “Реквиема” обзавелся со временем несколько странной для его профессии репутацией гуманиста, которой сам Мацуда-сан весьма дорожил.
Регулярно, с девяти утра до пяти вечера, с небольшим перерывом на обед и отдых, он просиживал за пультом. Всего час уходил у него на покойников, остальное время Мацуда занимался делами экспортно-импортного предприятия. В отличие от Кича он не любил светской жизни и шумных компаний и более всего ценил покой и размеренную жизнь.
Вот и сейчас пора было отдохнуть немного. Мацуда встал, открыл небольшую дверцу справа от пульта. За дверцей был оборудован ионный душ, хорошо освежавший уставшее от долгого сидения тело. Он аккуратно разделся и втиснулся в кабинку. Острые горячие иголки воды ударили из микроскопических отверстий. Через несколько секунд горячая вода сменилась ледяной, а затем из отверстий пошел ионизированный раскаленный воздух.
Мацуда слегка приоткрыл дверцу, дотянулся до пульта и нажал на крайнюю кнопку.
— Лиза, голубушка, кофе, пожалуйста.
Через несколько минут в комнату вошла миловидная секретарша и, ласково улыбнувшись обнаженному хозяину, поставила на низенький столик изящную чашечку с зеленоватым дымящимся напитком.
Мацуда не стеснялся своего тела. Оно могло бы принадлежать молодому человеку, а ведь ему было уже за пятьдесят. Он твердо рассчитывал дожить до возрастного максимума. Правда, после этого житель Альфы терял право на многие виды социального обеспечения, но Мацуде хватило бы и личных сбережений. Тем более если Кич все-таки спасет эту операцию…
Джек проснулся поздно и долго лежал в постели. Вчера у него просто не было времени как следует обдумать происшедшее. Все, что делал Джек, он делал почти механически, а к вечеру устал до такой степени, что не нашел в себе ни сил, ни желания отправиться в снятую накануне квартиру и решил переночевать у сестры.
Итак, Джакопо убит. Убит ударом “бича”, о чем полиция, конечно, не догадывается. История темная, но уже способ убийства говорит о многом. Невозможно, чтобы “бич”, стоящий уйму денег, оказался в руках какого-нибудь мелкого жучка. Тут поработали люди серьезные, и ясно, что убили Джакопо не из-за девочки.