Парвус. Часть 2

Морана

— Сколько ты пробыла у Лоя в плену? — спокойно спросил мужчина.

Медея пожала плечами.

— Больше недели, вроде бы. Не уверена.

— Знаешь, где находится его штаб? План нарисовать сможешь?

Девушка посмотрела на отца. Тот имитировал свою смерть. А при первой встрече интересовался не тем, как она себя чувствует или что она делала все это время, а тем, есть ли у нее полезные сведения о банде противника.

— Не знаю. Не смогу, — сообщила Медея, недовольно складывая руки на груди. — Не хочешь про себя

рассказать? Как так получилось, что я узнаю, что ты жив от мерзкого блондина?

Фейт спокойно дожевал кусок, прежде чем ответить:

— Сама видишь, я был занят важными делами.

— Твои дела важнее дочери?

Медея морщилась, пока отец отодвигал тарелку.

— Важнее, — выдал он уверенно. Красные глаза встретились. Девушка не моргала, напряженно ожидая дальнейших разъяснений. Мужчина положил сплетенные пальцы на стол и, подавшись корпусом вперед, продолжил: — Я растил тебя солдатом, а получилось то, что получилось.

Девушка не понимала, как эти слова связаны с его пропажей пять лет назад.

— Ты меня бросил, потому что я с тобой спорила? — уточнила она, не веря в это предположение.

— Ты не просто спорила. Ты не верила в мои идеи.

— Ты про те шутки, что желтоглазые однажды захватят Парвус? — иронизировала Медея.

— Я не так говорил, — парировал Фейт, сверкнув красными глазами. — Я говорил, что если бы у жителей поверхности был доступ к знаниям, что хранятся в архиве, то от подобных нам с тобой, — мужчина указал пальцем на себя, а потом на дочь, — ничего бы не осталось.

Медея раньше воспринимала эти слова отца за шутку, а когда он говорил излишне серьезно — за пустую фантазию, не предполагающую никаких действий.

— Их тела приспособлены к окружающей среде. Они эволюционировали, а жители Парвуса — нет. Но вот накопленных знаний у желтоглазых не осталось, и если бы власти Парвуса не были эгоистичными засранцами, то человечество шагнуло, — Фейт эмоционально стукнул ладонями по столу, — нет! Прыгнуло бы в будущее! Ты хоть представляешь, сколько среди жителей племен нашлось бы талантливых людей, будь у них свободный доступ к знаниям, оставленным предками?!

Красноглазый встал. Он прошелся из стороны в сторону.

— Но ведь Велиор занимается улучшением жизней обитателей Внешнего города.

— Они бы и без него справились, если бы у них имелось больше информации о том, как устроен мир. Да и занято правительство только изгнанными с Парвуса преступниками. А среди желтоглазых в это самое время распространены глупые суеверия. Вроде предсказаний будущего по звездам, но почему-то предки не удосужились им объяснить законы физики. — Фейт свел брови. — Для дальних племен пистолет — это чудо. Ты слышала историю о первом желтоглазом на Парвусе?

Медея кивнула. Конечно, она знала эту историю, ведь этим желтоглазым был Эйкен. Она любила его слушать, поэтому с момента, как они поселились вместе, девушка

только и делала, что задавала кучу вопросов о прошлом. Пес охотно делился. Единственной темой, которую оба обходили, была бывшая жена.

Девушка тряхнула головой, прогоняя мысли об Эйкене. Сейчас нужно поговорить с отцом, а не думать, как там себя чувствует важный человек. «Пес же не поверил, что я сбежала к отцу?» Медея вздрогнула. По сути, разницы не было, сбежала она или нет. Находилась-то она у Фейта, и если вдруг Эйкен ее ищет, то нахождение возле отца может ввести его в заблуждение.

Медея резко встала. Тело отдалось болью. Она пошатнулась, но удержалась на ногах, схватившись за край столешницы.

Фейт остановился, уставившись на дочь.

— Мне нужно на Парвус, — сообщила Медея, обходя стол.

Красноглазый преградил путь. Она непонимающе уставилась на него.

— Дочь, я не могу тебя отпустить. Я давал тебе возможность жить своей жизнью, но ты ее упустила, — сказал Фейт. Девушка вопросительно приподняла бровь. Фейт продолжил: — Ты можешь работать на Лоя, или Грязного, или на правительство Парвуса. Я не могу допустить, чтобы ты проинформировала свое начальство обо мне.

— Тогда зачем согласился на встречу с Лоем? — вырвался недоуменно у Медеи.

— Ты можешь и не работать на них, а дать тебе сгнить где-нибудь под землей было бы жестоко, — сообщил Фейт. — Ты, в конце концов, моя кровь, и убивать тебя без сильной необходимости не хотелось бы.

Девушка сложила руки на груди и уточнила:

— Серьезно? Спас меня из одного плена, чтобы держать в другом?

Фейт положил ладони на плечи дочери. Медее с трудом удавалось не согнуться под их весом, хоть те и были легкими.

— Это не плен. Поживешь пару недель в весьма комфортных условиях, а как я разберусь с сопляком, то мы с тобой решим, что делать дальше. Или тебе есть куда спешить?

Девушка покачала головой. Рассказывать отцу про Пса она не собиралась.

— А теперь, — Фейт взял дочь под локоть и повел вперед, — расскажи мне про Лоя.

— Что именно? — спросила девушка без энтузиазма.

— Все, что тебе кажется важным. Вы столько встречались, должна же ты знать хоть что-то интересное.

Отец вел Медею к лестнице, что располагалась в холле. По пятам следовала молчаливая охрана.

— Откуда ты знаешь, что мы встречались? — Девушка еле переставляла ноги по ступенькам, пялясь в лицо отца.

Он хмыкнул:

— Не мог же я оставить свою девочку совсем без присмотра.

— И кто же за мной присматривал? — холодно спросила Медея.

В голове всплыло сразу несколько имен. В душе поднималось раздражение.

— Потом об этом. У вас еще будет время все обсудить. А теперь жду подробного рассказа про сына правителя.

Глава 39. О прошлом