Пассажиры разума
Шрифт:
Едва закончил, как подскочил на месте от послышавшегося за спиной жужжания. Из пола выдвинулись сантиметров на пять пирамидки с соплами на гранях. Меня напугал шум механизмов. Устройства стали всасывать воздух и быстро почистили все вокруг, сбрызнув напоследок пол струйками прозрачной жидкости. Втянув излишки влаги, пирамидки исчезли.
Я провел рукой по полу и не обнаружил ничего. Глаза меня не обманывали - ни единого стыка пальцы не почувствовали. Пластик на ощупь походил больше на резину. Технология, однако!
– Оставь вещи тут и не беспокойся о мелочах, -
Оставив рюкзак на месте, пошел за ней, стараясь не пялиться на спину и ягодицы, едва прикрытые обрывками платья. Одежду гайстербешверера Стефани сняла и бросила у «входа». Она подошла к мерцающему огнями выступу в стене и, поймав мою ладонь, слегка потянула к себе, чтобы я встал рядом. Приказала:
– Делай, как я!
Мой командир опустила ладони на пульт и медленно присаживалась на невидимый мне стульчик. Я сделал то же, с подозрением косясь на нее, и охнул от неожиданности, когда упругий сгусток ударил снизу, обволакивая ноги и спину.
Позже я узнал, что инженеры Раска добились потрясающих успехов в области материаловедения. Они с неподражаемым совершенством манипулировали молекулярными связями, а главное, сумели запрограммировать процессы такой сложности, что вещи и механизмы, созданные ими, мне казались живыми.
Мягкий полимер принял форму моего тела и затвердел. Полулежа, я смотрел на черный экран, размышляя, как же управлять этим аппаратом в таком положении? И испытал приступ детского разочарования, когда понял, что «рулить» будет Стефани. Она что-то сделала и экран перед глазами заиграл сполохами. В его верхней части стали видны звезды, по центру отстроились диаграммы и цепочки пиктограмм, какие-то линейные графики, а внизу появились две картинки в ночном и инфракрасном видении, демонстрирующие, как я понял верхушки деревьев.
Старт прошел для меня практически незаметно. Понял, что взлетели только по изменениям на экране: силуэты деревьев исчезли, а звезд стало больше.
– Куда мы летим, - спросил у Стефани и попытался повернуть голову. Не вышло.
– Позже, ты обо всем узнаешь позже. Поспи пока… - ответила дева.
Поспать?! А почему бы и нет? Недавнее разочарование сменилось апатией, и я действительно сумел быстро отключиться. Сквозь пелену из образов сновидения пришла мысль о пробуждении. Я вспомнил сон, в котором снова сражался с эльфом, потом бежал по ночному лесу. Едва открыл глаза, как увидел за стеклом синее море, берег, заросший тропическим лесом и стремительно приближающиеся горы. От этого захватывающего зрелища моментально взбодрился. По внутренним ощущениям я проспал часа три - четыре. Солнце встало недавно. Небо еще оставалось подкрашенным розовыми красками. Судя по пейзажу внизу – мы пролетели тысячи километров.
Я пялился в окно и размышлял о своих заблуждениях: какой я увидел Стефани в Збычеве? Ангелом, женщиной моей мечты! А что она вытворяла ночью? Превратилась в терминатора. Куда делись скромность и очарование прелестницы, нуждающейся в защите? Как с имплантами,
Задавать эти вопросы Надежде я не стал. Считал их уж очень личными. А она, наверное, сама это понимала и помалкивала.
Фальке достиг берега и летел медленно, не быстрее автомобиля, катящегося так, что без головокружения можно любоваться заоконным пейзажем. Я с интересом разглядывал зеленый ковер под нами, восхищаясь то стаей обезьян, несущейся по верхушкам деревьев, то слонами, пасущимися на обширной поляне.
Стефани затормозила корабль, и мы поплыли, касаясь верхушек реликтовых шорей. Таких огромных деревьев мне еще видеть не приходилось. Дома любил подолгу зависать перед телеком, просматривая канал Дискавери. Помнится, шореи относятся к семейству диптерокарповых и на Земле достигали шестидесяти метров. Эти вымахали на все сто, если сравнивать с обычной панельной девятиэтажкой высотой около тридцати пяти метров.
Фальке нырнул в густую крону и приземлился на небольшой полянке. Легкая вибрация, толчок, и кресло подо мной стало мягким. Я рефлексивно встал на ноги, и оно, теряя плотность, впиталось в пол.
Стефани без стеснения сбросила с себя платье. Я, понятное дело, уставился на нее и не заметил, как в стене корабля открылся проход, в него девушка и вошла, оставив за собой полимерную поверхность без единого шва. Оказывается, тут есть и другие помещения! Я погладил гладкую стену рукой и остро почувствовал, что и мне тоже не помешало бы куда-нибудь отлучиться на пару минуток. Надеялся, что выйти из корабля как-то смогу.
Проверив дезинтегратор в кобуре и пистолет в боковом кармане штанов, стал на предполагаемое место выхода из корабля. «Сим-сим» шептать не пришлось. Легкий ветерок и я оказался между стартовых опор Фальке, провалившись в опавшую листву почти до колен.
Двигаясь осторожно, подошел к дереву, отлил и с облегчением выдохнул. Хорошо-то как! Под кораблем сверкнуло, и материализовалась Стефани уже в белом комбинезоне, сапожках и шлемом в руках. Ее глаза метали молнии. В три прыжка она оказалась рядом и, повалив меня в листву, зашипела:
– Троттель! Кретин! Идиот! Тут опасно! За деревьями стоит на страже Церстерер!
Я привык слышать время от времени готские словечки. Она хотела сказать - Разрушитель. Шепотом возразил разгневанной деве:
– На мне модификатор, что твой монстр сможет сделать?
– Идиот… - она отвернулась, спустя мгновение добавила, - А Фальке, я, наконец!
Она права. Стало стыдно за пагубную самонадеянность и действительно - глупость.
– Прости, Стефани. Могла бы ответить на мои вопросы....
– Да, сейчас.
Ее сейчас растянулось минуты на две. Она морщила и терла тыльной стороной ладони лоб, покусывала губы, в общем, задумалась не на шутку.
– Золото Дмитрий. Много, очень много презренного металла. В слитках и монетах... посуда и предметы быта тоже из золота. За деревьями старый город. Эта планета, когда-то знала лучшие времена.