Паслён

Коннелли Майкл

— Первый вечерний, ответь.

Через несколько секунд помощник шерифа Эдуардо Эскивель откликнулся.

— Здесь, босс.

— Где ты сейчас?

— Наверху, в «Зейн Грей», по делу о выселении.

«Зейн Грей» был бутик-отелем и одним из лучших мест для проживания на острове. Когда-то это был дом известного писателя вестернов и рыболова, что делало его одной из главных достопримечательностей острова. Хотя Каталина служила последним пристанищем для многих, столкнувшихся с финансовыми трудностями, «Зейн Грей» привлекал более состоятельных гостей.

Его владельцы редко обращались в участок с проблемами неплатежеспособных постояльцев.

— Что за история? — спросил Стилвелл. — Нужна поддержка?

— Подтверждаю, — ответил Эскивель. — Этот парень, похоже, не собирается уходить мирно.

— Тогда я еду.

— Принято.

Стилвелл подумал, не взять ли бронежилет из шкафчика, но решил, что это может спровоцировать конфликт, если ситуация в «Зейн Грей» — просто недоразумение. Он оставил жилет и направился к двери, но остановился, услышав крик из камер. Спивак содержался в камере до судебного заседания в пятницу. Стилвелл вернулся в тюремный блок и увидел Спивака, стоящего, вцепившись обеими руками в решетку.

— Эй, вы собираетесь меня сегодня кормить или как?

— Тебе не приносили еду?

— Жду весь вечер, чувак.

Эскивель, похоже, забыл о своих обязанностях по кормлению. Стилвелл посмотрел на часы: было 20:20.

— Почему бы тебе не сесть, Спивак, — сказал он. — Я пойду поищу что-нибудь.

Он быстро прошел через общий зал к маленькой кухне в заднем коридоре. Открывая шкафы, он искал что-то, чем можно было бы накормить Спивака, пока он или Эскивель не смогут взять еду на вынос. На полке с надписью «Данн — Не трогать» он нашел две пачки крекеров. Стилвелл взял их и вернулся к камерам. Спивак всё ещё стоял у решетки.

— Я сказал тебе сесть, — сказал Стилвелл.

— Мне не обязательно садиться, — сказал Спивак. — Я могу делать в этой камере всё, что захочу. Ты называешь это дерьмо ужином?

— Это перекус, Спивак. Кто-нибудь скоро принесет тебе ужин. Сядь и расслабься. Ещё нет и половины девятого, и скоро тебе принесут горячую еду.

Стилвелл бросил пачки крекеров через решетку на койку, которую, как он видел, использовал Спивак. Одна пачка отскочила от кровати и упала на пол.

— Вот, видишь, — сказал Спивак. — Так они и крошатся.

— Просто сохраняй спокойствие, — сказал Стилвелл. — Кто-нибудь вернется с ужином.

— Знаешь, наверное, это против правил оставлять меня одного в этом месте. Может случиться пожар, и некому будет меня вытащить.

— Или внезапное наводнение, или даже цунами.

— Это не шутка.

— Тогда тебе лучше начать молиться, Спивак. Потому что я ухожу.

— Я могу, черт возьми, повеситься здесь, и тогда твоей заднице придется отвечать, держу пари.

— Интересная идея. Наверняка будет большое расследование. Но в итоге всё сведется к тому, что парень, пытавшийся убить помощника шерифа бутылкой вина, покончил с собой в камере, и всем будет на это наплевать. Но я уверен, мне бы слегка надавали по рукам, если это что-то значит для тебя.

Стилвелл

схватил ключи от «Джон Дир», выходя, и запер участок. Спивак, кстати, был прав. Оставлять заключенного без присмотра было нарушением правил. Если что-то случится, Стилвеллу грозило больше, чем просто выговор. Ирония была в том, что вечерняя смена сократилась до одного помощника шерифа, потому что Спивак вывел из строя второго, Данна.

«Зейн Грей» находился на Чаймс-Тауэр-роуд и предлагал гостям один из лучших видов на гавань днём или ночью. Стилвелл увидел припаркованный у входа УТС Эскивеля. В лобби было пусто, стойка регистрации не обслуживалась, но из правого крыла отеля доносились громкие голоса, и он направился туда.

Он увидел Эскивеля и ещё одного мужчину, стоящих в коридоре перед открытой дверью одного из номеров. Стилвелл присоединился к ним.

— Что происходит, Эдди? — спросил он.

— Сержант, это Фред Неттлс, ночной менеджер, — сказал Эскивель. — А это мистер Старки, который говорит, что не покинет номер.

— Когда мы списали оплату за первую ночь с его кредитной карты, она прошла, — сказал Неттлс. — На вторую ночь оплата была отклонена, и он сказал, что разберется. Не разобрался. На третью ночь тоже отклонена, и теперь он здесь уже пять ночей, а заплатил только за одну.

— Я решаю проблему! — выкрикнул Старки.

Старки был самым маленьким из всех четверых, и Стилвелл знал, что, если дойдет до дела, удалить его из отеля не составит труда.

— Я постоянно на связи с банком и компанией кредитных карт, — сказал Старки. — Они обрабатывают платеж, но на Восточном побережье уже поздно, и это не решится до утра.

— Он повторяет это уже три дня, — сказал Неттлс.

— Тебе пора, парень, — сказал Эскивель. — Ты не можешь остаться. Решишь проблему — сможешь вернуться.

— Куда мне идти? — выкрикнул Старки. — Сегодня больше нет паромов, и я не могу зарегистрироваться где-то ещё, если моя карта не работает.

Стилвелл похлопал Неттлса по плечу и кивнул, чтобы тот шел за ним. Они отошли по коридору, вне зоны слышимости Старки. Стилвелл говорил тихо.

— У него есть резон, — сказал он. — Если мы выгоним его сейчас, он не сможет покинуть остров, и не сможет зарегистрироваться где-то ещё, если карта не работает.

— Что вы предлагаете? — сказал Неттлс. — Что мне терпеть ещё одну ночь с ним?

— Я хочу дать ему время до утра. Он решает проблему и платит вам, или мы сопровождаем его к причалу, и он уезжает.

— Это похоже на большую победу для него и большой проигрыш для меня.

— Понимаю. Вы что-нибудь знаете о нем? Например, чем он зарабатывает или что здесь делает.

— Он говорит, что писатель. У нас тут много таких. Не все они неплательщики. — Он намеренно повернул голову в сторону комнаты Старки, выкрикнув последнее слово.

— Вы только усугубляете ситуацию, — сказал Стилвелл. — Мы не будем его выселять. Так что решайте, хотите ли спорить с ним всю ночь, тревожа других гостей, или дать ему срок до утра.