Паутина
Шрифт:
Желающих не нашлось. Сим боязливо передал бумагу сильномогучему Беренникову, тот небрежно сунул ее куда-то. Лес поразился грозному виду мага. Вот ведь как напугал старожилов страшными словами и неведомыми карами! И что это за подвиги такие: истопить баньку, подоить корову?
Вся компания поднялась из-за стола и вывалилась на улицу. Сияла полная луна. В лунном свете протопали они к дому Коса, где на крутом берегу стояла рубленая банька. Сложена она была из сосновых бревен, имела просторный предбанник, каменку и широкий полок. Нов ожидал, что Кам для начала станет рубить дрова,
— Истопил, — развели руками старожилы. — Задание выполнено.
С конюховой коровой пришлось потрудней. Никакая это оказалась не корова, а самый настоящий бык по прозвищу Демократ. В дойку бык никак не давался, рыл землю копытами, норовил надеть богатыря на рога. Но Кам ухватился могучей рукой за железное кольцо, продетое в ноздри Демократа, а другую руку с зажатой в ней кружкой сунул быку под брюхо. Чего он там надоил, Лес так и не понял.
Старожилы заглянули в кружку и признали, что удой невелик, как в советских колхозах, но и малый результат есть посильный вклад в выполнение Продовольственной программы.
Третье и последнее задание и выполнять не пришлось. Когда старожилы и гости вошли в конюшню, Инфляция уже ожеребилась. Трое жеребят-стригунков скакали вокруг матери, а при виде людей бросились к ним с большим желанием поиграть. Жеребята были черными, хотя и посветлей Верного и Банана, и с белыми звездами во лбу: с одной, двумя и тремя.
— Хороша тройня, — признал конюх.
О том, что Инфляция не окотилась и не опоросилась, никто, кроме Леса, и не вспомнил.
— Получай, Фома, прописку! — заключил коновал.
— Прими присягу! — добавил кузнец и толкнул Роя на Виша, вставшего позади богатыря на четвереньки. Кам упал. Старожилы перекатили его на живот, Кос сел ему на спину, а Виш — на ноги. Сим достал из-за голенища деревянную ложку, облизал и врезал десяток горячих по заднице мага. Потом старожилы подняли сильномогучего на ноги, конюх протянул кружку, фершал — малосольный огурец, а кузнец достал из-за пазухи бутыль. Эта, правда, была поменьше, чем на столе в кузне.
— Продолжим банкет? — спросил Сим, когда бутыль опустела.
— Нет, — сказал Кам. — Время уже позднее, пора и на боковую.
— Пора так пора, — легко согласились старожилы и сразу же разошлись каждый в свою сторону. А маг и чародей отправились в заезжую. Из трапезной Кам Рой свернул в дверь «Слава Богу», а Нов через красный уголок прошел к себе в «Спи спокойно». Не зажигая огня, он разделся, откинул одеяло и…
Глава двадцать вторая. Драчевские будни
А мужики по избам кумекают: как бы карбюратор к дойке приспособить?
Утром его Кам Рой еле добудился. Лес никак не мог продрать глаза, вставал и снова валился.
— Да что с тобой? —
Нов выбрался из постели и хотел одеться, но маг не дал. Сказал, что сперва нужно окунуться. Лес прямо как был —: босиком и в подштанниках — побежал вслед за Роем. Вода обожгла холодом, и сон пропал.
На лугу на задах заезжей они приступили к тренировке. Повторили приемы, которым Нов обучился на предыдущих стоянках, затем Рой показал несколько новых. Лесу хотелось поработать с мечом, тем более что себя он считал мастером рубки, но наставник сказал, что в Ютландии у него оружия не будет. И следует полагаться только на свою голову и руки.
Они позавтракали из самобраного сундучка, после еды маг привел юта. Болван скалился, глядя на усилия Нова услышать его вещун-сигнал.
— Ничего не выйдет, однако, — сказал он.
— Все получится, — успокоил юношу Кам и достал из походной сумки обруч с двумя черными шариками. Обруч он нацепил на голову Леса, а шарики прижал к вискам. — Напрягись, постарайся увидеть мир глазами юта.
Нов очень старался, но в голове стоял туман.
— Нужно, чтобы шарики за ролики зашли, — сказал маг и развернул обруч так, что правый и левый шарики поменялись местами.
Неожиданно Лес уловил какой-то проблеск в тумане, появилось размытое изображение не пойми чего.
— Попробуй подстроить левый сектор, — посоветовал Рой.
Нов подвернул левый шарик, и вдруг изображение стало отчетливым, словно с глаз чародея сдернули пелену. Лес увидел комнату, в которой узнал красный уголок, себя и Кама. Цветовое зрение юта отличалось от человеческого: синие глаза мага казались желто-зелеными, зеленое покрывало стола — красно-оранжевым, а красная портянка над входом — сине-голубой.
Такого качества «картинок» юноша не видел, даже когда общался с самыми способными вещунами. Наверное, шарики усиливали вещун-сигналы.
— Вижу! — выкрикнул юноша.
— Что ты увидел? — спросил Кам.
— Комнату и нас с тобой глазами юта.
— А о чем он думает?
— У меня такое ощущение, — признался Нов, — что юты вообще не думают.
— Ну это ты брось, — сказал Рой. — Сейчас он думает: как бы скрыть, сколько иридия ему пообещали за мою поимку? Он мог, оказывается, нанять под-сотню, но решил сэкономить, обойтись дюжиной, а разницу положить в свой кошель…
— Навет! — щелкнул зубами ют.
— Ничего не слышу, — сокрушенно сказал Лес.
— А ты еще раз попробуй перевернуть налобник, — посоветовал маг, — и повращать настройку секторов.
Нов провернул обруч и принялся вращать шарики. «Картинка» исчезла, вместо нее в голову хлынул поток эмоций, злобных и трусливых, перебиваемых неясными расчетами стоимости одного металла по отношению к другому, но что это за металлы— Батюшка ведает…
— Что такое иридий? — спросил чародей по вещун-связи и получил ответ юта, что атомный номер металла — 77, а атомная масса — 192, 22. Но что бы это значило? И что за металлы — скандий и иттрий?