Паслён
Шрифт:
Эскивель начал стонать.
— Эдди, ты в порядке, — сказал Стилвелл. — Я сейчас организую помощь. Держись.
Он схватил рацию с пояса Эскивеля, вызвал Портера и приказал ему вернуться в участок. Затем положил рацию на пол и начал слегка похлопывать Эскивеля по щеке. Это вызвало ещё один стон.
— Эдди, очнись. Что здесь произошло? Как это…
— Боже мой!
Стилвелл обернулся. Хуарес вошла в тюремный отсек.
— Моника, проверь другую камеру, — приказал Стилвелл. — Там Гастон. Иди!
Хуарес подошла к другой камере и тут же поднесла руку ко рту, чтобы заглушить крик.
— Что? — спросил он.
— Он… он мёртв, — сказала она. — Кажется.
Стилвелл вскочил на ноги и вышел из первой камеры, чтобы присоединиться к ней. Он посмотрел через решётку во вторую камеру. Генри Гастон, без сомнения, был мёртв. Он сидел на стальном унитазе камеры, с запрокинутой головой, обнажая зияющую рану на шее и потоки крови на передней части рубашки. Его почти обезглавили.
— Что происходит? — в панике закричала Хуарес.
— Послушай меня, — спокойно сказал Стилвелл. — Мне нужно, чтобы ты вышла из участка и пошла в пожарную часть рядом. Скажи им, что у нас раненый офицер, и ему нужна медицинская помощь.
Хуарес не двигалась.
— Моника! — крикнул Стилвелл. — Иди в пожарную часть и вызови медиков. Сейчас же!
Хуарес словно очнулась. Её взгляд сфокусировался на Стилвелле, и она кивнула.
— Хорошо, хорошо, — сказала она. — Я иду.
Она ушла, а Стилвелл достал телефон. Он позвонил в центр связи шерифа на материке, чтобы сообщить об убийстве и о пострадавшем помощнике. Он попросил уведомить капитана Корума и отдел по расследованию убийств и отправить их на Каталину.
Как только Стилвелл закончил звонок, он услышал ещё один стон из первой камеры. Он вернулся к Эскивелю и увидел, что тот пытается встать с пола.
— Погоди, Эдди, — сказал он. — Лежи. Помощь уже в пути. Пусть медики тебя осмотрят, прежде чем ты попробуешь встать.
— Кажется, меня сейчас стошнит, — сказал Эскивель.
— Ничего страшного, ничего страшного. Это, вероятно, значит, что ты в шоке. Лежи спокойно, поверни голову набок. Помощь уже близко.
— Хорошо. Ладно.
— Ты помнишь, что произошло, Эдди?
— Э-э, меня ударили.
— Кто тебя ударил? Спивак?
— Да, Спивак. Он меня ударил. Он кричал о чём-то, я пошёл посмотреть, что случилось, и подошёл слишком близко. Он схватил меня за рубашку. Притянул к решётке, и я ударился головой. А потом… это всё, что я помню.
— Хорошо. Вспомнишь позже. Просто лежи спокойно. Помощь идёт.
— Он сбежал? Кажется, он забрал мои ключи.
— Да, его нет.
Стилвелл подумал о побеге Спивака. Он посмотрел на часы. Последний паром на материк ушёл сорок пять минут назад. У Эскивеля активно кровоточили свежие раны, так что Стилвелл предположил, что нападение и побег произошли недавно, после отплытия парома. Это означало, что Спивак всё ещё на острове — или он уехал на лодке, которую где-то припрятал. Стилвелл предположил, что верно последнее. Его инстинкты подсказывали, что это было спланировано с самого начала. Что Спивак организовал своё заключение в тюрьму, чтобы устранить Гастона, если тот сдастся или будет арестован.
Его телефон загудел. Звонил капитан Корум.
— Стил, что, чёрт возьми, там происходит?
—
— Можешь перекрыть остров?
— Думаю, уже поздно. Это было спланированное убийство, и, скорее всего, побег тоже был частью плана.
— Кто жертва?
— Убитый был парнем, который сказал, что может дать показания на местного гангстера и мэра, если мы заключим с ним сделку.
— И ты ему поверил?
— Да, и, похоже, кто-то ещё тоже.
— Я выезжаю с командой. Будь готов нас проинформировать.
— Я буду здесь и буду готов.
32
КАК ТОЛЬКО КОМАНДА с материка собралась в Авалоне, расследование продолжилось всю ночь. Стилвелла неоднократно допрашивали две разные пары детективов под командованием капитана Корума. Даже Монику Хуарес тщательно допросили. Эдуардо Эскивеля отвезли в единственную на острове круглосуточную клинику, где ему диагностировали сотрясение мозга и глубокую рану на лбу от удара металлическим прутом. Его рассказ о том, что произошло в тюрьме, должен был последовать позже.
Следователи Корума просмотрели видео нападения Мерриса Спивака на помощника Данна в предыдущую субботу, увидели умысел в нападении и поняли то, что Стилвелл осознал слишком поздно: что нападение было спланировано, и Спивак хотел быть арестованным и помещённым на участок, чтобы оказаться на месте, если Генри Гастон выйдет из укрытия и будет посажен Стилвеллом в тюрьму при участке.
— Я сам привёл его к Спиваку, — сказал Стилвелл.
— Ты не мог этого знать, — сказал Корум. — По крайней мере, это моё мнение.
Это означало, что если понадобится козёл отпущения, Стилвелл останется главным кандидатом.
Расследование продолжалось до дневных часов пятницы, из-за чего Стилвелл не смог встретить судью Харрелла в гавани и получить от него подпись на ордере на обыск клуба «Чёрный Марлин». Стилвелл знал, что это, возможно, и к лучшему. Закон требовал, чтобы ордера на обыск исполнялись в течение сорока восьми часов после подписи судьи. Теперь это было, скорее всего, невозможно, поскольку дело Гастона занимало всё его время и внимание. Он решил подождать до новой недели, затем отправиться в суд Харрелла в Лонг-Бич, получить подпись на ордере и вернуться с Сампедро и Эхёрном для проведения обыска.
Откладывать одно расследование убийства из-за другого было неидеально, но обстоятельства диктовали его действия. Он объяснил это Коруму, а затем Эхёрну, который позвонил, узнав о случившемся в участке. Стилвелл не был уверен, звонит ли Эхёрн, чтобы поддеть его из-за ситуации или просто заверить, что расследование дела Ли-Энн Мосс продолжается на материке.
— Мы продолжим работу, — сказал Эхёрн. — Присоединяйся, когда разберёшься с этим дерьмом, и тогда мы обыщем клуб.
Стилвелл и следователи не спали всю ночь, и вряд ли жители городка тоже много спали. Два вертолёта шерифа были отправлены на остров, чтобы кружить над городом, пляжами и прибрежными водами в попытке перестраховаться и найти разыскиваемого. Неудивительно, что Спивака не нашли. Он либо прятался, либо давно ушёл.