Паутина долга

Иванова Вероника Евгеньевна

— Не пойду.

Обещание было дано с видимым трудом. Ну нельзя же быть таким ненасытным, право слово!

— Последнее. Не усердствуй сверх меры. Выиграл, сколько необходимо, и успокоился. А завтра вернёшь кости мне. Всё понятно?

О, на такой поворот событий парень явно не рассчитывал: в льдистых глазах нарисовалось горькое разочарование. Откуда в столь юном возрасте такая жадность? Я могу допустить, что он с рождения сыром в масле не катался, но если и вправду жил не слишком богато, должен был привыкнуть к постоянной нехватке монет, а следовательно, приобрести полезнейшую

привычку. Бережливость. Конечно, при усугублении обстоятельств и ухудшении характера она быстро превращается в скаредность, но зачем доводить до греха? А этот юнец ведёт себя так, будто привык тратить больше, чем имеет, и лёгкая возможность наживы мигом вскружила светловолосую голову... Не будет ли он опасен для меня? Надеюсь, нет: моё обещание снабдить его пропуском в игорный дом должно послужить якорем, способным удержать корабль сознания на рейде хищной реки азарта.

С другой стороны, у меня всегда остаётся путь к отступлению. Незаметный, заросший бурьяном, труднопроходимый, но, тем не менее, реальный. А самое замечательное, мне по нему идти не придётся: всё будет сделано за меня, без моего участия и исключительно мне во благо. Но парню лучше не задумываться об этом: пусть считает неожиданного дарителя дурачком, не видящим, куда ступает.

А пока за окнами медленно, но верно темнеет, у меня есть несколько часов совершенно свободного от дел времени... На что бы его потратить? Идти домой бессмысленно и накладно: матушка усадит ужинать и накормит до самого настоящего отвала. В смысле, я отвалюсь. От стола прямиком на кровать. Нет, так не пойдёт: мне нужна бодрость тела. Ещё на один вечер. Сегодняшний. А раз так... Знаю! Есть хороший повод увидеться с другом. Точнее, с подругой. Но не только, чтобы поздравить с наступающим праздником, а в целях сугубо корыстных: поговорить. С женщиной и о женщине.

Нить восьмая.

Каждый шаг жизни

Несёт в себе выгоду.

Не медли: лови!

По случаю приближения Зимника Квартал Бессонных Ночей готовился к натиску превосходящих сил противника, то бишь, отсыпался, отъедался и отмывался. Дом свиданий Локки не был исключением: в гостевой зале и комнатах вовсю шла уборка, разливающая в воздухе ароматы мокрой пыли, мыльного корня, душистых настоев и разгорячённых домашним трудом женских тел.

Сама управительница не снисходила до возни с тряпками, умело командуя своей маленькой, но весьма опытной армией, и увидев меня, притворно нахмурилась:

— Заходите позже, heve, в первый день Зимника!

Я печально вздохнул:

— Увы, не смогу.

Круглолицая толстушка, попавшись на уловку, мигом сменила гнев на милость и озабоченно поинтересовалась:

— У тебя что-то случилось?

— Ещё нет, но если не окажешь срочную помощь, случится! — Я поймал Локку за талию, на которой почти лопался туго затянутый корсаж, и чмокнул в пухлую щёчку. — Здравствуй.

— Помощь, говоришь? — Она задумчиво провела кончиком указательного пальца по губам, причём, своим, а не моим, что показалось мне крайне огорчительно. — Что ж, идём: поделишься горем.

В личном кабинете

я вручил хозяйке дома свиданий праздничный подарок — брусок сушёных трав, обёрнутый пергаментом.

— Весёлого Зимника!

— Да уж скучать мне не придётся, — согласилась Локка, принюхиваясь к подарку. — Золотой лист? Потратился, наверное, изрядно?

— Я же мог прийти к тебе с пустыми руками.

— Это верно, — она уселась на кушетку. — За что я тебя люблю, так это за твою память: с первого раза заучил, что к женщине всегда нужно приходить с подарком, пусть самым маленьким и скромным. Мы любим внимание больше всего остального, хоть и притворяемся алчными чудовищами. А что делать? Вам проще откупиться монетами, чем отдать кроху тепла из собственного сердца.

Пробую пошутить:

— Вообще-то, я всегда считал, что сам по себе лучший подарок любой женщине.

Шутка не проходит: Локка совершенно серьёзно кивает в ответ.

— Подарок, не спорю. И даже немного завидую той, которая его получит.

— Так ещё не поздно! — Я плюхнулся рядом и сделал вид, что собираюсь приступить к решительным действиям. — Кто нам мешает?

— Ты же и мешаешь, — меня беззлобно щёлкнули по лбу. — Слишком давно я тебя знаю, и в любовную лихорадку, уж извини, не поверю... Кстати, это не пустые слова, про давность. Ты и в самом деле чем-то расстроен. Точнее, озадачен. Что случилось?

Я опёрся локтями о колени.

— Мне нужен твой совет. Или разъяснение, даже не знаю, как правильно назвать... По вашей женской части.

Локка деловито осведомилась:

— Кого-то обрюхатил и хочешь вывести плод?

Поднимаю на неё укоризненный взгляд:

— Ты так дурно обо мне думаешь?

— Я думаю о тебе так же, как и обо всех остальных мужчинах на свете: вы никогда не заботитесь о последствиях раньше, чем они происходят. Ну так что стряслось? Только рассказывай всё без утайки!

— Я поссорился с невестой. Или она со мной? Всё случилось слишком быстро и странно, чтобы успеть разобраться.

Делаю паузу, потому что ожидаю от Локки сочувственных слов, а взамен получаю гневное:

— И ты молчал?!

— Так я сейчас говорю.

Она всплеснула руками:

— Да не об этом! У тебя есть невеста?

— Боюсь, уже нет...

— Не бойся! — Успокоили меня. — В этом деле ничего непоправимого не бывает.

— В каком деле?

— В деле превращения одинокого мужчины и одинокой женщины в счастливую семью! — Торжественно объявила Локка, так вскинув голову, что одна из шпилек не выдержала, выскочила из причёски, и тёмные кудряшки скрыли под собой левое ухо моей приятельницы.

— О семье речь пока не...

— С самого начала. Со всеми подробностями. Понял?

Собираюсь с мыслями и воспоминаниями.

— Она приехала с матушкой. Дочь наших соседей по Энхейму. Сирота.

— Это хорошо, — не преминула кивнуть управительница дома свиданий, выразив полнейшее согласие с Каулой во взглядах на родню будущей жены.

— Милая девушка. Спокойная. Понятливая. Вроде, не была против меня, как супруга.

Локка хмыкнула:

— Девицу привезли из глуши в столичный город! Кто бы был против, а? Ладно, продолжай.