Пассажиры разума
Шрифт:
Стало смешно. Сегодня ее визг не раздражал, напротив, словно вернулся домой: вспомнил, как по бабски иногда кричала моя девушка. Я неизменно с каменным лицом в таких случаях отвечал: «Ксюша, я ищу спутницу жизни, а не ее хозяйку!»
– Прости, прости, - отозвалось колечко, - Зови меня Надежда. Я все поняла. Честно....
– Ладно, иду чистить твои батарейки. Скажи хоть, кто ты такая?
– Надежда, - кольцо мастерски передало кокетство собеседницы.
Не знаю, кто ты и сколько времени сидишь в этом бункере, но надеюсь, что не разочаруюсь, попав туда.
На эту мысль никакой реакции не последовало.
Очисткой элементов батареи я занимался четыре дня. Запасы еды от Бердея истощились, да и сало без хлеба как-то не шло. Сегодня я намеревался попасть в подземелье, а потом заняться добычей еды. Четыре площадки с элементами батарей сориентированные по сторонам света, сделали холм похожим на пирамиду ацтеков.
Привязав лошадь неподалеку, нагрузившись вещами, я стал у входа и мысленно потребовал впустить меня. Внутри холма что-то загудело, и ворота медленно поехали в сторону. Приоткрывшись метра на полтора, стали. Наверное, земля попала в пазы или ролики. Надежда, читая мои мысли, остановила механизм. Вздохнув, опустил поклажу на землю и, взяв лопату, очистил от земли рельсу. Потом палкой постарался убрать из паза грязь. Механизм загудел снова, ворота открылись.
Нацепив на лоб фонарик, вошел в бункер. Правда, тут же его выключил: Надежда зажгла освещение. Хоть лампы и горели под запылившимися плафонами, когда ворота закрылись, света не стало меньше. Абсолютно пустой коридор уходил вглубь холма. Метров через сто я оказался в огромном помещении, стены которого украшали красные полотна со звездами и знакомыми каждому советскому человеку серпом и молотом. Только эти нехитрые орудия тружеников располагались сами по себе, как и красная свастика на черных полотнищах. В нишах стояли двадцатиметровые скульптуры вождей. Сходства с Лениным или Сталиным я не обнаружил. Впрочем, как и со стороны полотнищ со свастикой два каменных мужика, вскинувшие руку в приветствии, на Гитлера похожи не были.
То, что стереотипы ломались - это хорошо. Но ведь Бердей рассказывал о вооруженном конфликте между красными и черными богами! Где разруха? Где погибшие? Созерцая стерильное, без валяющихся на полу артефактов, пространство зала, я загрустил.
– Надежда! Куда мне идти?
– Поверни направо от входа. Слева в углу я открою дверь.
Я не стал медлить. Как не спешил, но когда добежал, дверь была уже открыта. Спустившись по винтовой лестнице, оказался в небольшой комнатке с кроватью у стены и большим кубом, на вид вроде моего, только занимавшим почти все свободное место в помещении.
Глава 11 Надежда
– Надежда?..
– Я тебя слышу.
– Ты где?
– Прямо перед тобой.
Конечно, я задумывался о том, кто со мной общается и как девушка оказалась внутри холма. Решил, что если я непостижимым образом телепортировался в этот мир, то и Надежда, могла. Более того моя собеседница прекрасно ориентировалась в «технике» хозяев комплекса. Верилось, что встречу человека. Догадка, что она машина, искусственный интеллект, огорчила.
– Ты машина, компьютер?!
– А ты - тупой!
– обиделась она.
– Я неорганический разум, кремниевая форма жизни, если так до тебя дойдет!
– Пока не понимаю. Как это?
Я действительно переживал смятение. Ведь на Земле яблочная Сири демонстрировала отнюдь не выдающиеся способности в общении. А говорящий
– В твоем мире ученые уже вплотную приблизились к созданию квантового компьютера. Я допускаю, что ты об этом ничего не знаешь, и поясню, чем он отличается от знакомых тебе вычислительных машин. Ваши примитивные вычислительные машины оперируют битами, способными принимать значение от единицы до нуля, а квантовая техника – кубитами, имеющими значения одновременно и ноль и единицу. Мы давно смогли решить задачу квантовой суперпозиции, и теперь это позволяет нам – неорганическому сознанию воплощаться в любую материальную форму и мгновенно перемещаться в любую точку пространства во вселенной с единственным ограничением – энергетическим. Разумный, ты хоть что-нибудь понял?
– Ну, я слышу тебя. Допустим. Хотелось верить, что встречу девушку своей мечты, - решил пошутить, чтобы сменить тему. Еще в школе физика и математика мне давались на четверку. Так сказать – за усердие.
– Хочешь, покажусь? - спросила она, кокетничая.
– Давай, - ответил, не задумываясь.
Гигантский куб загудел и я, конечно, уставился на него, ожидая появления чего-то вроде голограммы. Когда же ее рука опустилась на мое плечо, подпрыгнул от неожиданности. Живая, из плоти и крови, визуально она выглядела двадцатилетней девушкой. Не модель, но очень хорошенькая. Не может быть?! Я вдруг узнал Ксюху, свою бывшую пассию. Мы расстались недавно после очередной ссоры. И причина была все та же – мое увлечение приборным поиском и частые поездки. Ксюша страдала от одиночества…
Вот черт! Надежда-Ксюша улыбалась, и, вероятно после прочтения моих мыслей ее зеленые глазища потеплели.
– Как я тебе? Ведь именно о ней ты думал, когда говорил со мной?
– Нет. Наверное....
Не знаю о ком или о чем я думал, но, увидев ее, потерял способность трезво воспринимать происходящее. Смотрел и видел тоненькую девушку со строго нахмуренными бровями, в красной косынке и в большом, словно с чужого плеча, пиджаке, накинутом на плечи. Она строго смотрела на меня, будто ожидая объяснения. Как это возможно?! Я больше ни о чем другом не мог тогда мыслить.
– Воспользуйся интегратором, посмотри на меня! – сказала она.
– Кольцом?
Девушка кивнула.
В последнее время я научился не замечать серебристых ниточек, мешавших смотреть, фокусировать на окружающих меня предметах взгляд. И сейчас, какое-то время я не мог понять «включилось» кольцо или нет. Когда воздух наполнился светящимися нитями, Надежда-Ксюша исчезла. Вместо нее я увидел толстый серебряный жгут: тысячи нитей тянулись из бесконечности, отовсюду, чтобы сплестись в одном месте. Я, наконец, осознал: Надежда - не человек. Вспоминание бьющихся сердец ментала и стражников Ордена, расставило все на свои места. Я понял, чем органические создания отличаются от нее – сгустка вселенской энергии. Ведь эти серебристые ниточки с ее слов являлись особой энергией, которой пронизано все вокруг. Называть нечто разумное, находящееся рядом, Надеждой стало некомфортно. Оно читало мои мысли, и я ждал ответа или подсказки.