Паслен
Шрифт:
– А если бы я вообще никогда не вернулась к тебе?
– Я тоже был готов к такой возможности .
– Он не стал вдаваться в подробности, но мрачное выражение его лица сказало меня достаточно.
– Я целую вечность ждал того года, в который, по пророчеству, ты возродишься .
Его слова поселились глубоко в моей груди, и, несмотря на отсутствие у меня опыта в любви, я попыталась представить, что хочу кого-то так сильно.
Мне было стыдно признаться, что я не могу. Я никогда никого не любила так яростно, чтобы ждать целую вечность. Отказать себе в возможности
И из-за этого я не чувствовала, что заслуживаю его.
Обхватив мое лицо руками, на этот раз он поцеловал меня сильнее.
– Здесь холодно. Нам нужно возвращаться .
– Если ты не против, я собираюсь заехать в питомник и проверить собак. Я не видела их уже пару дней.
Я отступила от него, и он потянулся к моей руке.
– Все в порядке?
– Беспокойство, написанное на его лице, только сильнее сдавило мою грудь.
– В полном порядке .
– Фаррин. У меня была вечность, чтобы влюбиться. Мечтать и впадать в безумие, ожидая твоего возвращения. Я не ожидаю, что ты почувствуешь то же самое так скоро. Это было бы неестественно.
Я не хотела говорить ему, что боюсь, что вообще не способна на романтическую любовь. Учитывая, как далеко он зашел? Я сомневалась в своей любви как дочери, племянницы, друга. Я вообще сомневалась в своей человечности. В конце концов, кто бы не пожертвовал собой ради того, кого любит? Эгоистичный человек. Та, которая не думала ни о ком, кроме себя и своего собственного выживания.
Улыбка, которую я выдала в ответ, опровергла все сомнения, крутившиеся в моей голове, и я кивнула.
– Мне просто нужно привыкнуть к идее любви, вот и все .
– Я сам отказался от этого. Поклялся, что апатия в моем сердце будет тем, что в конечном счете уничтожит меня. И здесь это было единственное, что спасло меня в этом мире. Я слишком долго был мертв внутри. Но в тебе я нашел причину снова дышать .
Улыбнувшись шире, я кивнула, чувствуя себя только хуже.
– Я всего на несколько минут задержусь в питомнике .
– Конечно .
Отвернувшись от него, я сделала долгий прерывистый вдох и сморгнула наворачивающиеся слезы. Возьми себя в руки, упрекнуло меня внутреннее "я". Господи, в жизни были вещи похуже, чем иметь великолепного мужчину с вибрирующими перьями и телом, созданным для секса, который признавался бы в своей влюбленности.
A Намного хуже.
Когда я приблизилась к псарне, мое внимание привлекла суматоха, и я обогнула здание с другой стороны, где стояла горничная Эви, кричавшая на Гэрика.
– Мне все равно! Ты не можешь просто взять что-то! Это называется воровство, придурок!
Эви держала блестящий предмет за спиной, другой палец указывал на старика, который свирепо смотрел на нее в ответ.
– Что происходит?- Спросила я.
Сердитые карие глаза метнулись ко мне, когда Эви посмотрела на меня, как на неприятный запах в воздухе.
– Какое тебе до этого дело, собачья девочнка?
Без сомнения, у меня были свои проблемы, когда дело
– Это вообще не мое дело. Ты просто выглядела расстроенной.
– Да. Ты бы тоже испугалась, если бы этот болван украл то, за что ты отвечаешь!
– Я его не крал , - наконец проворчал Гэрик.
– Я всего лишь позаимствовал это .
– Что позаимствовал?
Эви выхватила предмет из-за спины и зажала между ними серебряную рамку для фотографии, быстро выхватив ее, когда Гэрик потянулся к ней.
– Он взял это из антикварного шкафа в гостиной мастера Ван Круа!
– Рамка для фотографии?
– Я ждала, что она скажет мне, что в этом есть какой-то особый смысл или что-то в этом роде, но вместо этого Гэрик добавил,
– В ящике, собирает пыль.
– Ты расстроена, что он украл неиспользованную рамку для фотографии?
Я спрашивала как для ясности, так и потому, что ее реакция сделала все это немного нелепым.
– Я полагаю, что последствия не будут одинаковыми для тех из нас, кто обладает особыми привилегиями. Если мастер случайно увидит, что его рамка отсутствует? Он заподозрит меня, и я останусь без работы. И дома .
– Я уверена, что мистер Ван Круа не стал бы устраивать истерику из-за рамки для картины .
– Я уверена, что вы знаете его не так хорошо, как вам кажется .
– Держись подальше от моей комнаты. Ты не имеешь никакого права рыться в моих вещах!
– Рявкнул Гэрик, снова замахиваясь на рамку за ее спиной.
– Дай мне, что в ней!
– А, точно.
– Эви отстегнула заднюю часть рамки и, вырвав листок бумаги, бросила его обратно Гэрику.
– Чуть не забыла вернуть твои дерьмовые ежедневные аффирмации .
– Несчастная девчонка!- Гэрик практически нырнул за бумагой, которая упала на снег, влага растеклась по странице и размазала все, что было написано на другой стороне.
Глядя на него сверху вниз, Эви усмехнулась.
– Глупый старик и твои глупые утверждения. Твоя жена бросила тебя, и она не вернется. Вероятно, сейчас она трахается с кем-то другим, так что в этом нет смысла .
– Эй!
– Подойдя ближе, я снова обратила на меня презрительный взгляд Эви.
Зарычав, Гэрик поднялся на ноги, сжимая промокшую страницу, и заковылял к своей хижине, находившейся неподалеку.
Я снова обратила свое внимание на Эви.
– В чем, черт возьми, твоя проблема? Ты родилась ужасной, или это развилось со временем?
– Я бы поостереглась, девочка. Ты можешь быть последней игрушкой босса, но он не держит их при себе очень долго. И когда он решит избавиться от тебя, угадай, кого он будет искать .
Она не потрудилась дождаться моего ответа, и вместо этого она отвернулась от меня, направляясь обратно к собору.
В любом случае, мне было наплевать на нее или на то, что она сказала. Меня больше беспокоил Гэрик. Отказавшись от возможности огрызнуться в ответ, я направилась к хижине. Когда я добралась до крыльца, Гэрик сидел в кресле-качалке, расправляя края газеты на бедре.