Паутина

Батуева Елена

– Я не разожму кулак, - уверяя скорее себя, чем его, произнесла я. Порошок всё сильнее и сильнее жёг ладонь и пальцы.

– Посмотрим, - Удо осторожно открыл свою ладонь, боясь рассыпать песчинки. Только тогда я заметила, что вся его правая рука была испещрена маленькими нарывами и ожогами:

– Ты сгоришь заживо, никто не выдерживал этой пытки. Ты уже это чувствуешь, да? Небольшое покалывание, мерно нагревается рука, становится жарко, боль удушлива, сложно дышать и это - лишь начало. Я ставил много опытов, - произнёс он это таким ледяным голосом, что я сразу поняла - он ставил их не на себе, - люди умирали в муках, отторгались ткани руки, предплечья... они сгорали, - описывал он и спокойно улыбался.
– Небольшая доза -

недостаточно для того, чтобы открыть врата или устроить большой взрыв, но... Они сгорали сначала медленно, а потом, как головешка - пшик - и человека нет. Сначала, как я уже говорил, в пепел превращались конечности, потом... Продолжать?
– он внимательно смотрел на меня, изучая каждое движение.

Я зажала рот свободной рукой, к горлу подступил комок. Я не могла сказать точно - от чего меня вдруг затошнило - от того ли, что сказал мне этот человек, или оттого, что он находился со мной в одной комнате, дышал одним воздухом. Волшебный порошок во вспотевшей ладони всё больше нагревал кожу между пальцами, он, казалось, проникал в каждую клеточку и жёг уже изнутри. Мой пустой желудок надрывался, жалобно урча, по щекам катились слёзы, волосы прилипли ко лбу.

– Ну хватит!
– рявкнул Удо и, схватив меня за руку, потянул в сторону. Мы встали перед окном, в лицо подул свежий утренний ветер. Я подумала, что шарф, наверное, уже сорвался и летает теперь где-нибудь, гонимый потоками воздуха. Возможно, он летит по направлению к восходящему солнцу и мне до него теперь так далеко.

А как хотелось бы стать маленькой, как птица, обрасти перьями, обзавестись крыльями, и улететь отсюда куда глаза глядят. Или просто вспорхнуть на подоконник и, даже не обернувшись, ринуться вниз. Это уж точно лучше, чем стоять тут и ждать, что ещё предпримет, чтобы сломать твою судьбу, совершенно, если разобраться, посторонний человек.

Я ещё раз посмотрела на Удо, он бормотал себе под нос что-то невнятное, взглянула в окно - там в предрассветном полумраке высоко на небе догорала тускнеющая звезда. Затем я опустила глаза на зажатую ладонь - отпустить и всё кончится... Но кончится ли? Даже, если каким-то неимоверным способом мне удастся спастись, то как я выберусь из развалин, и как потом смогу жить?.. Ответ пришёл внезапно, как всегда бывает в подобных ситуациях. Обычно абсурдный, его либо сразу же отметают, либо просто не принимают в расчёт в поисках другого выхода. У меня другого не было. Возможно, боль и правда будет непосильной, но я не разожму пальцев - так я твёрдо решила.

Тем временем Удо закончил своё заклинание и в молчании посмотрел за окно. Там творилось что-то непонятное. Прямо перед башней из ниоткуда образовалось облако. Тёмное, как грозовая туча, но совсем крошечное. Так в диснеевских мультиках рисовали появление джинна. Облако разрасталось на глазах. Не прошло и пяти минут, как оно накрыло большую часть Саурваля. Маленькое когда-то, теперь оно заполонило собой всё небо над головами, поднялось намного выше башни и теперь громовыми раскатами и вспышками молний озаряло округу. И хотя из-за небольшого размера окна я не имела возможности лицезреть всю картину - сомнений не возникало: она, и правда, была фантастической. Словно гигантский купол развернулся над городом, он давил своей мощью и размерами. Становилось трудно дышать под такой массой чёрных облаков, казавшихся монолитными. В поиске укрытия я отстранилась дальше в комнату - одна из молний блеснула совсем рядом с окном. Я не знала, могло ли такое быть в природе - но готова была поклясться - словно некто обрушил свой сверкающий меч чуть более, чем в метре от оконного проёма. Вдруг в комнату влетела небольшая искорка. Она, как каучуковый мячик, облетела всю комнату, отскакивая от стен и потолка, потом снова вылетела в окно и юркнула куда-то вниз.

Удо крепче сжал мою руку, а мне почему-то захотелось собраться в комочек в каком-нибудь дальнем углу и не видеть того, что должно было произойти

дальше. Я чувствовала, это будет нечто такое, чего я никогда не видела раньше, нечто, что должно повергнуть в ужас. В мозгу почему-то громыхал "Dies Irae" Моцарта, а глаза со страхом ждали появления демона, как на картине Врубеля.

И вдруг, когда напряжение немного спало, раздался громогласный, протяжный, леденящий кровь вой. Будто земля разверзлась под ногами, на столе ходуном заходили склянки, книги попадали с полок, но это было лишь начало. Нечеловеческий стон наполнил комнату, он чудился таким материальным, что, казалось, протянешь руку - и пальцами ощутишь колебания в воздухе, ладонью зачерпнёшь всю боль, струящуюся вместе с этим звуком.

Внезапно он прекратился, и прямо посредине комнаты из зеленоватого пламени нам навстречу вышел человек. Удо поспешил преклонить колени, и я смогла разглядеть гостя. Он был одет в тёмный костюм, поверх которого чёрными складками до самого пола струился плащ. Человек был лыс, но при этом, как я смела предположить, молод - по крайней мере, выглядел он лет на тридцать. В глазах пришельца была чернота, во рту тоже не было видно ни зубов, ни языка - одно сплошное зияющее жерло.

Он сделал шаг в сторону и сел на то кресло, в котором недавно сидела я, глубоко вздохнул и, поворачивая голову, оглядел всю каморку. Удо, наконец, встал, оправил на себе одежду и подошёл к демону.

– Я сделал всё, как вы мне велели, нашёл ту, которая прибавит сил и...

– Много же времени тебе на это понадобилось, - почти что безразлично ответил демон.
– У нас, в аду, уж на что время течёт незаметно, а даже я успел заскучать.

Сколько, говоришь?
– спросил демон и заёрзал в кресле.

– Ч-что, сколько?
– от волнения немного заикаясь перепросил Удо.

– Сколько веков тебе понадобилось, чтобы найти подходящую кандидатуру, - немного повысив голос, уточнил демон.

– В-всего десять лет...
– произнёс придворный волшебник и не преминул в конце добавить:

– Но я не искал кандидатуру, я её ловил.

– Забавно, - демон откинулся на спинку кресла и громко рассмеялся. От этого его смеха стало не по себе.
– И что же, сейчас ты готов?
– Удо утвердительно кивнул.

– Ну, хорошо, теперь, я так думаю, нам стоит обсудить все стороны нашей сделки. Я делаю так, чтобы весь этот городишко вместо того, чтобы взлететь на воздух, как только ты обрушишь на него свой порошок, превратился в портал. А ты гарантируешь, что все души, которые погибнут в затеваемой тобой войне, попадут ко мне. Учти, там может быть и твоя. Ты согласен?

– Да, - Удо коротко кивнул.

– Договор мы с тобой уже подписывали, дублировать не будем, - деловито сказал демон и встал с кресла. Он обошёл нас, повернулся спиной к окну и ещё раз посмотрел на Удо:

– Ты псих, ты знаешь?

– Я вас не понимаю, - спокойный, Удо говорил с ним как равный. Теперь ничто не могло помешать его замыслу - он был в этом уверен и мог позволить себе говорить так даже с самим исчадием ада.

– Столько людей, столько душ...
– промолвил демон неоднозначно.
– И всё ради одной цели. Сколько людей до тебя шли на подобные сделки. Но ради чего на этот раз? Ради власти или ради неё?
– он кивнул на меня.

– Вы отказываетесь от нашего договора?
– непонимающе проговорил Удо.

– Даже если бы захотел - ты не нарушил пока ни одного пункта. Я просто хочу понять: кто-то гнался за знаниями, кто-то следовал похоти, другие просто хотели мести или денег. Чего хочешь ты?

– Всего, - коротко ответил Удо. Его глаза в тот момент способны были испепелить кого угодно.

– Да?
– демон отвернулся и шагнул к окну. Прямо в стене перед ним заиграло зелёное пламя.
– Ты очень тщеславен, но руководствуешься скорее самолюбием. Не забывай, если войны не будет - я заберу твою душу, - с этими словами он шагнул в огонь и исчез.