Паучья Королева

Уайт Джеймс

– Да я знаю. Но ты уже один раз помогла мне справиться с ним, и это дало мне силы противостоять его зову.

Кара кивнула, вспоминая свой собственный опыт. Тёмное влияние гримуара было могущественным, однако при достаточно крепкой воле с ним можно было справиться.

– Теперь я создала связь между нами, – продолжала Бетани, – и ты можешь вызывать меня, когда нужно. Коснись двумя пальцами любой отражающей поверхности и представь моё лицо… только смотри, большим пальцем при этом ни до чего не дотрагивайся, а то заклинание

не подействует!

– А почему?

Бетани развела руками.

– Понятия не имею! Никакой логики в этом нет.

– Ну да, я знаю, – кивнула Кара. – Магия иногда такая странная, верно?

Обе девочки расхохотались.

Как хорошо было поговорить с человеком, который всё понимает! Кара пожалела, что Бетани не может оказаться тут, рядом с ней. Ей часто недоставало общества других ведьм – добрых ведьм, разумеется.

– Ты где сейчас? – спросила Кара.

– Сама не знаю, честно говоря, – ответила Бетани. – Мы уже несколько дней тащимся по одной и той же дороге. Я просто иду, куда все, и не высовываюсь. А сейчас все спят.

Она подалась вперёд, глядя за спину Каре.

– А за тобой мне ничего не видно, только макушки деревьев и волка Риготт. То есть, наверное, теперь это твой волк.

– Дарно ничей волк – он свой собственный.

– Ну, в общем, ты можешь быть где угодно, где есть деревья и волки. Больше я ничего не знаю и знать не хочу, а то вдруг Риготт вздумается заглянуть ко мне в голову. Так что на самом деле не вздумай мне говорить ничего важного.

– А что, если она обнаружит, что ты говорила со мной?

– Да не обнаружит. Я так хорошо сливаюсь с остальными ведьмами – не уверена, что Риготт вообще знает о моём существовании. Мне всю жизнь хотелось, чтобы на меня обращали внимание, но я всегда просто сливалась с фоном. Я думала, что это моё проклятие. – Бетани застенчиво улыбнулась, и на миг сделалась совершенно другой. – А теперь я начинаю думать, что это дар.

– И всё равно, Бетани. Ты серьёзно рискуешь, говоря со мной.

– Ничего не поделаешь. Мне нужно кое-что тебе сообщить.

Она помолчала, отвела взгляд.

– У меня плохие новости.

Кара села и прислонилась к Дарно, чтобы было не так холодно.

– Рассказывай, – велела она.

– Ну, ты же слышала, что случилось в цитадели Та-мен?

Кара покачала головой.

– Я держусь в стороне от городов и людей. Так что мне сложно следить за тем, что происходит в мире.

– Ладно, я тогда в двух словах опишу, – сказала Бетани. Риготт напала на цитадель и убила всех, кто там был. У них хранился грим.

– Что такое «грим»?

– Часть гримуара принцессы Евангелины – Риготт называет его «Вулькера».

Кара почувствовала себя глупо. Она столько времени потратила на поиски гримуара принцессы и даже не знала, что у него есть название…

– И этот… грим теперь у неё? – спросила Кара.

– Да.

– Как

же она его нашла? – выдохнула Кара. Она подалась вперёд – ужасная мысль пришла ей в голову: – Это Сафи, да?

– Нет! – отрезала Бетани. – Риготт нашла его сама, по цепочке подсказок… Да как ты вообще подумать могла, будто Сафи согласится ей помогать?!

По возмущению Бетани Кара догадалась, что за два месяца, проведённые вместе, девочки успели крепко сдружиться. «Больше, чем два месяца!» – напомнила себе Кара: опять она забыла о том времени, что минуло, пока она находилась в Колодце Ведьм. «Сафи провела в плену у Риготт больше года! Получается, Бетани знает Сафи куда дольше, чем я…»

– Мне очень не хочется её подозревать, – сказала Кара. – Ведь она же и моя подруга тоже. Но я-то знаю, каким искушением может стать тёмная магия. Сама понимаешь, Бетани. Кому, как не тебе это знать?

Каре даже сквозь воду было видно, что девочка слегка покраснела.

– А потом, если Сафи по-прежнему осталась… сама собой, отчего же она атаковала меня тогда, на кладбище?

– Потому что Сафи знала, что сможет сделать больше добра, если останется, – ответила Бетани. – Напав на тебя и оставшись при Паучьей Королеве, она продемонстрировала свою непоколебимую преданность. После этого Риготт стала по-настоящему доверять ей. И это позволило Сафи таскать её по всему Сентиуму, ссылаясь на видения, которые ей якобы являлись.

Онемевшие Карины щёки вспыхнули от стыда. Она была так уверена, что Сафи запуталась в паутине чёрной магии, что её надо спасать! А малышка вместо этого благодаря своей отваге и хитрости сумела серьёзнее навредить планам Риготт, чем сама Кара.

«Вот Тафф никогда не терял веры в неё. И я больше не буду…»

– Но как же Сафи удавалось скрывать от неё истину? – спросила Кара. – Ведь Риготт же способна видеть мысли людей!

– А это вообще-то моя работа! – не без гордости ответила Бетани. – Я внедрила в разум Сафи «мысленные зеркала» – это мы их так называли, – и каждый раз, как Риготт заглядывала туда, она видела девочку, беззаветно преданную ей всей душой – такую, что восхищается ею и преклоняется перед ней. Но на самом деле Риготт, разумеется, видела себя самоё и отражение того, как она сама к себе относится.

– Великолепно! – восхитилась Кара.

– Вот и Сафи тоже так думала, – печально улыбнулась Бетани.

Яростный порыв ветра пробился Каре под плащ, и она ещё плотнее придвинулась к Дарно, чтобы согреться.

– А что произошло? – спросила Кара.

– Риготт догадалась, в чём дело, – вздохнула Бетани. – Сафи теперь в заточении.

– Но она же не может причинить ей вреда, – сказала Кара. – Сафи нужна ей, чтобы отыскать оставшиеся гримы.

– Риготт уверяет, что знает другой способ. И поскольку цитадель Та-мен она обнаружила без помощи Сафи, я думаю, что это правда.